Сентябрь 24, 2018, 04:12:42
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Страниц: [1]
  Отправить эту тему  |  Печать  
Автор Тема: Мы же на ты? - Мы женаты!  (Прочитано 521 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« : Июль 06, 2017, 09:06:52 »

Название: Мы же на ты? Мы женаты!
Автор: Храбрая сердцем
Бета: Тигра
Жанр: не знаю
Пейринг: Катя/Андрей
Рейтинг: не знаю
О чем следует предупредить: предыстория не совсем каноничная. Моя Катя училась не в Москве, а в Питере и после окончания учебы осталась там в поисках работы. Выглядит она так же, как в сериале, правда, характера более решительного.Жданов... это Жданов. События фика начинаются в преддверии Совета, на котором выберут нового президента, то есть в 2005 году.


1.

Москва.

Кира налила себе кофе и, на ходу помешивая сахар в чашке, вернулась в спальню. Взяла с полки паспорт Андрея и села на кровать. Тихонько дунула на горячий напиток, открыла четырнадцатую страничку документа и угрюмо уставилась на официального вида штамп.
«22 сентября 2000 года. Зарегистрирован брак с гр. Пушкарёва Екатерина Валерьевна, 11.12. 1981 г.р.»
Хоть и видела она этот штамп уже далеко не в первый раз, недовольство и обида хлынули с новой силой. Женат. Её жених – женат. Вздохнула и сделала очередной глоток горячего кофе. В прихожей зашумели ключами. Кира поставила чашку на прикроватную тумбочку и вскочила с места.
- Привет! – на пороге спальни появился Андрей. На ходу снимая пиджак, подошел и коснулся её губ быстрым поцелуем, - Я думал, ты у себя.
- У тебя дома ужасный бардак. Я хотела навести порядок,- пряча паспорт за спину, улыбнулась Кира.
Он обернулся и окинул спальню взглядом.
- А, по-моему, все прибрано, - пожал плечами и вытащил из шкафа чистую рубашку.
- Ты же только пришел, - нахмурилась Воропаева, наблюдая за тем, как Андрей переодевается.
- Через двадцать минут папа будет в Зималетто, мне нужно успеть переброситься парой слов с Ромкой. Кстати, твой брат тоже там будет?
- Сашка – один из претендентов на президентское кресло, конечно, он там будет.
- Претендент, - усмехнулся Жданов, поправляя узел галстука. Взглянул на Киру в зеркале, - Только сумасшедший доверит ему руководство компанией.
- А мне кажется, у вас равные шансы.
Андрей обернулся, задержал взгляд на её лице, а потом улыбнулся, протянул руку и притянул Воропаеву к себе.
- Ну, мы-то с тобой знаем, кто станет президентом? – взял её лицо в ладони и поцеловал. Правда, отстранился очень быстро, щелкнул её по носу и, подхватив со стула пиджак, направился в прихожую.
Она проводила его долгим взглядом, поджала губы и побежала следом.
- Андрей!
Он уже обувался, поднял на неё взгляд и вопросительно вскинул брови.
- Андрюш,- вмиг растеряла свою решительность Кира, - я поговорить хотела.
- Милая, а это не подождет до вечера? – он кинул быстрый взгляд на часы на запястье, - Я уже опаздываю.
- Я вот об этом, – она продемонстрировала ему его паспорт.
Жданов непонимающе нахмурился.
- А что там?
- Там штамп, Андрей…
Кажется, он  наконец сообразил, о чем идет речь, и по обыкновению выразительно фыркнул.
- Не говори глупостей, ты же знаешь, что это не имеет никакого значения.
- Ну как это - не имеет? Из-за этого мы с тобой не можем узаконить НАШИ отношения!
Андрей подхватил с полочки ключи от машины и, сурово сжав губы, открыл дверь. Обернулся.
- Ты же знаешь, я не могу расторгнуть этот брак просто потому, что этой… как её там? Е.В. Пушкарёвой нет в Москве.
- Но ты её даже не ищешь! – дрожащим в предвкушении слез голосом крикнула Воропаева.
- У меня нет на это времени! Я – работаю, Кира! – разозлился он. Покачал головой и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью.

Санкт-Петербург.

- Подождите, пожалуйста, минутку… Мне неудобно разговаривать, – прижимая телефон плечом к уху, Катя вылезла из переполненного автобуса. Зацепилась сумкой за поручень, дернула, и ремешок сумки затрещал по швам. Она охнула и бросилась на землю собирать по полу бумаги. В салоне послышались смешки. Двери автобуса закрылись, и он двинулся дальше.
- Нет-нет, я вас слушаю внимательно, - продолжая придерживать трубку плечом, спохватилась Катя. – Что? Не знаю, может, меня неправильно поняли? Мне нужен кредит. Кредит, говорю, я оставляла заявку… Что? – только что собранные бумаги снова посыпались из ослабевших рук. Пушкарёва, кажется, этого не заметила. Взяла телефон в руки. – Чьи паспортные данные, вы сказали? Мужа?
Прикрыла глаза. Да что же это такое!
Прохожие оборачивались и с недоумением разглядывали нелепую девушку, сидящую прямо на земле с порванной сумкой через плечо. Подол её длинной юбки уже успел запылиться, а на рассыпанные вокруг документы, возможно, очень важные, кто-то пару раз наступил, оставив грязные отпечатки на белом фоне.
- А что, без этого совсем никак? Послушайте, мой муж, он… пропал. Да, без вести. Давно? Очень. Вот как мы расписались – так он и пропал, - в трубке сочувственно замолчали. - Послушайте, девушка… Мне очень нужен этот кредит, но предъявить вам своего мужа я никак не могу! Может, можно что-нибудь придумать?
Пушкарёва безнадежно опустила голову.
- Да, конечно. Я всё понимаю. И вам всего доброго.
Она отключила телефон и в порыве отчаяния спрятала лицо в ладонях, правда, всего на минутку. Упрямо вдернула подбородок и стала собирать бумаги.
Ничего. Она справится. Вот сейчас устроится на работу, и тогда все эти вопросы по её нелепому замужеству уже не будут никого волновать. Не должны, по крайней мере…
Домой пришла в расстроенных чувствах. Из кухни с тарелкой, полной котлет, вышел Зорькин.
- О, Пушкарёва. Ну, как с работой?
- С работой хорошо. Без работы – плохо.
- Я так понимаю, у тебя второй вариант?
- Ты всегда был догадлив, Коля.
Присела на стул и стала снимать обувь.
- Да ладно, не расстраивайся ты так, - друг присел перед ней на корточки, - на, хочешь котлетку?
Катя взяла с тарелки котлету и стала без особого энтузиазма жевать.
- Мне в кредите опять отказали.
- Снова из-за мужа?
- Точнее, из-за его отсутствия, – мрачно кивнула она, - Коль, вот что мне делать?
Зорькин присел рядом с подругой и задумчиво сощурился.
- Может, нам его найти? Ну, не сотни же Андреев Ждановых на квадратный метр в Москве-то! Этот брак давно надо было разорвать.
- Как? – рассмеялась Катя. - Как мне его найти, я же лица его толком не помню! Может быть, мимо каждый день прохожу – не узнаю.
- Пушкарёва, да ты роковая женщина.
Катя треснула Зорькина туфлей по коленке и вяло поплелась в ванную. Включила воду и уставилась на себя в зеркало, что висело над умывальником. Поправила на носу очки, ленточку на косичке затянула потуже – надо же, она замужняя женщина! Смех, да и только.
- Не проходишь ты мимо.
Катя вздрогнула и обернулась. У дверей, всё с той же тарелкой с котлетами, торчал Зорькин. Прислонился к дверному косяку и задумчиво разглядывал потолок.
- Ты не можешь проходить мимо своего мужа. Он же в Москве.
- Ну, что-то же он делал в Питере пять лет назад? Может, и сейчас, - пожала плечами Катя.
- И что, вот ты вообще-вообще его не помнишь? Ну, там, рост, цвет волос, глаз?
- Нет, – отрезала Катя и стала выталкивать Колю из ванной, - уйди, я в душ.
Зорькин ухватился за дверной косяк.
- Подожди. Катька, а давай съездим в Москву?
Пушкарёва удивленно вскинула брови.
- Это еще зачем?
- Ну, к родителям заскочим. Теть Лена настоящих котлет нажарит, а не эту вот – гадость полуфабрикатскую?
- Зорькин, тебе бы только котлеты.
- Ну, и мужа твоего заодно поищем…
Катя выразительно фыркнула.
- Или уже отсюда, сыщик.
Вытолкала его из ванной, только Зорькин сдаваться не собирался.
- Да давай, Кать! Что нас здесь держит? Работу мы все равно найти не можем, к тому же скоро за квартиру платить, а денег у нас нет! – услышала она приглушенный голос за дверью, - Хватит делать вид, что ты не понимаешь: кредита тебе не видать, как мне – Моники Белуччи.
Пушкарёва открыла дверь и уставилась на друга. Он как раз доедал последнюю котлету.
- Вернемся домой, к родителям. Поищем работу в Москве. Жданова твоего поищем. Соглашайся, Кать.
- А как же самореализация? – печально опустила глаза Пушкарева.
- Питер – не наш город, подруга. Поедем домой, а?
Она помолчала немного, а потом тихо засмеялась. Питер – не её город точно. Ее приняли в университет, но не приняли в компанию одногруппники. Она полюбила здесь в первый раз, а её не полюбили, а использовали. Она решила здесь остаться, найти работу и всё-таки построить свое счастье, только Питер решил, что ей здесь делать нечего. Да, она здесь вышла замуж! Счастье-то какое. Идеальный союз – за пять лет совместной жизни они с мужем ни разу не поругались. И не увиделись. Может, хватит ломиться в закрытые двери?
- Ладно, заказывай билеты. Едем.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #1 : Июль 06, 2017, 09:13:53 »


2.

Андрей вошел в президентскую приемную, широко распахнув двери. Какая жалость – в моменты отвратительного настроения даже не на кого прикрикнуть. Секретаршу он себе еще не нашел. Нужно заняться этим вопросом как можно скорее. Кто сказал, что это самонадеянность: будучи всего лишь кандидатом в президенты, уже подбирать себе сотрудников? Это уверенность в своих силах! Нет. Не самоуверенность. Не порть настроение герою, противный внутренний голос.
Отца в кабинете еще не было. Жданов присел на край стола, постучал пальцами по столешнице. Так, стол тоже надо будет поменять. И кресло. Да и вообще! Встал и заходил по кабинету. Вот надо было Кире испортить ему настроение в такой день? Сколько можно махать перед его носом этим несчастным паспортом? Напоминать, напоминать…
Он и сам понимает, что этот вопрос уже давно надо было решить. Суд беспрепятственно бы расторг этот брак и без согласия второй стороны. Хотя, если бы он поднапрягся, то и вторая сторона давно бы нашлась и, скорее всего, тоже не имела бы возражений. Но он даже себе – и то шепотом –
признавался, что разводиться не хочет. Ну, во-первых, этот штамп в паспорте – гарант его личной свободы. Ни одна модель, ни одна Кира не сможет с этим ничего поделать – хоть всю жизнь ходи в женихах. Он женат! А полигамия, как известно, в России не приветствуется. Хотя… всё это, скорее всего, во-вторых. В первую очередь расставаться с воспоминаниями о тех двух безумных днях в Питере Андрею бы совсем не хотелось.

Санкт-Петербург. 21 сентября 2000 года.

В клубе было шумно, людно, дымно и разноцветно. Из гигантских колонок доносилась популярная, от того пошловатая песенка. Что-то там про ветер, который дул с моря и что-то там гнал. Андрей скользил безразличным взглядом по полуодетым девушкам, отплясывающим в каком-то диком восторге. Это же надо – столько энергии. Правда, интереса особого эти дикие танцы и дикие красотки у него не вызывали. Ему было дико скучно. Где-то неподалеку, за соседним столиком, упражнялся в остроумии Рома, не всегда удачно, но, кажется, его спутнице нравилось. Она хихикала и против его руки поверх своей собственной отнюдь не возражала.
Самому Андрею проводить время подобным образом сегодня не хотелось. Может, виной тому длительная поездка в машине из Москвы в Питер, а может, то, что взгляд ни за одну дикую красавицу так и не зацепился. Все на одно лицо, все одинаково хороши и пламенны, как одноразовые зажигалки. Скукота.
Взял со столика пачку сигарет и пошел в сторону выхода. На крыльце клуба с броским названием «Everybody dance» он вытащил одну сигарету, пошарил в карманах в поисках зажигалки, понял, что забыл её на столе. Возвращаться совсем не хотелось. Огляделся по сторонам, может, у кого можно попросить? На крыльце, как назло, было пусто, правда, чуть поодаль стоял паренек, но он был не один, а с девушкой. И, кажется, они ругались. Вклиниваться желания не было, но закурить очень хотелось. Парадокс, но после прокуренного зала – сигарета как глоток свежего воздуха. Делать нечего. Андрей направился прямиком к ним.
- Добрый вечер, - сухо поздоровался он с парнем, - зажигалки не найдется?
Тот отвлекся, окинул Жданова неприязненным взглядом, бросил девушке «Я еще не договорил» и полез в карман. Андрей мельком глянул на его спутницу. Выглядела она довольно странно, особенно для ночного клуба. Предельно закрытые одежды, кофта с высоким горлом, юбка – и та ниже колен. В руках она сжимала очки, а сама растирала по щекам слёзы. Парень как раз нашел в карманах зажигалку и протянул её Андрею.
- Не за что, – сказал он, тем самым показывая Жданову, что он тут явно лишний.
Но Андрей уходить не спешил. Он смотрел на эту заплаканную девушку, и в нем поднималась непонятная злость.
- А что слезы льём? – поинтересовался он у неё, не протягивая руку за зажигалкой.
Та вздрогнула и глянула на него исподлобья, а потом на своего парня испуганно. Жданову захотелось рассмеяться.
- Тебе чего надо? На, иди кури.
- Я вообще-то не курю. Больше. Почему девушка плачет?
Парень тяжело перевел дыхание. Схватил девушку за руку и потащил в сторону клуба.
- Пойдем.
- Я не хочу! – замотала она головой, упираясь.
Это стало последней каплей в чаше терпения Андрея. Он схватил паренька за грудки и слегка встряхнул.
- Куда ты её тащишь? Не хочет она, не видишь?
- Ты кто такой вообще? – задергался он, пытаясь высвободиться, - Мимо проходил – вот и проходи!
- Не надо! – взмолилась девушка, прижимая ладошку ко рту. Схватила Андрея за локоть, - Пожалуйста, не надо!
Андрей бросил взгляд на её бледную ручку на сгибе собственного локтя и, сам не понимая зачем, отпустил этого героя. Поправил ему ворот куртки и улыбнулся.
- Не надо обижать мою девушку.
- Ты что несешь? – усмехнулся он. - Катя, пошли. Нам надо договорить.
- Катя никуда не пойдет, - он спрятал её за спину и, продолжая все так же безмятежно улыбаться, махнул рукой в сторону. - Нам не по пути. Тебе строго на север. Направление задать?
А эта самая Катя, кажется, совсем потерялась в пространстве. Она уже плохо соображала, что именно происходит, молчала, и только две теплые ладошки где-то в районе лопаток говорили о том, что она всё еще стоит позади него.
Парень окинул Жданова выразительным взглядом. Комплекции он был значительно более скромной и, видимо, решил не связываться.
- Я с тобой еще не договорил, - бросил он куда-то за спину, где пряталась его новая знакомая.
- Иди уже отсюда, друг ты мой болтливый, - окончательно развеселился Андрей, взял Катю за руку и повел обратно в клуб. Та его безропотно послушалась, правда, оглянулась пару раз.
Паренек постоял немного на том же месте, покачивая с пятки на носок, а потом пошел следом.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #2 : Июль 06, 2017, 09:36:29 »


3.

21 сентября 2000 года

Денис тянул её за запястье через весь зал, причиняя боль и не обращая внимания на её отчаянное сопротивление. Вытащил на улицу, толкнул вперед себя, Катя по инерции сбежала со ступенек.
- Рассказывай давай.
Пушкарёва сдала шаг назад, развернулась и хотела бежать. Белов быстро спустился со ступенек и ухватил её за локоть.
- Куда пошла? Рассказывай, кто и что там тебе наболтал?
- Отпусти, мне больно.
- Катя, - выдохнул ей в лицо Денис, сильнее сжимая пальцы на ее локте, - не доводи меня до греха!
- Оставь меня в покое. Я сейчас уйду.
- Что тебе рассказал этот идиот?
- Он не идиот. Он мой друг! И он сам слышал!
- Что он слышал?
Катя стала вырываться активнее, высвободила свою руку и отошла от Белова на пару шагов.
- Всё! Про пари это нелепое! И про то, как ты ко мне на самом деле относишься, понял?! Оставь меня, Денис! Сколько тебе там должны были заплатить за ночь со мной? Я плачу в два раз больше, только оставь меня в покое!
- Дура! – в сердцах выдохнул он. Притянул её к себе, попытался поцеловать, она замотала головой и уперлась ладонями ему в грудь.
Он отступил и рассмеялся, а Катя зарыдала.
- Ты дура, Пушкарёва. Круглая. Я же тебя люблю.
- Замолчи.
- Люблю! – выкрикнул он, намерено повышая голос.
- Заткнись! – перестала сдерживать слезы Катя, сняла очки и отвернулась от Дениса.
Он, кажется, только сильнее разозлился.
- Думаешь, я урод моральный, да? Что, плохой Денис, хотел обидеть бедную невинную девочку? Да как такую не обидеть, она же сама просит! Ты что, думаешь, всегда так легко и непринужденно по жизни шагать будешь? Да твое представление о жизни только в детской книжке цитировать! - он широко взмахнул руками. - Мир всему глобусу! От полюса да полюса! Кто-то должен был тебе объяснить…
- Давай, скажи, что ты шел на это ради моего же блага.
- Дура! – снова крикнул он, взмахнул рукой и сделал поворот на месте, чтобы Катю не ударить.
Она зажмурилась и заревела еще горше.
- Чего ты рыдаешь? А? Я же люблю тебя. Люблю!
Она замотала головой.
- А я нет.
Белов заливисто расхохотался, запрокинув назад голову.
- «А я нет», - передразнил он.- Ты врать не умеешь, Катька!
На крыльцо клуба вышел мужчина, вздохнул полной грудью, сигарету вытащил, кажется, собрался закурить. Правда, потом пошарил по карманам, оглянулся на двери зала, спустился со ступенек и направился прямиком к ним.
- Прекрати реветь, иначе я за себя не отвечаю, - быстро выпалил Денис, встречая незнакомца неприязненным взглядом.
Катя всхлипнула и задержала дыхание. На мужчину даже не взглянула, разве что мельком.
Тот попросил  закурить , сунул руки в карманы и посмотрел на Катю . Она хоть глаз и не поднимала, а взгляд чувствовала.
- Не за что.
- А что слезы льём?
Катя вздрогнула, когда поняла, что обращаются к ней. С испугом посмотрела на Дениса, тот сурово поджал губы.
- Тебе чего надо? На, иди кури.
- Я вообще-то не курю. Больше. Почему девушка плачет?
Белов окончательно разозлился, схватил Катю за руку и потащил обратно в клуб.
- Я не хочу! – отчаянно замотала она головой.
Когда завязалась потасовка, Катя испугалась, не знала, за кого хвататься, только умоляла о чём-то отчаянно этого незнакомого мужчину. О чем, вспомнить сложно, потому что от пережитого стресса она совсем потеряла нить происходящих событий. Очнулась уже тогда, когда её защитник уверенно вел её к дверям клуба. Обернулась, встретилась глазами с Беловым. Захотелось зажмуриться.
В клубе было все так же шумно и людно.
- Давай, рассказывай, - потребовал от неё её новый знакомый.
Усадил её за столик, сам сел напротив и жестом руки подозвал официанта. Пушкарёва рассматривала его пристальным взглядом. Он был очень хорош собой, одет дорого и со вкусом, на вид лет 25, может, чуть больше. Сам он смотрел на неё с не меньшей долей любопытства и чему-то улыбался.
- Рассказывай, - повторил он. - Что пить будешь?
- Я не пью, - замотала головой Катя.
Он удивленно вскинул брови, усмехнулся.
- Ну и я тогда не буду. Давайте нам два сока. Любых.
Официант безразлично кивнул и ушел.
- Рассказывай уже, - с улыбкой на губах попросил Андрей.
Девочка эта вызывала в нем просто дикий восторг. Молоденькая, смущенная и несчастная. Она не пьет, а от запаха дыма прячет нос в воротник своей кофты. Держит руки на коленках и смущенно поглядывает на него исподлобья. Мечта!
- Что рассказывать?
- Ну, для начала, кто это был, тот парень? Муж, жених, любовник?
При упоминании последнего слова Катя возмущенно подняла на него взгляд огромных карих глаз. Жданов едва не рассмеялся. Мечта!
- Тебе какое дело?
- Ладно, не рассказывай, - безразлично пожал плечами он. - Я сейчас соберусь и пойду домой. Буду проходить мимо нашего героя, вручу тебя ему с чистой совестью.
Она испуганно обернулась, а потом замотала головой.
- Это Денис. Мы с ним…
- Спим?
Катя обиженно замолчала. Всё-таки этот тип просто-напросто над ней смеется. Захотелось подняться и просто уйти. И ничего страшного, что где-то там, у выхода, её поджидает Белов с его лживыми признаниями и обидными обвинениями. Этот незнакомец вообще неизвестно кто такой, и что ему от неё надо, непонятно. Всё, что она о нем знает, - это то, что у него приятный тембр голоса и вкусный аромат одеколона. И что, всё? Можно довериться и обо всем ему рассказать? Она робко повернула голову и взглянула на него. Склонив голову чуть вбок, он разглядывал её с пристальным вниманием и все так же обворожительно улыбался.
- Ка-атя, - протянул он,- Катерина-а. Я не обижу тебя. Рассказывай.
И она рассказала. Вот так вот – вся наизнанку перед незнакомым мужчиной, совсем не в её духе. Но так хотелось рассказать обо всём хоть кому-нибудь. А тут так удачно сами просят. Да и вообще. Он вызывал в ней необъяснимое чувство спокойствия и доверия. А еще он красивый…Очень...
Слушали её очень внимательно. Глаз он не поднимал, смотрел в стол, покручивал в руках пачку сигарет, щурился и временами ухмылялся. Вопросов задавал немного, пару подробностей только уточнил.
- То есть ты его любишь?
- Ну да,- кивнула она.
Андрей откинулся на спинку стула и рассмеялся.
- За что? За что там любить? Он же дерьмо последнее.
Ну, в самом деле? Что эта милая девочка нашла в таком подонке, который, как оказалось, её еще и предал? Грязно и задешево. Ну, ты чего, Мечта? Не разочаровывай ты так.
- А мы что, выбираем, кого любить? – искренне удивилась она. - Может, ты и выбираешь. А меня не спросили.
Он хотел что-то сказать, а потом зацепился взглядом за кого-то позади Кати, усмехнулся, подался вперед и поцеловал её. Просто и легко. В губы. Она смотрела на него широко распахнутыми глазами, плохо понимая, что происходит.
- Ты совсем не умеешь целоваться, – прошептал он ей в губы, улыбнулся, заметив её ошарашенный взгляд. - Там твой Денис стоит, смотрит на нас. Кажется, ревнует. Иди сюда.
Потянул её за руку и легко усадил себе на колени.
- Что ты делаешь? – в ужасе прошептала Катя, попыталась подняться, но он удержал её за талию.
- Ты просто обязана его наказать. Он обидел тебя. Пожалуйста, не веди себя, как каменная статуя, - снял с себя очки, потом с неё, положил ей одну ладонь на шею и снова притянул к своим губам.
Катя попыталась справиться с удивлением и страхом, попыталась думать головой. Обязана наказать. Он прав. Закрыла глаза и робко ответила. Её скромный опыт явно его веселил. Его… как же его зовут хоть?! Катя Пушкарёва! Ты сошла с ума.
Она неуверенно обняла его за шею. Странно, но, кажется, получала от всего этого безумия какое-то удовольствие. Целоваться с ним было приятно. Вкусный аромат одеколона будоражил кровь, а его руки на собственной талии уже не пугали, а приятно волновали.
- Во-от, уже лучше,- усмехнулся он, отрываясь от неё. - Кажется, он к нам идёт.
- Кто? – потеряно спросила она, пытаясь собраться с мыслями.
- Что значит «кто»? Любовь всей твоей жизни!
Катя вздрогнула и обернулась. Белов действительно стоял около их столика, дышал тяжело и яростно сжимал кулаки.
- Ты же завтра пожалеешь. Уже завтра, Кать! Хватит… пошли отсюда.
Он попытался схватить её за руку, только Андрей резко вскочил на ноги, заставляя Катю подняться следом, а потом спрятал её за своей спиной.
- Куда это вы, уважаемый, хотите увести мою девушку?
- Слушай, мужик… Не лезь не в своё дело!
Андрей рассмеялся, нашел Катину руку и слегка потянул её вперед.
- Это ты, родной, влез не в своё дело. Помешал нам. Пошли, Кать.
И он повёл её за собой.
- Катя! – в отчаянии окликнул её Денис.
Только она не повернулась, а скрылась с этим незнакомцем за дверями подсобного помещения.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #3 : Июль 06, 2017, 09:45:39 »


4.


Он захлопнул за ними дверь, шум из зала сразу стал звучать приглушенно, и они погрузились в абсолютную темноту. В подсобке было тесно, Катя прижалась к двери, а он совсем рядом. Притянул её к себе ближе.
- Ну? – по интонации было слышно, что он улыбается.
- Что?
- Ты видела? Он же чуть ногти по локоть не сгрыз от злости.
Катя улыбнулась, ощущая непонятный прилив адреналина.
- Мы молодцы?
- Ещё какие! – он снова запросто её поцеловал, на этот раз Катя не стояла как истукан, обняла его и стала отвечать.
Безумие!
- А дальше-то что? – отрываясь от неё, усмехнулся Андрей.
Катя облизнула губы.
- Что дальше?
Жданов окончательно развеселился. Она действительно – мечта! Совсем зеленая, не понимает, что возможно какое-то «дальше». Тем не менее пахнет от неё так соблазнительно – что-то своё, не парфюмерное, а так будоражит. Стоит, прижимается к нему всем телом, и все-то без задней мысли. Несмышлёныш. Как тут удержаться? Правда, мысль о том, что у неё наверняка еще не было мужчины, немного отрезвила. Девочка, конечно, хороша, вызывает определенные желания, но такую ответственность на себя брать не хотелось.
- Ничего, - улыбнулся он, снова припадая к её губам. - Дальше – ничего.
- Ничего? – непонимающе переспросила она.
- Ничего, Мечта, ничего. Пойдём, - он легко отстранил её от двери, впуская в темное помещение разноцветный свет. - Хотя подожди…
Закрыл дверь, повернулся к Кате и стал расстёгивать пуговицы на её рубашке.
- С ума сошёл? – попыталась оттолкнуть его руки от себя.
- Не паникуй, Мечта. Так надо.
Сам снял с себя футболку и стал мять её в руках, взъерошил себе волосы, взглядом художника, выискивающего недочеты в своей картине, присмотрелся к Кате.
- Да убери ты руки, - рассмеялся он.
Расстегнул ей пуговички до предела, стянул рубашку с одного плеча, волосы ей взлохматил.
- Это еще зачем?
- Это мы твоему Денису даём повод для самых безумных фантазий.
Он снова надел свою измятую футболку. Постоял немного, раздумывая, а потом снова полез целоваться.
- Для правдоподобности, - пожал он плечами, - Вот теперь пошли.
Со стороны они, наверное, действительно, выглядели весьма двусмысленно. Андрей тянул её через толпу за руку, а им вслед оборачивались, кто-то даже хихикал. У выхода они столкнулись с каким-то парнем, тот, кажется, Катиного нового знакомого хорошо знал.
- О, а я тебя потерял! - заглянул ему за плечо, кивнул Кате, - здрасти. Понятно, почему потерял.
- Мечта, знакомься – это Рома. Мой друг.
- Мечта – какое интересное имя, - хмыкнул Малиновский. - Ты большой оригинал, Жданчик. У меня вот – Машенька.
Он притянул за талию к себе красивую девушку, которая весьма недвусмысленно положила ему руку на плечо.
- Машенька – это я.
- Мы рады, - кивнул Жданов. - Пойдем, Кать.
- Ты куда это? – окликнул его Рома.
Но никто ему не ответил.
На крылечке клуба курил Денис. Завидев Катю с Андреем, сигарету выкинул и двинулся к ним. Окинул их беспорядочный видок злым взглядом, головой покачал.
- Не ожидал я от тебя, Пушкарёва.
Катя хоть и вспыхнула от смущения, но голову не опустила, наоборот вздернула носик и с достоинством сказала:
- Мой поступок вообще не идет ни в какое сравнение с твоим! Так что не тебе меня судить.
- Вот именно, - поддакнул Жданов. - Тем более у нас все порядочно, правда, Кать? Мы вот в ЗАГС как раз собираемся.
- Куда? – в один голос спросили Белов и Катя. Жданов довольно улыбнулся.
- Выйдешь за меня?
- Я? – усмехнулась Пушкарёва и даже пальцем на себя указала, чтобы у него сомнений не оставалось: говоря «я», она имеет в виду вот эту «себя» и никого другого.
- Ну не он же. Паспорт с собой?
- М-мой?
- Ага. Ром, - подозвал он того самого парня с девушкой Машенькой.  - Документы мои у тебя?
- Ну да, - кивнул он. - А что? Проблемы?
- Да я женюсь тут, - усмехнулся Андрей. - Вот на этой вот Мечте.
- Хватит!
Это уже Денис. Кинулся к Кате, попытался потянуть её за собой, только Жданов вышел вперед и снова схватил его за отвороты джинсовой куртки.
- Ну вот куда ты тянешь ручонки? Не переживай ты так, мы тебя приглашаем. Свидетелем будешь?
- Буду! – зло выдохнул Белов.
- Жданов, - кинулся к ним Рома. – Жданов, отпусти парнишку. Ну ты чего? Женишься, дерешься. Перебрал, что ли?
- Ромк, одолжи Машеньку, будет свидетельницей, - продолжал гнуть свою линию Андрей, не сводя свирепого взгляда с Дениса.
- Кого вы хотите обмануть? – рассмеялся тот. - Неужели ты правда на ней женишься, красавчик? Ты её в темноте плохо разглядел?
Жданов на ощупь нашел Катину ручку и сжал её. Взглянул на неё. Выглядела она потерянно.
- Так что? Выйдешь за меня? Меня Андрей зовут.
Катя перевела на него несчастный взгляд, правда, слегка улыбнулась.
- Выйду, - выдохнула, как будто в холодную воду нырнула.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #4 : Июль 06, 2017, 10:03:47 »


5.

Итак, его звали Андрей, ему было 24 года, он жил в Москве и очень любил суши. Скажете, маловато сведений о будущем муже? Наивные.
Катя хоть и с трудом, но всё же соображала, на что она идёт. На замуж. Родители ей этого в жизни не простят. Боже! Реакцию папы страшно представить! Ну вот что она скажет, когда придет домой, замужняя, но без мужа? А в том, что без мужа, почему-то сомнений не было. Они хоть и делают сейчас просто фантастические с точки зрения здравого смысла вещи, но даже им было понятно. Это всего лишь авантюра. Что будет дальше – тайна, покрытая мраком, но уж точно не «долго и счастливо». Но разве нельзя с этим разобраться потом??
Сейчас они идут в ЗАГС - за руки, впереди мрачно плетется Денис, оборачивается и хмурится. На что он надеется? Что они струсят и всё переиграют? О да, он в это искренне верит. И если Катя и сомневалась слегка, то Андрей, кажется, был уверен в правильности своего решения на все сто. Как будто он в день по пять раз женится на вот таких вот Катях, странных и практически ему незнакомых.
Не слишком доволен был и верный друг Рома. Шёл по правую руку от Жданова и то и дело что-то возмущенно шипел.
- … все шишки на меня! Что я Маргарите скажу, Андрюх? А она же с меня спросит! Андрюх…
- Да тише ты! – раздраженно перебил его Андрей, сжал Катину руку сильнее. - Весь настрой сбиваешь. Да же, Кать?
Она ничего не ответила.
Работники ЗАГСа такую интересную компанию встретили, слегка приоткрыв рты от удивления. Утро было раннее, полненькая женщина-регистратор, Зинаида Леонтьевна Павлова, лениво протирала стол от пыли, когда в зал бракосочетания вошла группа молодых людей. Трое из них – симпатичные парни, и с ними две девушки. Одна испуганная, другая – сонная и усталая. Стали путано ей объяснять, о чём-то просить, кажется, нужно кого-то расписать. Махали перед её носом паспортами и деньгами, в общем, несли полный бред.
- Так, молодые люди, - сурово вскинула вперед ладонь Зинаида Леонтьевна, - Вы мне можете спокойно, внятно объяснить, что вам от меня надо?
Хотели снова заговорить все разом, только один из них, тот, что выглядел посолиднее и, сказать по совести, весьма очаровательно, жестом руки призвал всех к тишине. Вышел вперед, снял очки и обворожительно улыбнулся.
- Мне б жениться.
- Но… - опешила Зинаида Леонтьевна.
- Сегодня.
- Но ведь…
- Сейчас.
- Я просто…
- Пожалуйста, - улыбнулся парень, вытащил за руку невесту. – Нам о-очень надо.
Более странной пары регистратор Зинаида за двадцать-то лет своей беспрекословной службы и не припоминала. Совместить несовместимое. Тем не менее, держались они уверенно. И за руки, да и вообще… Было в них нечто очаровательное, не подлежащее объяснению. Она смущенная, напуганная, от того милая. Он обворожительный, уверенный и очень красивый. Да и какая ей, Зинаиде Леонтьевна, разница, почему они выбрали друг друга, такие разные? Но для порядка тяжело вздохнула, очки сняла, протерла краем шелкового шарфика.
- Вы хоть хорошо подумали, молодые?
Они переглянулись и улыбнулись.
- Да, - кивнули синхронно.
Двое парнишек позади выразительно закатили глаза под потолок, а сонная девушка нервно хихикнула.
- Ну, что же…
Ни белого платья невесты, ни черного смокинга жениха, ни гостей, ни колец. Только куча энтузиазма и мрачные лица гостей и свидетелей. Что же вы делаете, Зинаида Леонтьевна? Одумайтесь!
- Вы хорошо подумали? – с надеждой спросила она напоследок.
Жених молча развернул к себе книгу регистрации, обернулся, подмигнул парнишке, что стоял ближе к двери, а затем поставил свою размашистую подпись.
- Иди сюда, свидетель, - усмехнулся он, поманив рукой паренька в джинсовой куртке
- Да пошел ты! - грубо выругался тот, глянул на невесту, покачал головой и стремительно вылетел из зала бракосочетаний.
- Нервы сдали, - пожал плечами Жданов, подмигнув Кате. - Иди сюда, Ром.
- Палыч, ну всё. Доказал ему, кто самый крутой, помог девушке? Хватит.
- Расписывайся.
- Андрюх, ну это же безумие.
- Малина, возьми ручку, - он подвинул к нему книгу и ручку протянул. - И ставь закорючку.
Катя затаила дыхание. Малиновский вздохнул, но ручку взял и расписался.
- Идиот, - мрачно высказался он.
- Екатерина Валерьевна? - Зинаида Леонтьевна обратилась к бледной, как полотно, невесте.
- А? Д-да. То есть, дайте мне ручку, - сглотнула, зажмурилась, расписалась. КАТЯ!
Потом свидетельница, с видом случайно зашедшей на огонёк, тоже поставила свою подпись, жених счастливо разулыбался, взял невесту за руку.
- Целовать можно? – и, не дожидаясь разрешения, притянул к себе бледную девушку.
Ну, хоть что-то у них по-настоящему…
На улицу вышли вчетвером. Утренняя прохлада пробирала до костей.
- Идиот, - повторил Малиновский и стал надевать пиджак.
- Дай сюда, - усмехнулся Жданов и вырвал у него предмет верхней одежды, накинул Кате на плечи.
Рома обиженно поджал губы.
- Может, мне еще что-нибудь снять?
- Не веди себя, как девочка, друг! Мы с Катей идём гулять.
- Правда? – удивилась новоиспеченная жена.
- Ну да, - кивнул Андрей. - Спасибо, Машенька, за оказанную услугу, - поцеловал ручку Машеньке, отсалютовал другу. - Созвонимся!
Взял Катю за плечи и повел за собой.
- Программа у нас обширная, - начал объяснять он. - Начнем мы, пожалуй, с оранжереи на углу Потемкинской и Шпалерной, говорят, там жутко романтично. А мы кто? Правильно – молодожены.
- Сумасшедшие мы, а не молодожены, - усмехнулась Катя, прижимаясь к нему теснее.
- А тогда какой с нас спрос?

Сенатская площадь, Невский проспект, Марсово поле… Они гуляли весь день, не выпуская рук друг друга. Андрей рассказал ей, как оказался в Питере, оказывается, проездом. Мотались с другом Ромой по Золотому кольцу, а потом решили забуриться и в город на Неве. Тем более у Ромки день рождения. Больше ничего не сказал, про детство и шальную юность не рассказывал и про то, чем дышит, тоже. О Кате вообще ничего не спросил, кажется, полученных сведений в клубе ему было достаточно. Они гуляли и разговаривали о жизни и об архитектуре, о том, что любят читать, и немножко об одиночестве - и Катя, и Андрей были единственными детьми в семье. Ни о Денисе, ни о дурацкой «свадьбе» - как будто все это в порядке вещей.
Ночью забрались на макушку Исаакиевского собора, а там ТАКОЙ вид! Город как на ладони, и сверху все кажется таким маленьким, незначительным. И где-то там сейчас злится на них Денис, мерзнет Малиновский и, наверное, улеглась-таки спать Машенька. А им плевать. Целовались до одури, до умопомрачения, называли друг друга по именам и улыбались безумно и радостно…
А утром всё закончилось.


Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #5 : Июль 06, 2017, 10:18:25 »

6.

Санкт-Петербург. 2000 год.


Утро было промозглым и туманным. Катя с Андреем медленно прогуливались по набережной, усталые и сонные. Сил не было даже на то, чтобы разговаривать. Он обнял её за плечи, она практически засыпала у него на груди. Заснула бы, если бы не надо было передвигать ноги. Удивительно, но рядом с этой странной Катей ему было уютно и спокойно. Как будто они знакомы не два дня, а лет тридцать. Она была удивительно легка душой и приятна. Прижал её к себе ближе.
- Ты есть хочешь?
- Больше спать, - улыбнулась она и зевнула, прикрывая рот ладошкой.
- Да, я тоже устал, пожалуй, - усмехнулся он. В кармане зазвонил мобильный. - Подожди-ка. Да, Ром.
- Ты где? - обеспокоенно спросил Малиновский.
- Я? Гуляю тут, неподалеку.
- Андрюх, беда.
Жданов нахмурился, выпустил Катю из объятий.
- Что такое?
- Воропаевы, - вздохнул Малиновский. - Разбились на машине.
- Не понял, - он прокашлялся и спросил осевшим голосом. – Все?
- Старшие. Мне Сашка звонил пару минут назад. Вообще невменяемый. Ехать надо, Андрюх.
- Да-да, конечно, - и как-то мысли все не собирались в кучу, и говорить, пожалуй, было трудно. Запустил пальцы в волосы. - Давай минут через 20, у того клуба. Договорились.
Отключился и тяжело выдохнул. Катя всё это время стояла рядом и тревожно прислушивалась. Кажется, у него что-то случилось, но рассказывать ей об этом он не спешил, вертел в руках телефон и гипнотизировал взглядом асфальт под ногами. Она робко дотронулась до его руки.
- Что-то случилось?
Он вздрогнул и попытался сфокусировать на ней взгляд.
- Нет. То есть… да, Кать. Что-то случилось, - взял её за руку и потащил за собой. - Нам в Москву надо.
Она резко затормозила, Андрей даже не сообразил сразу, что произошло, развернулся, прищурился.
- Что такое?
- Какая Москва?
- Какая Москва, Кать? Самая обыкновенная. Пошли скорее, - снова потянулся за её рукой, только она шаг назад сделала.
- Андрей, я не могу.
Жданов устало выдохнул.
- Что значит «не могу»? Ты же говорила, что живёшь в Москве, у тебя там родители…
- Говорила, я не отрицаю,- кивнула она. - Но здесь у меня учёба. И… учёба.
- И еще учёба, наверное, да? – невесело усмехнулся он. - Катька, это очень срочно.
Рассказывать ей о гибели лучших друзей родителей не хотелось. Зачем этой светлой девочке знать такие неприятные вещи? Но она снова покачала головой и сделала еще один шаг назад.
- Я не поеду.
- Кать! – начал злиться он, но Пушкарёва перестала пятиться, подошла и спокойно взяла его за руку.
- Поезжай.
- Один? Я один не поеду.
Она улыбнулась. Глупости. Что значит «не поеду»? Легко коснулась его губ поцелуем.
- Поедешь. Если это действительно очень важно – поедешь. А я же вижу…
Ещё раз улыбнулась. Захотелось отвернуться, потому что было очень обидно и даже немного больно… но она действительно не могла. Андрей молчал. Потом вздохнул, видимо, что-то для себя решив, и улыбнулся. Опять невесело.
- Что ж. Заставить я тебя не могу. Только вот, - он замялся. - Разводиться мне сейчас будет некогда.
- Можно сделать это позже, - мигом согласилась Катя, хотела еще что-то сказать, но голос сорвался, она прокашлялась и поспешила улыбнуться.
- Ну, а Денис твой?
- А что Денис?
- Ну, он же никуда не денется. Будет крутиться рядом, вы же вместе учитесь. А меня рядом…не будет.
- А твоё присутствие больше и не обязательно, - как можно безразличнее сказала она.- Я уже всё для себя решила. Он мне не нужен.
- А кто нужен? – впрочем, ответа на свой вопрос он ждать не стал. - Ну, если ты действительно сама справишься…
- Справлюсь, - послушно кивнула Катя.
- Я тогда, наверное…
- Иди.
Андрей кивнул. Потом снова открыл было, рот, хотел что-то сказать, но махнул рукой. Улыбнулся.
- Пока, Мечта.
- Прощай, - через силу улыбнулась Катя и даже рукой ему помахала.
Крепись. Какая ты Мечта, если в соплях? Да и вообще! Чего ты ждала? «Долго и счастливо» только в сказках бывает. А ваша авантюра заранее была обречена на провал. Андрей медлил. Потом всё же развернулся и пошел вперед, Катя выдохнула и со спокойной душой разревелась. Дура. А он вдруг остановился, развернулся и прибежал обратно, схватил её в охапку и поцеловал, она обняла его за шею и буквально повисла на нём. Он отстранился и прижался лбом к её лбу.
- Ерунда какая-то, - усмехнулся он. - Ты меня с ума свела, Мечта.
- Я всё равно не смогу поехать. Родители, учеба.
- И еще раз учеба, я помню.
Катя рассмеялась сквозь слёзы.
- И что нам делать?
- Так… - он отпустил её и стал бессмысленно озираться вокруг. - Телефон, оставь мне свой номер.
- У меня нет мобильного. А домашний я не знаю, квартира съемная.
- Давай адрес, - упрямо мотнул головой Андрей.- Есть листочек, ручка?
Катя отчаянно помотала головой.
- У Малиновского должны быть!
Полезли в карман пиджака Ромки, нашли только ручку.
- На, пиши, - протянул ей ладонь Андрей.
Катя действительно написала свой адрес, попутно всхлипывая. Вышло коряво, но Жданов разобрался и прочел.
- Верно?
- Да,- кивнула Катя.
- Отлично. Давай свою, я напишу номер телефона свой, звони в любое время суток, по поводу и без повода. Хорошо?
Пушкарёва потерянно кивнула и протянула ему ладошку.
- Всё, - выдохнул он и счастливо улыбнулся. - До скорого?
Снова не дал ей ответить, притянул к себе и поцеловал.
Вот и вторая глупость за два дня. Так ярко встретиться и так глупо распрощаться. Обидно было обоим, но радость предстоящей в скором времени встречи, буря эмоций и страстей затмевали разум и абсолютно отключали здравый смысл. Ведь логичней было бы Андрею забить Катин адрес в сообщении, а ей -  попросить его визитку, которая преспокойно покоились в кармане его джинсов. Они выбрали способ более романтичный, но абсолютно ненадежный. В то утро начался дождь, смывая с асфальта пыль, из головы - воспоминания и неаккуратные записи ручкой - на ладонях.

Москва. 2005 год.

- Привет, мой несвободный друг! – Малиновский громко захлопнул дверь, вырывая Андрея из пучины воспоминаний. Жизнерадостный и подтянутый, уселся в своё любимое кресло и картинно почесал подбородок.- Что ж ты, молодец, невесел?
- Ты время видел? – мрачно осведомился Жданов, присаживая на край стола. - Почему опаздываешь?
- Ах! Уволь меня! Уволь, мой президент! Голову - с плеч!
Андрей только головой покачал.
- Будет тебе «с плеч», если Сашку изберут.
Ромка перестал дурачиться и вздохнул.
- Да ладно тебе, Жданчик. Всё путем будет. У тебя есть мой голос, голос Маргариты и Кирюши. А у Сашки только два.
- Твои математические способности достойны восхищения, родной. Только голоса Киры у меня нет.
Малиновский удивленно вскинул брови.
- Вы поругались?
- Она снова пристала ко мне с этим… штампом в паспорте, - прокашлялся и отвел глаза.
- Ааа, - понимающе протянул Рома, заерзал в кресле, усаживаясь поудобнее. - Жданов?
- Что?
- А ну-ка посмотри на меня. Ты что, так и не начал её искать?
Андрей выразительно поджал губы, встал и отошел к окну.
- Мне не до неё. Дел по горло.
- Идиот, - выдохнул Ромка, почти с той же интонацией, что и пять лет назад в ЗАГСе. - А тебе, мой любезный друг, не приходила такая светлая мысль в голову, что она простая аферистка?
Андрей только рукой на него махнул. Всё это от друга он уже слышал в сотый раз, наверное. Катя – аферистка, подстроила весь этот спектакль в клубе и намеренно женила его на себе. И было здравое ядро в его предположении, этого отрицать нельзя, но стоило Жданову просто вспомнить эту Мечту, как все сомнения отпадали напрочь. Это чудо с аферой и обманом не вязалось ни в какую.
- Она же даже выглядела неправдоподобно, - продолжал гнуть своё Малиновский, - Эти её очки, прическа, одежда…
- Рома, заткнись, – болезненно поморщился Жданов, - Заткнись.
Вздохнул и уселся в президентское кресло. Ромка проводил его насмешливым взглядом.
- Я-то заткнусь, Палыч, да только ты мои слова всё равно вспомнишь, когда приедешь разводиться к своей Мечте, а тебе навстречу десять негритят – и все зовут тебя папа.
От того, чтобы послать Малиновского куда подальше, Андрея остановил короткий стук в дверь. В кабинет вошли родители и Саша.
- А чего это ты уселся в мое кресло, Андрюша? – с порога начал Воропаев, протягивая руку Роме.
- А, так это твоё? – наигранно удивился Жданов, здороваясь с матерью, - Так и быть. Забирай. Поставлю себе новое.
- Поставь. Где-нибудь у себя в гостиной. А в своем кабинете я как-нибудь сам наведу порядок.
- Ма-альчики, - протянула Маргарита, покачивая головой.
- Успокойтесь сейчас же, - усаживаясь в президентское кресло, устало вздохнул Павел Олегович, - Пока всё здесь, до последнего ластика, принадлежит мне.
- Несомненно, - кивнул Александр, шутливо кланяясь.
- А мы и не спорим, пап. Ну, что? Пора созывать акционеров? – хлопнул в ладоши Жданов и уже было двинулся к двери, отдавать распоряжение.
- Не торопись, Андрей. Присядь. Обстоятельства изменились.
- В чём дело? – удивленно вскинул брови Воропаев.- Переизбрание президента переносится?
- Переносица у тебя между глаз, Воропаев, - хмуро ответил за отца Жданов, присаживаясь на диванчик. - Дай человеку договорить.
- Спасибо, Андрей, - благосклонно кивнул Павел, а затем вздохнул. - Я не передумал, я действительно отхожу от дел и назначаю новое руководство. Кандидата у нас два, как и прежде. Только избирать нового президента будет не Совет акционеров, а мы с Маргаритой лично.
Маргарита Рудольфовна встала за спиной мужа и тепло улыбнулась сыну. Александр с Андреем потрясённо молчали, и только Ромка, прокашлявшись, уточнил.
- То есть уже сейчас вы можете назвать имя нового президента компании?
- Можем, но не будем. У нас есть условие.
- Какое еще условие? – прищурился Воропаев.
Маргарита и Павел переглянулись.
- Новый президент, – загадочно улыбаясь, начала Жданова. Выдержала театральную паузу, - должен быть женат.
Ромка победно вскинул кулак в воздух, а Саша выразительно фыркнул.
- А что ж вы так осторожничаете? Надо было сразу: обязательное условие - президента должны звать Андрей Жданов, не иначе.
-Не стоит делать поспешных выводов, мальчики, - улыбнулся Павел Олегович. - Твой псевдобрак, Андрей, не в счёт.
- Что значит не в счёт? – усмехнулся он.
- То и значит. Нам нужен видимый результат – счастливая семья. Отделаться фиктивно ни у кого не получится.
- Мой брак не фиктивный! – вскочил на ноги Жданов.
- Успокойся, Андрюша, - довольно вздохнул Сашка. - Ноль-ноль, со старта двинемся вместе. Правда, я пока не понимаю, зачем это нужно?
- Воспитываем чувство ответственности, - поднимаясь на ноги, ответил Павел Олегович. - Невозможно управлять такой компанией, как «Зималетто», если ты не умеешь отвечать за других.
- Да и вообще, - улыбнулась Маргарита, по очереди чмокнув в щёку всех троих, - пора уже. Рома, ты не хочешь принять участие?
- Н-нет, - усмехнулся Малиновский. - Меня мой статус «вице» устраивает. Вполне.
- Очень жаль, – вздохнула Жданова и потрепала его по щеке.
- Мой брак не фиктивный, - снова попытался вразумить родителей Андрей, выходя за ними в приёмную.
- Ничего не знаю, - покачал головой Павел, - Я твою, кхм… жену в глаза не видел. Да и ты не вспомнишь, если увидишь.
- Вспомню!
- Этого мало, родной, - поджала губы Маргарита. - Вот тебе вполне достойный повод наконец развестись и не трепать мне больше нервы этим нелепым браком. И жениться на Кирюше.
- Мам!
- Всё. Мы ушли.
Родители ещё раз помахали всем рукой и вышли из приёмной.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #6 : Июль 06, 2017, 10:25:03 »

7.

Родители покинули приёмную, а Сашка довольно разулыбался.
- Ну что, Андрюша? Женимся?
- Прости, но я вынужден тебе отказать. Ты не в моём вкусе.
- Эх, - еще больше развеселился Воропаев, поправляя узел галстука. - Кусаешься, потому что знаешь, что проиграешь. Как там зовут твою избранницу? Вы же на ты? Ах, вы женаты!
- Спокойно, Андрюх, - похлопал его по плечу Малиновский. - Мы еще посмотрим, кто быстрее произведет выстрел.
- Боюсь, пока Жданов будет разводиться, я уже пол-Москвы перестреляю. К чему нам лишние жертвы, - он перекинул портфель из одной руки в другую и помахал рукой. - Адьёс, мальчики. У меня вдруг возникла куча дел. А Катеньке привет.
Рассмеялся и, довольный, покинул приёмную.
- Пришёл, увидел, наследил, - мрачно покачал головой Малиновский. Жданов ничего не сказал, выдохнул и пошёл прочь.
Вошел в кабинет Ромы и хлопнул дверью. С обратной стороны тут же раздался короткий стук.
- Извините, м-можно? – заикаясь, прогнусавил Малиновский, робко заглядывая внутрь.
- Хватит дурачиться!
Рома вздохнул и ступил в свой кабинет.
- Успокой свой организм, Жданов. Ничего страшного не случилось.
- Я спокоен, ясно? Я просто не понимаю! – взмахнул руками и столкнул со стола бумаги.
- Это очень важные бумажки.
- Плевать!
Ромка усмехнулся, присел и стал собирать документы, попутно приговаривая:
- А я тебе говорил – разводись, разводись! Что, думал, шутки тебе? Чего ты ждал от этого брака, объясни мне?
- Я не ждал… Я просто считал, что она объявится.
Малиновский поднялся на ноги и попытался выровнять стопку листов.
- Андрюх. Включи мозг. Ты её с собой в Москву звал?
Жданов отвёл глаза.
- Звал? – настойчиво повторил Ромка.
- Звал.
- Ты номер ей свой оставлял?
- Оставлял.
- В Питер ездил? Если я не ошибаюсь, дверь тебе никто не открыл?
- Слушай, отстань! – вспылил Андрей, вскочил с кресла и пошел к выходу, - Был дождь, ясно? А мы адреса и телефоны записывали на ладонях. Я до сих пор не могу точно сказать, что съездил по нужному адресу.
- А я вот могу точно сказать, – покивал Малиновский, - что зря не съездил тебе по физиономии тогда, в ЗАГСе. Иди-ка ты лучше подай на развод, а потом к Кире. Сашка, конечно, сразу несчастную на роль жены не найдет, но у тебя инстанций больше.
- Подам, - мрачно буркнул Жданов и взялся за дверную ручку. - Только к Кире я всё равно не пойду. Мне вообще эта идея родителей не нравится. Сказали «фас» – и ты срываешься и женишься. Дурдом!
И вышел из кабинета.
У лифта столкнулся с Воропаевым, тот разговаривал по телефону - явно с особью женского пола, увидел Андрея и подмигнул. Андрей разозлился окончательно. Сел в машину и по газам дал так, что мотор заревел. Что его так разозлило: условие родителей или предстоящий развод? Наверное, и то, и другое, и третье. А третье – это Малиновский со своим речами. Правильными… Он сделал всё, чтобы найти Катю, даже в Москве её искал. Нашёл адрес её родителей, грозный отец его даже на порог не пустил. Мужа собственной дочери, между прочим. Хотя, он конечно, об этом не знал… Но неважно! Ни номера, ни питерского адреса ему никто не дал, Катя родителям ничего не рассказала и домой в ближайшее время не собиралась. И не звонила. Он номер с тех пор так и не поменял. Значит, он переоценил степень серьёзности их… отношений? Какие там отношения. Безумные два дня, даже не два, а полтора! Тоже мне, нашел, на чём зациклиться. Не зря Мечтой назвал, как часто и случается, Мечта оказалась неосуществима. Ну и чёрт с ней! Он сейчас поедет и подаст на развод! Хотя нет, сначала он поедет и поменяет номер, вот! Просто из принципа, чтобы ничего не напоминало ему о том безумии. На светофоре свернул направо и поехал к торговому центру.


***


Катя шагнула на перрон, мельком осмотрелась по сторонам и глубоко вздохнула, улыбаясь.
- Это Москва, Катька, еще один такой глубокий вздох, а мне потом тебе искусственное дыхание делай, - пробурчал Зорькин, взваливая тяжелую сумку на плечо.
- Всё-таки ты молодец, что уговорил меня вернуться. Дома лучше. Давай помогу, - протянула руку к одной из сумок, но Колька раздражённо цокнул.
- Вот куда ты тянешь ручки, Пушкарёва? Ты лучше под ноги смотри.
А Катя остановилась как вкопанная.
«Ну, вот куда ты тянешь ручки? Не переживай ты так, мы тебя приглашаем. Свидетелем будешь?» - вспомнились слова Андрея пятилетней давности. По коже мурашки побежали. А ведь он действительно где-то рядом, конечно, относительно рядом, но всё же в одном городе.
- Пушкарёва, ты чего? - пощелкал пальцами перед её носом Зорькин.
- Я не Пушкарёва, - отмахнулась от него Катя. - Я Жданова. А это дай сюда, а то ты вон уже покачиваешься из стороны в сторону, - вырвала у него из рук свою сумку и пошла вперёд.
- Это я от голода! Может, мы уже поедим?
- Пойдём, тут торговый центр неподалеку, я что-нибудь родителям прикуплю, а ты поешь.
Коля счастливо заулыбался.
- Слова истинной Ждановой! - и едва увернулся от подзатыльника.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #7 : Июль 06, 2017, 10:40:49 »

8.


Стоило им переступить порог торгового центра, Зорькин тут же умчался на поиски какого-нибудь кафе.
- Тебе заказать что-нибудь?
Катя отрицательно покачала головой. Есть совсем не хотелось. Зорькин упрашивать не стал и ретировался. А Пушкарёва стала бродить по этажам, то ли в поисках подарков для родителей, то ли еще чего, неведомого, но притягательного. У большой стеклянной витрины, за которой красовались манекены с женской одеждой, остановилась, но засмотрелась она не на модные новинки сезона, а на своё собственное, нечётко очерченное отражение. Слегка повернулась боком, потом приблизилась и стала вглядываться в лицо.
Родная, сколько тебе лет? Четырнадцать? Пятнадцать? Это же совсем не дело. Ты выглядишь так же, как выглядела пять лет назад. Или десять. Ну точно! Все меняются, совершенствуются, внешне - не только внутренне! А ты, Катя, за последние несколько лет поменяла только фамилию. И то – неудачно. Конечно, не стал искать тебя этот Андрей, кому такая нужна? Ну вот приглядись ты: тебе для полного образа уродливой неудачницы только брекетов не хватает. А так – вылитая героиня какого-нибудь слезливого сериала про дурнушку. И ты всерьёз считала, что он тобой заинтересовался?
«Заинтересовался! - упрямо возразила она сама себе. - и замуж вообще-то взял».
Это жалость. Элементарная и убийственная в своей откровенности. Ты же сама выложила ему печальную историю про обманутую невинную девочку. Вот он, как благородный человек, и решил помочь.
«Нет. Нет! Я же видела. Я глаза его видела! Так невозможно сыграть. Я ему нравилась, как минимум!».
Нравилась. Кто же спорит? Образ у тебя заманчивый. Вся такая трогательная, беззащитная. Мужчинам нравятся такие девушки, рядом с ними они ощущают себя едва ли не супергероями. Да только всё это мимолётно. Впрочем, ты же не слепая, сама видишь – за пять лет он даже не попытался тебя найти. Ты адрес ему оставляла? И номер его телефона, как оказалось, не существует. Вот то-то и оно.
«В тот день был дождь, и я…».
Да-да-да. Могла неверно разобрать нечеткие цифры. Вполне себе утешительное оправдание. Да только за пять-то  лет можно было что-нибудь придумать и найти собственную жену, тебе не кажется?
«У него что-то случилось. В Москве, тогда. Он даже звал меня с собой!».
Искренне надеясь, что ты откажешься. Катя. Посмотри на себя внимательно и вспомни того Андрея. Вы же как… как шпроты с вареньем – вас нельзя смешивать! Он это понял и сейчас спокойно живёт себе и не горюет, вспоминая ваш Питер с долей легкого недоумения – что же это было? А ты зациклилась.
«Я не зациклилась!».
Поэтому до сих пор не подала на развод?
«Мне просто было некогда. Учёба, потом трудоустройство, кредиты… Подам! Сегодня же!».
Правильно. Правильно, Катя. А прежде чем сделать это, распрощайся-ка ты с этой нелепой девочкой в отражении, что сейчас глядит на тебя с испугом. Она – это прошлое. Неприятное и глупое. Давай!
Собственное решительное выражение лица вдохновило. Катя вскинула подбородок и вздохнула. Пора. Покрутилась на пятке и шагнула к дверям бутика. Её скромный опыт походов по магазинам всегда ограничивался тем, что она выбирала себе какой-нибудь неприметный серый свитер и юбку длиной ниже колен, чтобы ходить в университет и не привлекать внимания. Сегодня на неё явно что-то нашло.
Она увидела это платье, как только шагнула в ярко освещенный зал магазина. Оно буквально бросилось в глаза, и Катя больше ни на что не стала смотреть. Это было её платье. Ярко-красное, из легкой, невесомой ткани, длиной чуть выше колен и на тонких лямках. Она в жизни не носила ничего подобного - и в жизни не ощущала такого необъяснимого желания примерить наряд. Прямо здесь и сейчас. И размер подходящий – ну точно, платье специально для неё.
Прежде чем смотреть в зеркало в примерочной, зажмурилась. Немного побаивалась того, что сейчас увидит, ведь она всегда считала, что подобные наряды не для неё, ей лучше надевать что-нибудь абсолютно неприметное, в тон внешности. А сейчас платье. Короткое. КРАСНОЕ. Выдохнула, открыла глаза, да так и осталась с открытым ртом. Медленно повернулась боком, потом другим, провела ладонями по бёдрам, приглаживая ткань.
- Мамочки…
Результат превзошёл все ожидания. Платье сидело на ней как влитое, лукаво оголяя коленки, а пояс под грудью выгодно подчёркивал талию. Талию? Да откуда она у неё?! Не было никогда, а теперь вот нарисовалась, да ещё какая… Покрутилась перед зеркалом в порыве хорошего настроения, невесомые юбки взметнулись в воздух. Захотелось сделать ещё что-нибудь яркое, как это платье. Взяла и распустила волосы, движением руки вытаскивая шпильки из тугого пучка. Она даже рассмеялась, вглядываясь в своё озорное отражение. Даже глаза блестят по-особенному.
Катя вылетела из кабинки и бросилась на выход, правда, пришлось тут же вернуться, чтобы заплатить. Она даже собственные вещи, аккуратно упакованные вежливым продавцом, забирать не стала, скорее помчалась по этажам в каком-то порыве. Девушку в красном платье провожали взглядами и улыбками, пару раз даже окликнули молодые парни, ненавязчиво предлагая себя в роли зятя для мамы. Это было так необычно и волнительно. Оглядываясь по сторонам, наткнулась взглядом на обувной магазин… А дальше как в тумане.
Оказывается, шопинг – это болезнь! Она купила себе четыре пары туфель, и все разные, такие красивые! Хотела одну, но потом увидела ещё пару замечательных, а потом ещё… Из магазина выходила нагруженная пакетами, взглянула на себя в зеркало перед выходом, довольно улыбнулась, но в образе явно чего не хватало. Сумка! Ей нужна сумочка, обязательно. И ещё что-то… Покрутилась перед зеркалом, придирчиво приглядываясь, а потом её осенило.

- Так коротко? – удивился парикмахер, разглядывая отражение Кати в зеркале.
- Да. Я так хочу.
- Может, для начала просто придадим форму, отфилируем кончики…
- Вы будете меня отговаривать?
Нет, в неё определённо сегодня кто-то вселился. Парикмахер обиженно фыркнул и стал распылять что-то на её волосы.
- Да пожалуйста! Мне не жалко. Просто потом не надо жаловаться подружкам: «Вот я ему сказала вот столько, а он меня обчекрыжил, хоть налысо брейся!».
- Не буду, - довольно улыбнулась Катя, зажмуриваясь.
И всё-таки было немного страшно.

                                                                          ***

Андрей бродил по этажам торгового центра абсолютно без цели. Он даже салон сотовой связи не искал, хотя приехал сюда с определённой целью – сменить номер. Было ощущение, что он гонится за чем-то неуловимым, невесомым, как ветер. Останавливался у бутиков женской одежды, обуви, у салонов красоты и у всяких магазинчиков с бижутерией. Вглядывался через стеклянные витрины в освещённые помещения, его будто тянуло войти внутрь, да только головой-то он понимал, что ТАМ ему делать нечего. Вот и стоял, пялился. В итоге добрался до салона сотовой связи примерно через час. Встал у высокой стойки и улыбнулся приветливым девочкам-консультантам.
- Добрый день, чем могу вам помочь?
- Мне нужна новая сим-карта, эээ, - прищурился, разглядывая имя на бэйджике, - Ирочка.
Девушка кокетливо улыбнулась.
- Ваш паспорт, пожалуйста.
Андрей протянул ей свой паспорт, Ирочка раскрыла его, сверяясь с фотографией, и снова улыбнулась.
- Пожелания будут? Может, вам нужен номер с определенной комбинацией цифр?
- Нет, мне без разницы.
- Минуточку.
Она присела, скрываясь за высокой стойкой. Жданов бесцельно побарабанил пальцами по столешнице и стал разглядывать витрины.
- Добрый день, чем могу вам помочь? – услышал он голос второй девушки-консультанта.
- Мне нужна сим-карта. Московская,- зачем-то уточнила клиентка. Жданов оборачиваться не стал, наоборот, заглянул за стойку, где спряталась Ирочка.
- Паспорт, пожалуйста.
Девушка положила на стол паспорт.
- Всё готово, - улыбнулась Ирина и тоже положила на стол паспорт Андрея и сим-карту, - Распишитесь, пожалуйста, вот здесь и вот здесь.
Она указала пальцем на две графы, где нужно было поставить подпись. Андрей расписался, а Ирочка подвинула ему его паспорт.
- Спасибо, - улыбнулся Жданов, раскрывая документ.
- Пожалуйста. Я могу помочь вам ещё чем-нибудь? Простите, с вами всё в порядке?
Андрей молчал, как громом поражённый. Сглотнул.
- Простите, девушка, но это не ваш паспорт, - растерянно пробормотал второй консультант слева от Жданова.
- Как не мой? – не менее растерянно удивилась клиентка.
Он повернул голову так резко, что в шее закололо. Она стояла рядом с ним, ошарашенно вглядываясь в данные протянутого ей паспорта. Его паспорта.
- Не может этого… - прокашлялась, почувствовала на себе взгляд и подняла голову. Сначала они просто всматривались друг в друга, пытаясь сориентироваться в пространстве, вспомнить, как дышать и как разговаривать, а потом Катя прикрыла глаза и рассмеялась, а когда открыла, улыбка с её губ исчезла. Не привиделось.
- Так мы просто перепутали, - рассмеялась Ирочка, выхватывая из ослабевших пальцев покупателей их паспорта, - Такое бывает. Тем более у вас тут фамилии…одинаковые.
- Спасибо, - скороговоркой пробормотала Катя, выхватила из рук консультанта свой документ и побежала на выход.
- Стой!
Жданов бросился за ней.

 
                                                                     ***


Бежать, бежать, бежать, если она не будет останавливаться, то, может быть, галлюцинация исчезнет. Обернулась – галлюцинация несётся за ней следом, расталкивая народ, еще и кричит что-то. О, Боже! Нет, ну не может быть такого! Это не тот Андрей! Только не сегодня, когда она только-только собралась начать новую жизнь, в новом платье и с новой причёской! И с новым номером, будь он проклят! На каблуках было бежать очень трудно, уже обругала себя, идиотку, за то, что начала экспериментировать со своим внешним обликом, сейчас затерялась бы в толпе в своём сером свитерке, а тут в этом дурацком красном платье, как бельмо на глазу – и захочешь, из виду не потеряешь.
- Катя! – она ещё раз оглянулась через плечо, столкнулась с кем-то, поскользнулась и живописно грохнулась на спину.
«Всё-таки Пушкарёва  есть Пушкарёва. Хоть в красном, хоть лысая, хоть Жданова…» - бессвязно подумала она, прежде чем отключиться.

- А она хорошенькая, правда, Паш?
- Очень милая девочка. Ты лёд прикладывай.
- Я прикладываю. Смотри, не задень её, когда будешь вставать.
- Я что тебе, слепой?
- Я просто предупреждаю. Разбудишь.
Катя вслушивалась в эту негромкую перебранку, в эти незнакомые голоса и пыталась открыть глаза. Голова болела, и мысли путались. Где она? Нет…кто она? Ах, она Катя. Катя Пуш... Жданова. Вот. Хорошо. И где сейчас Катя Жданова? В Питере? Нет. Устарелая информация… Она в Москве. В торговом центре, покупает себе красное платье. Кажется.
- Ну, что там? – обеспокоенно спросил тот же мужской голос.
- Кажется, она просыпается.
Она действительно постаралась и смогла приоткрыть глаза. Видимость плохая – значит, она без очков. Над ней низко склонилась миловидная женщина, обеспокоенно вглядываясь в её лицо.
- Как ты себя чувствуешь?
- Мама? – прошептала Катя, пытаясь сфокусировать взгляд. Очертания приобрели более чёткую форму, и стало ясно – не мама.
- Паш. Паш, ты слышал? Она думает, что я её мама. Может, всё-таки врача?
Теперь над ней склонился мужчина со знакомыми чертами лица и тоже смотрел обеспокоенно.
- Позови Андрея.
- Андрей! – тут же раздался взволнованный голос матери. Где-то хлопнула дверь, раздались быстрые шаги, и её обдало знакомым ароматом одеколона.
- Проснулась?
- Мне кажется, нужен врач.
- Кать, - Андрей дотронулся до её щеки, - Кать, ты меня узнаешь?
Она прищурилась, рассматривая нового гостя, а когда поняла, кто это, улыбнулась и успокоилась.
- Узнаю.
Теперь можно и дальше спать, она в безопасности.
- Паша, звони в скорую.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #8 : Июль 06, 2017, 10:55:30 »


9.

Маргарита Рудольфовна перелистнула очередную страницу глянцевого журнала, вздохнула и закрыла это неприятное чтиво. Слегка поерзала, укладываясь на диване поудобнее. Дожилась. Совершенно нечем себя занять. Привстала на локтях и взглянула на беседующего по телефону мужа. И вот так уже второй час! Нет, она не капризная барышня, всё прекрасно понимает – он занят, но именно сегодня почему-то были заняты все, кроме самой Маргариты. С вечера не было запланировано никаких встреч, да и утром никто не позвонил. Только сын, и то, чтобы сказать, что сегодня не приедет к ним на ужин. Занят, говорит. Интересно, кем? Очень надеялась, что Кирой, которая, кстати, тоже с утра не отзвонилась. Позвонила сама. Кирочка была на работе загружена по уши и тоже попросила на неё сегодня не рассчитывать. Эх, может, всё-таки они вместе?
- Паша, как ты думаешь, Андрей сейчас с Кирой? – задумчиво пробормотала Маргарита, разглядывая лепнину на потолке.
- Подождите минуточку, - Жданов прикрыл рукой микрофон и глянул на жену поверх очков. - Что?
- Ну, Андрей, он сейчас с Кирой?
- Я не знаю, я с ним не разговаривал, - пожал плечами Павел. - Мало ли с кем он может быть в разгар рабочего дня.
Маргарита поджала губы.
- Я имею в виду в глобальном смысле, Паша! Они вместе?
Тот неопределенно развел руками, потеряв всякий интерес к разговору, и кивнул на трубку, мол, мне некогда.
- Да, Вячеслав Аркадьевич. Да, я вас слушаю.
Маргарита вздохнула и покачала головой. Всё-таки её муж болен - трудоголик до мозга костей. Тема биржевых сводок интересует его намного больше, чем личная жизнь сына. А что там с личной жизнью сына? Полный кавардак. Рядом с ним такая замечательная женщина, как Кира, а он всё что-то медлит, никак не разберётся с ошибками молодости. Нет, она бы и рада была уже принять эту Катю, лишь бы она была! Раз уж выбор сына таков, она не собирается вмешиваться. Но её ведь нет, Кати этой. А Кира есть, из плоти и крови, и Андрея любит к тому же.
- Марго, в дверь звонят, - снова отвлёкся от разговора Павел Олегович.
И правда звонят. Она вздохнула, разгоняя печальные мысли, ведь гостей нужно встречать улыбкой, и пошла открывать дверь.
- Здравствуй, мам, - улыбнулся ей сын, ступая в квартиру с какой-то девушкой на руках.
- Андрей! – ужаснулась она. - Кто это? Что случилось?
- Мамочка, мне сейчас не очень удобно объяснять, можно я её куда-нибудь… положу?
Он снова бегло улыбнулся матери и прошёл в гостиную. Павел, завидев сына, спокойно укладывающего незнакомую девушку на диван, спешно попрощался с собеседником.
- В чем дело? Кто это?
- Она пьяна? – прошептала Маргарита, присаживаясь на край дивана и разглядывая незнакомку.
- Нет, мам. Она не пьёт. То есть не пила…раньше, - нахмурился Жданов, почёсывая подбородок. - В общем, мам, пап – это Катя.
Кажется, знакомство их не впечатлило. Они переглянулись и снова уставились на сына.
- Какая ещё Катя?
- Почему она без сознания?
- Что случилось, Андрей?
- Спокойно! – вскинул вверх ладонь Жданов и вздохнул, - Это Катя. Какая? Думаю, что Жданова. Почему она без сознания и что случилось? Она упала. Неудачно. Так вышло. Я не повёз её к себе, потому что туда могла заявиться Кира, – родители продолжали красноречиво молчать, он вздохнул ещё раз. - Кира – это моя невеста. Катя – моя жена.
Вроде всё сказал? Всё. Что непонятного-то? Чего они молчат и смотрят на него как на умалишённого?
- Так это ТА Катя? – почему-то шёпотом спросила мама и посмотрела на девушку уже с бОльшим интересом.
- Но ведь её… - отец замолчал и развёл руками.
- Что? – усмехнулся Андрей.- Не существует? Пап, Катя  не плод моего воображения. Она была и есть. И есть, - зачем-то повторил он.
Наверное, хотел сказать «и будет», да не хватило уверенности.
- Хорошо, допустим, - кивнул Павел, пытаясь вывести беседу в более-менее логичное русло. - Но вы же не общались пять лет. Я прав? Где же вы... нашлись?
- Почему ты не повёз её в больницу, Андрей? – мама вернулась в комнату со льдом в кружке. Завернула пару кубиков в полотенце и приложила Кате ко лбу.
Жданов вопрос матери решил проигнорировать, на отцовский ответить было легче.
- Мы встретились в торговом центре, пап. Покупали сим-карты.
- Случайно встретились? – прищурился Павел Олегович.
- Конечно! Если ты думаешь, что я бросился её искать, как только услышал о вашем условии, то ты ошибаешься.
Отец промолчал, чем очень Андрея разозлил. Да он и не думал о том, чтобы Катю искать! Наоборот, собирался разводиться. Что значит собирался? Собирается. Собирается ведь?
- Андрей, ты мне не ответил, - настаивала мама. - Почему ты не повёз её в больницу?
Очень интересно, как бы он это сделал? Ведь пришлось бы сообщать родственникам, приехали бы родители Кати в больницу, стали бы искать Екатерину Пушкарёву - и вот незадача. Такой нет. Есть Жданова. Но как же так? А вот так. Кажется, дочка кое о чём забыла маме с папой рассказать. А в том, что она до сих пор не рассказала родителям маленький секретик, сомнений у него почему-то, не было. Просто в памяти всплывала та единственная встреча с грозным отцом, и уж если бы он узнал о замужестве единственной дочки, то он, Андрей, вряд ли отделался бы лёгким испугом.
- Растерялся, - слукавил Жданов, прокашлявшись.- А что, думаешь, надо?
Красноречивый взгляд матери был лучше всяких слов. Он взглянул на Катю (на Катю он взглянул! какая непривычная мысль!), она и правда выглядела неважно. Стало немного страшно.
- Хорошо. Я только позвоню, пожалуйста, без меня ничего не предпринимайте.
Вышел из комнаты, на ходу вынимая мобильный из кармана. Номер Ромы набрал по памяти. Друг на первые гудков десять никак не среагировал, потом всё же трубку взял и вяло прохрипел:
- Аллё.
- Ты спишь, что ли?
- Я сплю. Спал. Пока ты меня не разбудил.
- Идиот, ты время видел?
Кажется, не видел, потому что завозился, а потом тихо охнул.
- Это я удачно… заснул. А вообще я только недавно приехал домой. Чего тебе надо вообще?
Андрей оглянулся на дверь гостиной.
- Ромка, я Катю нашёл.
- Катя-Катерина, маков цвет. Это хорошо. И что?
- Малиновский, ты не проснулся ещё, что ли? – зло прошептал Жданов. - Я ТУ Катю нашёл. ТУ САМУЮ.
Роман молчал, а потом вообще засопел.
- Рома!- гаркнул в трубку Андрей.
- Да не сплю я, не сплю! – встрепенулся Малиновский, - Я слушаю. Ты Катю себе нашёл. Поздравляю, я тоже вот себе Танечку нашёл. Кстати... а где Танечка?
- Роман, ты идиот, я тебе ответственно заявляю. Я говорю про Катю, свою жену!
- А, всё, нашёл Танечку… Чего?!
Кажется, до Малиновского наконец дошла суть разговора.
- Где ты её нашёл? И что? И как?
- В торговом центре, случайно. Она сейчас… спит, у моих родителей дома.
- А, вот как… - усмехнулся Ромка.
- Не «вот так» вовсе! Просто так получилось, что она не совсем спит, она без сознания. Упала.
- Я вообще ничего не понимаю. На кого она упала?
- Боже! Рома! Ты сегодня бьёшь все рекорды идиотизма!
- Нет, ну а чего ты вообще хочешь от меня в 15 часов… утра?
- Андрей! – позвали его из гостиной, Жданов спешно попрощался и отключился.
Рома вздохнул и головой покачал.
- Вот же… Одним словом - Жданов.
Потянулся и спустил ноги на пол. Тапочек на обычном месте не нашлось, он нагнулся, пошарил рукой под кроватью, но там тоже было пусто. Ах, ну да. Какие тапочки, они с Танечкой сегодня ничего не надевали, только раздевались, и начали прямо в коридоре. Усмехнулся, встал и босиком пошлёпал в ванную, на ходу бросая:
- Подъём, Татьяна! Нас ждут великие дела.
Собрался он быстро и, выпроводив предварительно Танечку, через полчаса уже ехал к родителям Жданова домой, правда, на полпути ему пришла смс-ка с адресом, куда нужно подъехать. Пришлось разворачиваться в другую сторону. Вот же, Андрюша. Вечно найдёт себе приключений на одно место. То он жену заводит, то теряет, то находит. Вроде ещё сегодня утром собирался разводиться, решительно так заявлял: «Вот возьму и сделаю!», а сейчас жену с родителями знакомит. Или что он там с ней делает? А вообще она очень вовремя появилась, Катя эта, если вспомнить про условия Ждановых-старших. Лишь бы ещё Жданов додумался с ней договориться по-хорошему. А то ведь вон честный такой, на Кире жениться ради президентского кресла не захотел. Всё-таки как хорошо, что у него, у Жданова, есть он, Малиновский. Он ему объяснит за жизнь.
Остановился у больницы. Нахмурился, адрес проверил – вроде всё точно. Кажется, Андрей говорил, что Катя эта не то упала, не то ударилась? Неужели что-то серьёзное?
В больнице было светло и многолюдно. В приёмном покое поинтересовался у дежурной медсестры, где ему найти Екатерину Жданову, оказалось, что та сейчас находится на какой-то там диагностике, на втором этаже. Поблагодарил девушку и поднялся на второй этаж, где сразу столкнулся с Маргаритой и Павлом.
- Рома? – искренне удивилась Жданова, - Ты тоже здесь?
- Добрый день. Ну да. Вот, пришёл,- прокашлялся он. Для чего он пришёл-то? – А Андрей где?
Родители синхронно кивнули в сторону какого-то кабинета. Дверь была распахнута, и Рома увидел незнакомую девушку в красном платье. Симпатичную, надо заметить. Она сидела на кушетке, и врач светил ей фонариком в глаза, проверяя реакцию. Она морщилась и отворачивалась. Рядом действительно крутился Жданов. Вот идиот, у него тут жена без сознания валяется, а он девочек цепляет. Хоть бы родителей постеснялся.
- А Катя где?
- Я думал, что вы знакомы,- слегка удивился Павел и снова кивнул в сторону открытого кабинета. - Вон она, с Андреем.
Малиновский заглянул в кабинет ещё раз. Девушку в красном видит, Жданова видит, даже доктора - и того видит. Недоразумения в очках и с тугим пучком на голове - нет.
- Где?
А тем временем девушка в кабинете уже где-то расписывалась, а доктор объяснял что-то Андрею, руками размахивал, кажется, нервничал. Тот покивал, девушку под руку взял и вывел из кабинета.
- О, ты уже здесь, - усмехнулся он, завидев Рому. – Кать, это мои родители. Мама – Маргарита Рудольфовна и папа – Павел Олегович.
Кать? Он сказал «Кать»?! Да быть того не может.
А Катя тем временем густо покраснела и только робко кивнула.
- А это Ромка, если помнишь.
Катя посмотрела на него с интересом, прищурилась, как будто припоминая. Вспомнила вроде, но отвернулась и ничего не сказала.
- Как ты себя чувствуешь? – участливо поинтересовалась Маргарита.
- Всё нормально, - догоняя оттенком кожи своё платье, пробормотала она.
- Не нормально, - встрял Жданов. -  Меня врач так отчитал, пока ты отказ от госпитализации писала. Мам, он говорит, что ей неплохо было бы полежать пару дней.
- Я не могу! – едва не вскрикнула она, правда, потом сама смутилась и опустила глаза. - Мне бы домой.
- Поедем, вот только переговорим, – взял её за руку и потянул в сторону лестницы. - Мы сейчас.
- Андрей, ну куда ты её так тащишь? – забеспокоилась Маргарита, провожая обеспокоенным взглядом детей. - Бедная девочка.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #9 : Июль 06, 2017, 11:05:53 »

10.


Катя поверить не могла, что сейчас она будет разговаривать с Андреем. С тем самым, о котором вот уже пять лет забыть не могла и уж точно не думала, что они еще когда-нибудь встретятся. Но сейчас он тянул её за руку куда-то вниз по ступенькам. Оказалось, что в больничный кафетерий. Усадил за стол, а сам сел напротив.
- Что-нибудь будешь?
- Нет, - мотнула она головой и тут же об этом пожалела. Резкое движение вызвало неприятное нытье в висках.
- Как ты себя чувствуешь? Голова болит?
- Нет, - соврала она. - Я буду кофе, пожалуй.
Что угодно бы сейчас выпила, съела, лишь бы он встал и ушёл хоть на пару минут, чтобы Катя смогла собраться с мыслями. О чём он будет с ней разговаривать? Может, обвинять? Или сразу требовать развода? Вот сейчас и пойдут из больницы сразу в ЗАГС. Она даже одета по-праздничному. Чёртово красное платье!
Андрей вернулся с двумя чашками, в которых дымился горячий кофе.
- Осторожно, горячий, - предупредил он и поставил перед ней чашку.
Катя кивнула в знак благодарности, на этом разговор и закончился. Оба натянуто молчали и глотали горячий и абсолютно невкусный кофе.
- Ты понравилась моим родителям…
- Ты, наверное, хотел поговорить о разводе?..
Хором начали они. Андрей удивлённо вскинул брови.
- О разводе?
Катя ощущала себя крайне неловко. Заправила короткие пряди волос за уши и робко взглянула на него исподлобья.
- Ну да. Ты ведь поэтому за мной побежал? Там, в торговом центре.
А он почему-то рассмеялся, откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.
- То есть ты поэтому побежала? Так не хочется разводиться?
- Я побежала, потому что испугалась.
- Я тоже изменился? Только, кажется, не в лучшую сторону, да?
Это его «тоже» добило окончательно. А он вдруг стал так пристально в неё вглядываться, буквально впитывал в себя каждую деталь её обновленного облика, а потом усмехнулся.
- Если бы не путаница с паспортами, не узнал бы. Зачем ты так себя… изменила?
Катя почему-то слегка разозлилась. Было в его тоне что-то такое… Какое-то превосходство. Как и тогда, пять лет назад. Но тогда это превосходство казалось вполне обоснованным, а сейчас стало обидно. ТОЙ Кати уже нет. Она с ней ещё утром распрощалась. А с новой усовершенствованной версией нельзя так разговаривать.
- Захотела и изменила, - отрезала она и тоже откинулась на спинку стула. - Мы разводиться будем?
Жданов помрачнел. Хотел уже что-то ответить, но к ним внезапно подошёл Малиновский. Притащил от соседнего столика стул и сел.
- Фух, еле вас нашёл. Что делаете? О, кофе, - взял чашку Андрея и отхлебнул. - Мерзкий, - скривился он и с любопытством уставился на Катю. - О чём болтаем?
- Да вот, Катерина жаждет развода, – усмехнулся Жданов, не сводя с неё глаз.
- Ууу, - протянул Роман. - А что так? Давно не виделись, хоть бы обсудили всё.
Под пристальными взглядами двух мужчин Катя занервничала. Держать лицо становилось всё труднее, и она чувствовала, как начинают гореть щёки.
- Я думаю, что так будет правильно. Мы чужие люди, да и вообще…
- Что вообще? – заинтересовался Жданов.
А что вообще? Ответить было нечего.
- Послушайте, Катенька, - доверительно начал Роман, отодвигая чашку с мерзким кофе и облокотившись на стол. - Не стоит торопиться со всякими там выводами и решениями. Сегодня вам кажется, что этот брак – глупое недоразумение, а уже завтра – выгодное стечение обстоятельств.
Катя нахмурилась.
- Что вы имеете в виду?
Андрей, кажется, тоже слегка не понимал друга, потому что молчал и хмурился.
- Ну, Андрюша у нас, конечно, не принц Уэльский, но и не простой парень из глубинки. У него связи, статус, деньги, в конце концов.
Пушкарёва окончательно смутилась.
- Не понимаю…
Рома вздохнул и бросил быстрый взгляд на Жданова, который продолжал молчать, но, кажется, сообразил, к чему клонит друг.
- Катя, вы работаете?
- Пока нет, но я ищу…
- Давно? Простите, возможно, лезу не в своё дело, но я просто отлично знаю, как сложно молодому специалисту без опыта работы трудоустроиться. Какой у вас профиль?
- Я экономист.
Малиновский довольно хлопнул в ладоши.
- Экономист – это же прекрасно. Я, кстати, давно хотел предложить тебе, Андрюх, уволить Ветрова. Он ненадёжный.
Жданов прекратил сверлить друга взглядом и наконец посмотрел на Катю. Она опустила глаза и стала водить пальцем по ободку кружки. Взглядом зацепился за безымянный палец её правой руки. Кольца не было… И почему-то его это ТАК взбесило! Они ведь покупали кольца тогда, в Питере, рано утром, как только открылись первые ювелирные магазины. Выбирали вместе, перебрали очень много вариантов, Катю постоянно не устраивали цены, и Жданов, как ни старался, не смог её переубедить. Пришлось покупать простенькие, но от этого не менее изящные кольца – тонкие ободки из золота, но это были ИХ кольца. Они надели их друг другу на пальцы прямо на крыльце магазина, улыбались, как безумные, а Андрей её даже на руки подхватил и закружил. Она смеялась, а потом они долго целовались, загораживая вход и не давая возможности покупателям ни зайти, ни выйти из магазина. А теперь она сидит здесь, в этом ярком платье, с новой причёской и без очков, тех самых, смешных и круглых, и на ней нет этого кольца! Сам Андрей не носил его только потому, что у Киры начиналась истерика, как только несчастное ювелирное изделие попадалось ей на глаза. Неужели у Кати тоже есть кто-то, кто закатывает ей истерики?
Катя перехватила его взгляд и спешно спрятала руку под стол. Он этот манёвр заметил и посмотрел на неё, хмуро сдвинув брови, но ничего не сказал.
- Я всё равно не понимаю, чего вы от меня хотите, - взглянув на Романа, сказала она. На него смотреть было намного легче.
- Ну, если по существу… - он немного помолчал, видимо, раздумывая, а потом улыбнулся. - Не стоит вам прямо сейчас бежать и разводиться. Родители Андрея – владельцы крупного модного дома. «Зималетто», может, слышали? – Катя промолчала, а Рома продолжил. - В общем, они поставили условие для кандидатов на пост президента – либо женишься и становишься счастливым президентом компании, либо гуляй мимо.
Кажется, Пушкарёва начала понимать. Она посмотрела на Андрея.
- Ты кандидат в президенты?
- Один из, - кивнул он, продолжая сверлить взглядом её правую руку. Кате пришлось снова спрятать её под стол, чтобы он посмотрел ей в глаза.
- Теперь вы понимаете, как всё удачно сложилось и как вовремя вы у нас появились? – улыбнулся Малиновский. - Ждановым вы к тому же уже понравились, а это большой плюс. Вы помогаете нам убедить их, что Андрюша – прекрасный семьянин, отличный муж и всё такое… Мы помогаем вам с работой, да и вообще… Волки сыты, овцы целы, пастуху вечная память.
Он ей слегка подмигнул и замолчал. Катя в ответ не улыбнулась, только нахмурилась и взглянула на Андрея. Он всё так же невозмутимо молчал, не одобряя и не опровергая слова друга. Ей вдруг захотелось рассмеяться, а потом разрыдаться от абсурдности всей этой ситуации. От неё ждали каких-то комментариев, возможно, даже согласия на эту авантюру, и только зазвонивший в сумке мобильный избавил её от необходимости что-то говорить. На экране высветилось имя Зорькина, и Катя вдруг вспомнила, что оставила друга в торговом центре ещё пару часов назад.
- Простите, мне нужно идти.
Катя поднялась на ноги, Малиновский за ней следом.
- Но вы так ничего и не сказали.
- Я не знаю, - вытащила кошелёк и положила на стол купюру. Жданов, который так же продолжал сидеть на месте, не сдержал усмешки.
- Но вы ведь подумаете?
Она замерла, слегка покусывая нижнюю губу, а потом пожала плечами и, ничего не ответив, пошла к выходу. Малиновский пошёл следом.
- Не стоит сразу говорить нам «нет», вы сейчас начнёте искать работу, отказ за отказом навеет определённые мысли…
- С чего вы взяли, что мне будут отказывать раз за разом?
- Я говорю со знанием дела, поверьте. Вы ведь только закончили университет?
Катя остановилась и развернулась к нему лицом.
- Это подло, вам не кажется?
- Нет, - запросто ответил Роман. - Подло было бы, если бы он женился на вас после того, как узнал об условии родителей. А так – это просто удачное стечение обстоятельств. Взаимовыгодный такой брак.
Катя молчала, разглядывая его, он этот взгляд храбро выдержал, а потом полез в карман пиджака и вытащил оттуда визитку.
- В любом случае… Вот здесь мой номер телефона, вы звоните, если уж что надумаете.
Катя не спешила протягивать руку за визиткой, а потом подумала, что ей всё равно ещё понадобится Жданов, если вдруг они всё же будут разводиться… Как-то же его надо будет найти? Взяла визитку и натянуто улыбнулась.
- Всего хорошего.
- И вам не хворать! – весело прокричал ей в спину Малиновский, а потом вздохнул.- Эх, женщины.
И бодро зашагал обратно к столику, за которым  всё ещё сидел Жданов.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #10 : Июль 06, 2017, 11:13:36 »

11.

Всю дорогу до дома Малиновский болтал без умолку. Всё пытался объяснить Жданову, насколько выгодна дня него Катя. Так и говорил – выгодна.
- Слушай, – в итоге вздохнул Ромка. - Терпеть не могу, когда ты вот так затыкаешься. Я с кем разговариваю?!
- Что ты от меня хочешь? – останавливаясь на светофоре, спокойно спросил он.
- Я за тебя и так всё сказал, хоть бы рассуждениями поделился своими. Спасибо сказал, в конце концов!
- А тебя кто-нибудь просил лезть вообще?
Малиновский ничуть не обиделся, только головой покачал и на Андрея посмотрел, как на несмышлёныша.
- Ты президентом компании стать вообще хочешь или нет?
Жданов промолчал и притормозил у ночного клуба, где сегодня собирался провести вечер Рома. Даже машину свою с больничной стоянки забирать не стал, чтобы не возникло желание усесться за руль по пьяни.
- Нет, вас с этой Катей точно с одного конвейера сняли. Я ей сегодня тоже вопрос – она молчит и глазеет. Это заразно, что ли?
- Ты выходить будешь? – проигнорировал его монолог Андрей.
Ромка выдохнул и снова покачал головой.
- Идиот.
- Хватит мотать башкой - отвалится,- улыбнулся Жданов, перегнулся через друга и открыл тому дверь машины.
Малиновский вылез, Андрей, отъезжая, тому посигналил, за что получил неприятный жест вдогонку. Рассмеялся и прибавил газу.
Уже дома стал копаться в шкафах, на полочках, попутно прослушивая сообщения на автоответчике. Кира. Кира. Опять Кира. Видимо, очень хочет помириться. Ещё мама звонила, спрашивала, как там Катя и куда они пропали? Маме надо перезвонить. Странно, как она прониклась к Кате - сразу, без вопросов. Удивительно просто, если учесть, как относится мама ко всяким там его пассиям. Верный оруженосец Киры, не иначе. А тут вдруг…
Нашёл. Вытащил из-под кучи старых альбомов маленькую коробочку, смахнул пыль, открыл. Золотой ободок обручального кольца азартно блеснул в свете лампы. Вытащил его, повертел немного, потом надел. Да, выглядит, конечно…необычно. Снял и засунул обратно в коробку, а потом вообще на кровать швырнул. Ей не надо – ему подавно. Да, Мечта изменилась. Слегка? Совсем? Даже и не скажешь точно. Что-то знакомое всё равно есть, даже в этой новой оболочке. Глаза, наверное. И неуверенность. Она хоть и старалась выглядеть самостоятельной льдинкой, нет-нет, да и промелькнёт потерянный взгляд и знакомые неуверенные нотки в голосе. А если бы Ромка не припёрся, могли вполне себе адекватно поговорить. Что, им вспомнить, что ли, нечего? Развод бы обсудили. Тема, конечно, плодотворная… Он бы её о кольце спросил, обязательно, и ещё о чём-нибудь. О работе, например. Катя - экономист… Ведь действительно, можно помочь ей с трудоустройством. Единственная адекватная мысль Малиновского за весь день. Интересно, она согласится? На предложение Ромки она никак не отреагировала, может, если он сам предложит помощь, она согласится? А вот он сейчас поедет и спросит!
Такое спонтанное решение, Жданов даже мысль до конца не оформил, а уже в машине и уже едет по знакомому адресу. И как это будет выглядеть? Она наверняка решит, что он помогает ей с расчётом на ответную помощь – прикидываться счастливой семейной парой. А ему этого не надо. Он её использовать не будет. Захочет развестись – он лично их в ЗАГС отвезет. А не захочет… А что, если не захочет?
***
- Катюш, там Коля пришел, - заглянула в комнату мама. - Иди, покушай с ним.
- Мам, пусть сюда идёт, - улыбнулась Катя. Елена Александровна вышла, прикрыв за собой дверь, а Катя снова попыталась собрать короткие пряди в хвост. Они не слушались и из хвоста вываливались. Вздохнула и бросила это гиблое дело. Как сказал папа – «лучше б налысо».
А вообще родители были рады её видеть, хоть и удивились слегка и самому приезду, и изменениям во внешнем облике. Отец пообещал сжечь «это красное недоразумение», гордо именуемое платьем. Катя на всякий случай сунула его в шкаф, подальше. А вообще были рады. В глобальном смысле.
- Я переел, у меня болит живот, - с порога заявил Зорькин, вступая в комнату. - Куда ты делась? Почему на звонки не отвечала? Ты подстриглась?
- Не ворчи, - отмахнулась Пушкарёва, роясь в ящике стола в поисках запасных очков. Старые при падении разбились. - Ты сытый, значит, должен быть довольным.
- Да, я сытый.. Меня сейчас теть Лена пыталась увести на кухню, еле отбился.
- Я тобой горжусь.
Нашла очки, нацепила на нос, и мир стал сразу ярче.
- Так куда ты делась-то? Тебя не было 6 часов.
- Без слёз не расскажешь, Коль, - покачала головой Катя и уже хотела было начать свой занимательный рассказ, только в комнату заглянула мама и в явном замешательстве выдала:
- Кать, там к тебе…кто-то пришёл…
- Кто?
- Говорит, что … муж.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #11 : Июль 06, 2017, 11:36:25 »

12

- Кать, там к тебе…кто-то пришёл…
- Кто?
- Говорит, что … муж.
Катя с Колей испуганно переглянулись, а потом вместе сорвались и бросились к двери.
- Кто ж это там такой шутник? – наигранно рассмеялась Катя, попутно хватая Колю за рукав свитера и разворачивая обратно к маме. - Иди и придумай что-нибудь!
Коля недовольно поджал губы, но Елену Александровну под локоток взял и повёл на кухню. Катя проводила их взглядом, выдохнула и распахнула дверь. На лестничной площадке было темно. Жданов как ни в чем не бывало стоял и изучал росписи на стенах. Катю увидел и улыбнулся.
- Привет.
Пушкарёва захлопнула дверь квартиры, тем самым отрезая освещение из коридора, и возмущенно зашипела.
- С ума сошёл? Ты хочешь, чтобы у родителей инфаркт случился?
- Она отказывалась тебя звать, пока я не представлюсь, – пожал плечами Жданов. - Это мама, да?
Катя вопрос проигнорировала, только ещё больше разозлилась от его безмятежного вида.
- И ты не придумал ничего лучше, чем правду сказать?
- А что мне надо было делать? Я назвал своё имя, ей этого показалось мало. Одноклассника и однокурсника я слегка перерос, тебе не кажется? Да и на друга детства не похож. Она бы не поверила.
- А в мужа поверила! - в порыве раздражения взмахнула руками. - Логика – наше всё?
Андрей даже развеселился от того, как забавно она бесилась. И в простеньких джинсах и свитере она была больше похожа на ТУ Катю, которая Мечта. Ещё и очки на ней, те самые, круглые. Только косичек не хватает.
- Зачем ты подстриглась? – прищурившись, задал вопрос он.
Катя, кажется, растерялась слегка от такой неожиданной смены темы, моргнула пару раз, а потом стала приглаживать короткие волосы.
- Что, плохо?
- Необычно.
Она снова разозлилась, правда теперь непонятно от чего.
- Откуда тебе знать, что во мне обычно, а что нет? Ты вообще меня не знаешь. Ты пришел ко мне домой, напугал мою маму, меня, а теперь разглагольствуешь на тему моих якобы изменений! Может, я так всю жизнь хожу! – выдохнула и уселась на ступеньки, сложив руки на груди.
Жданов несколько секунд молчал, разглядывая её темный силуэт, а потом сказал:
- Встань с холодного бетона.
Катя от его наглости совсем опешила и, естественно, даже не пошевелилась.
- Встань, я сказал.
Она продолжала проявлять чудеса упрямства, тогда Андрей сам ухватил её за руку, повыше локтя, и легко поднял на ноги. Она ещё и упиралась, пришлось прижать её к себе, чтобы успокоилась.
- Чего ты злишься? Мм?
Катя упрямо отвернулась. Её макушка едва доставала ему до подбородка, почему-то этот факт приятно успокаивал. Она же успокаиваться не думала, явно была напряжена и всё ещё молчала. Вспомнились слова Ромы про то, как раздражают вопросы без ответов. Если они оба будут вот так молчать, это будет забавно.
- Зачем ты пришёл?
А зачем он изначально приходил? Не затем же, чтобы её обнять. Он хотел предложить ей работу. А ещё спросить о кольце. И о разводе. И ещё что-то там, что сейчас уже не важно. Вспомнился Питер и подсобное помещение клуба, правда, тогда Катя была немного другой, но он тоже вот так её обнимал, а она дышала куда-то ему в плечо. Мимо них прошла, поднимаясь на пятый этаж, какая-то пожилая дама, покачала головой и что-то там пробубнила о темноте в подъездах и про бессовестную молодёжь. А молодёжь и не подумала пошевелиться. Вопрос Кати остался без ответа, она осмелела и тоже его обняла. Это было глупо, но правильно. Это правильно – стоять вот так вдвоём и молчать.
Скрипнула дверь, и на площадку пролился свет из прихожей. Это Коля высунулся их квартиры, увидел Жданова с Катей и головой покачал.
- Я там жизнью рискую, а эти обнимаются.
Андрей выпустил её из объятий, Пушкарёва сразу почувствовала себя неловко и отвела глаза.
- Мне домой надо.
- А мне поговорить.
- Я сейчас не могу.
- Когда сможешь? Я внизу подожду.
Катя на Колю обернулась, попыталась по его лицу прочесть, как там дела с мамой, но Зорькин только жевал и на Жданова пялился, а к разговору не прислушивался.
- Давай как-нибудь потом, - неопределённо пожала плечами она.
- Нет, сегодня, - упрямо мотнул головой Жданов и стал спускаться вниз, - Я жду тебя внизу.
- Я не могу.
- Я жду.
- Андрей, я могу задержаться.
Собственное имя из её уст непривычно пощекотало сознание, он улыбнулся и повторил.
- Я жду. Мне некуда спешить.
- Это и есть твой Жданов? – шепнул Коля, как только услышал, как захлопнулась подъездная дверь.
- Да, - вздохнула Пушкарёва. - Это он.
Потом повернулась и вошла в квартиру, предварительно затолкав туда Зорькина.
- Крутой дядя. А как он тебя нашёл?
А вот об этом она, кажется, забыла спросить. Они вообще очень плохо поговорили, а ведь он пришёл ей что-то сказать. И чего же не сказал? Теперь ждёт её внизу, наверняка в машине, а она не знает, как себя вести.
- Ты же говорила, что его не помнишь, - продолжал болтать Коля. - А обнимались вы, скажу тебе, как давние знакомые. Даже не просто знакомые.
- Как там мама? – перебила его Пушкарёва.
- Я ей сказал, что это наш однокурсник, тот ещё шутник. Он её, правда, слегка напугал своим кольцом…
- Каким кольцом? – в дверях своей комнаты остановилась, Зорькин даже на неё слегка налетел.
- Обручальным, каким. Показал ей кольцо, сказал, что вы расписались пять лет назад в Питере.
- На нём было обручальное кольцо? – развернувшись к нему лицом, прошептала Катя.
- Пушкарёва, я его пальцы не разглядывал! Теть Лена говорит, что было. И вообще иди и сама с ней разговаривай. - Зорькин шагнул влево, уступая ей дорогу, и даже рукой приглашающе взмахнул.
Мама на кухне мыла посуду, на звук шагов обернулась и на дочь посмотрела слегка тревожно.
- Всё нормально?
- Да, - кивнула Катя. Села за стол и стала разглядывать спину матери:
 – Мам, а что он тебе говорил?
- Кто? Однокурсник твой?
- Однокурсник.
- Странный он какой-то, Катюш, - домыла тарелку, вытерла руки полотенцем и присела напротив дочери. - И шутки у него странные. Муж, говорит. И знаешь, я ненароком поверила, - развела руками мама.  - Уж очень убедительным был.
- Да, он такой. И что, Коля говорит, он тебе кольцо показал, да?
- Ну, какое-то показал,- кивнула Елена Александровна. - Ещё чушь какую-то нёс про Ленинград, мол, вы там познакомились и в тот же день расписались. Глупости всякие. Катюш, а если бы папа открыл дверь? Он всегда у вас так шутит?
- Всегда, - задумчиво покусывая нижнюю губу, кивнула Катя.
Значит, он носит обручальное кольцо. Тогда в кафе она даже посмотреть забыла, помнит только, что сам Андрей очень внимательно её руки разглядывал и хмурился. Вот, значит, что ему не понравилось. Она-то кольцо не носит. То есть сняла ещё в поезде, чтобы у родителей не возникло ненужных вопросов. А так она с этим украшением не расставалась, в университете все недоумевали, зачем она его таскает, все прекрасно знали о природе её брака - Денис постарался. Сам нет-нет, да и напоминал ей, как мужа зовут.
- А то вдруг ты уже подзабыла, - смеялся он.
Катя на него внимания не обращала, ей вообще с того самого вечера в клубе на Дениса стало внезапно и сильно плевать. Наверное, просто увидела, что бывают мужчины и получше. Ей даже новость о том, что Белов перевёлся в Москву, Коля сообщил. Сама она не заметила.
Уже у себя в комнате выглянула в окно. Внизу действительно стояла какая-то машина. Попыталась разглядеть в ней Андрея, но не смогла – слишком темно. Стала собираться. Признаться, нервничала жутко, даже живот заболел. Ну вот о чем они будут разговаривать? Не клеятся у них беседы. Даже тогда, пять лет назад, они не так много разговаривали, всё больше…
Разозлилась на саму себя за ненужные воспоминания, дёрнула с полки в шкафу свитер из-под кучи одежды, и та посыпалась на пол. Беспорядочно затолкала всё обратно и снова попыталась собрать волосы в хвост. Разозлилась ещё больше – слишком коротко, не получилось. Мимо кухни, где мама кормила ужином папу, проходила на цыпочках.
- Куда? – не поворачивая головы от телевизора, грозно поинтересовался отец.
Катя зажмурилась. У него буквально нюх на всякого рода правонарушения. Например, на несанкционированный… побег. Вернулась на пару шагов назад и заглянула в кухню.
- Пап, мам, я к Коле.
- Он же только что от нас ушёл, - прищурился папа. - Соскучилась уже?
- Да он забыл вот, - продемонстрировала папе свой новый мобильник. - Телефон он забыл.
Мама на дочь посмотрела все с той же долей тревоги и зачем-то выглянула в окно.
- Ну, вот пусть придёт и заберет! Чего это ты этому недотёпе его вещи таскать должна?
- Да мне несложно. Я быстро, - и прежде, чем папа успел что-то сказать, выскочила в прихожую.
- Катерина! – грозно начал Валерий Сергеевич и заскрипел стулом, поднимаясь на ноги.
Выбежала на лестничную площадку и на всякий случай поднялась на один пролёт выше. Отец действительно выглянул за дверь, а Катя затаила дыхание.
- Вот куда понеслась? – недовольно пробурчал он.
- Да ладно, далеко ушла, что ли? Она же к Кольке, - услышала она голос матери.
- Это она так сказала! А сама пробиралась мимо нас Штирлицем!
- Прекрати. Наша дочь не врёт, – видимо, мама закрыла дверь, потому что больше Катя ничего не услышала.
Стало стыдно. Дочь врёт. Дочь вам очень врет, причем давно.
Тихонько выбралась из подъезда, Андрей, увидев её, вышел из машины, только Катя замахала ему руками, мол, не подходи. Он замер и нахмурился, явно её не понимая. Катя указала пальцем на окна своей квартиры, Жданов за её взглядом проследил и вроде понял, чего от него хотят. Сел в машину и отъехал за угол дома. Катя незаметно пробралась под собственными окнами, завернула за угол, а потом уже бросилась к машине бегом.
- Штирлиц был на грани провала? – усмехнулся он. - Твоя мама смотрела в окно.
- Просто они переживают, - зачем-то сказала Катя.
- Как же они тебя в Питер отпустили? Пять лет дочка одна, в чужом городе…
- С трудом и отпустили. Я домой-то лишний раз не приезжала, чтобы они, не дай Бог, не подумали, что мне там плохо и я хочу обратно.
- А ты не хотела обратно? - он завёл машину и стал выезжать со двора.
- Ммм, - протянула она, разглядывая его правую руку на руле, увидела кольцо и забыла ответить на вопрос.
Жданов за её взглядом проследил и усмехнулся.
- Нравится?
Катя недовольно поджала губы и отвернулась.
- Наверное, нет, - сам себе ответил Жданов. - Нравилось бы – носила. У тебя ведь тоже такое есть.
Молчали, наверное, с минуту. Первой заговорила Катя.
- Куда мы едем?
- В «Зималетто».
- В «Зималетто»… - повторила она, разглядывая пейзаж за окном.
Жданов усмехнулся.
- И ты не спросишь, зачем?
- Нет, - пожала плечами Катя и на Андрея посмотрела. - А должна?
- Вообще – да.
- Ну, ты же там работаешь, я правильно понимаю? Значит, по своим делам и едешь.
«Логика – наше всё», - вспомнились Жданову её слова.
- Нет, мы едем смотреть твоё рабочее место.
На этот раз выдержать безмятежную мину ей не удалось.
- Не поняла…
- Я хочу, чтобы ты работала в «Зималетто». Тебе ведь нужна работа, я правильно понимаю?
Но Пушкарёва замотала головой.
- Я не буду изображать семейное счастье и обманывать твоих родителей. Я так решила.
Андрей посмотрел на неё слегка удивлённо и почему-то попытался спрятать улыбку.
- Молодец. Я тоже не хочу их обманывать. Я предлагаю тебе помощь просто так. Можно сказать, безвозмездно.
Они как раз подъехали к высокому застеклённому зданию, и Жданов довольно вздохнул.
- «Зималетто». Пойдем?
Прошли мимо спящего охранника, лысого мужчины внушительных габаритов, и вошли в лифт.
- Ну и какова же будет моя должность?
- Найдём, не переживай. Вон, вместо Потапкина посадим. Видишь, он всё равно постоянно спит на посту.
- Охранником, значит, - кивнула Катя. На Андрея посмотрела, и оба прыснули со смеху.
Двери лифта распахнулись на одиннадцатом этаже.
- Пойдём, - он взял её за руку и повел за собой. - Сейчас здесь тихо, рабочий день закончился. Но обычно народ гудит, как в улье.
- Рома тоже здесь работает?
- Рома? – Андрей даже обернулся и на Катю взглянул с интересом. - Да. Рома тоже здесь. Работает не работает, но восемь часов в сутки обитает.
Они прошли пару коридоров, Жданов попутно останавливался и включал свет.
- А это приёмная президента компании, – пропуская её в помещение, сказал он. - Видишь этот стол? Думаю, сюда мы тебя и посадим.
Катя обошла красивый стол со стеклянной столешницей и присела на стул.
- Я буду секретаршей?
- Тебе не нравится? Я понимаю, с твоим образованием ты достойна большего, но… Я ведь не президент компании и пока кадрами не располагаю.
- Нет-нет, - быстро добавила Пушкарёва. - Мне всё нравится. И секретарь… это неплохо. Просто…
- Что? – он присел на край стола и смотрел на неё сверху.
- Ну, ведь президентом можешь стать и не ты. А второй кандидат, возможно, будет против. Может, у него свой человек на примете.
- Сашка не станет президентом, Кать, - улыбнулся Жданов. - Он ни черта не смыслит в нашем деле, и папа прекрасно это понимает.
Она немного помолчала, а потом осторожно поднялась из-за стола.
- Он, может, и не смыслит, этот твой Сашка. Ни черта. Но жениться может вполне. А как я поняла, именно этого хотят твои родители.
Попыталась мимо него осторожно пройти, только Жданов её за руку ухватил и подтянул к себе.
- Жениться он тоже не сможет. Не родилась ещё такая сумасшедшая женщина, которая за него пойдёт не под наркозом, - он внимательно вглядывался в её лицо, а потом снял с неё очки. Катя затаила дыхание и отвела взгляд в сторону.
- Почему всё так вышло, Мечта?
- Как?
- Вот так, - пожал плечами он, разглядывая её профиль. - Мы странно встретились и странно разошлись.
- Просто я тебе не нужна была. Вот и всё.
Кажется, он удивился. Взял её за подбородок и развернул к себе лицом.
- То есть это ты мне не была нужна? А я тебе нужен? Ты меня ждала?
- А ты меня искал? – упрямо мотнула головой и всё-таки от него отошла. Сердце гулко билось где-то в горле, весь этот разговор так волновал, что у неё даже ладони вспотели. Жданов помолчал, а потом усмехнулся.
- Как будто ты ждала, как будто ты искал… своей любви причал, - процитировал он строчки из известной песни, поднялся на ноги и даже головой мотнул, прогоняя наваждение. - Значит, так. Завтра назначили собеседование на должность секретаря, это формальность, конечно, но ты должна там быть. Оставь мне свой номер и запиши мой. Придешь, сразу звони.
Катя кивнула и вытащила свой мобильный.
- Диктуй, я прозвоню.

Когда выходили из здания, охранник Потапкин всё ещё спал. Андрей покачал головой, разглядывая нерадивого сотрудника, но Катя потянула его на выход, и он будить его не стал. Уже в машине Жданову кто-то позвонил, он разглядывал имя на экране несколько секунд, но трубку не взял и положил телефон обратно в карман.
- Так где кольцо?
- Дома.
- Почему дома?
- А почему бы и нет? – упрямо переспросила она. Жданов на неё посмотрел и недовольно поджал губы.
- Почему ты воспринимаешь меня в штыки?
- Это не так.
- Это так, Катя.
- Тебе кажется, - пожала плечами она. - Просто мы не умеем друг с другом ладить. Не хватает опыта общения.
- Я не думал, что с тобой придётся учиться ладить.
- Ты очень многого обо мне не думал. И не знаешь.
Оба обиженно замолчали. Андрей сосредоточился на дороге, только время от времени вытаскивал телефон и сбрасывал чей-то назойливый вызов. Остановились за углом Катиного дома. Она не знала, как выйти. Просто пожелать спокойной ночи и уйти? Или поблагодарить за то, что он её берет на работу? Но как его благодарить, ведь они слегка поругались. Или нет?
Пока она раздумывала, Андрей сам начал разговор.
- Мы ещё не всё обсудили. Осталась одна тема.
- Развод? – сразу обернулась к нему Катя. Он слегка задержал на ней взгляд, но потом кивнул.
- Развод.
- Когда и где тебе угодно, я всё подпишу, - скороговоркой проговорила она.
- Тебе так не терпится развестись? – раздражённо бросил он и полез в карман, чтобы снова сбросить звонок.
Катя удивлённо вскинула брови.
- Мне?
- Тебе!
Катя от его тона даже растерялась. Поджала губы и открыла дверь машины, правда, молча выйти не смогла, развернулась и сказала:
- Мне вообще без разницы. Просто мы с тобой слишком разные и слишком чужие. А муж и жена… они не должны так. Я не знаю, что ты любишь, а что нет. Как ты ешь, что пьёшь и на что у тебя аллергия. Не знаю даты твоего рождения, знака зодиака, какую музыку ты слушаешь и смотришь ли советские комедии. Я не знаю о тебе ничего. И ты обо мне тоже. Так что прекращай меня попрекать и ответь наконец на звонок!
Вышла из машины, громко хлопнув дверью. Андрей за ней не пошёл.

Уже дома, выслушав грозный монолог отца о том, что она испортилась и завралась, закрывшись в своей комнате, попыталась осмыслить весь сегодняшний день. Всё так глупо и необычно. Почти весь день провела с мужем – кому скажи, засмеют. Но это так. Пару раз он даже хотел её поцеловать. По крайней мере, ей так показалось… И называл Мечтой, совсем как раньше. И это было очень приятно. Родители у Жданова тоже оказались очень милыми людьми. Особенно понравилась мама. Она вполне искренне за Катю переживала, заглядывала в глаза и вообще вызывала доверие. Один Малиновский не оставил о себе определенного впечатления. Его речи в больничном кафетерии были циничными, а в те минуты, когда Катя наблюдала за ним со стороны, он выглядел улыбчивым и искренним. Впрочем, можно сказать, что и он ей понравился. Неприятный осадок оставил только последний разговор с Андреем. Наверное, она наговорила лишнего… Но его тон! Обвиняющий, обиженный! Непонятно, чего он от неё вообще хочет? Сам начинает говорить о разводе, потом обижается на то, что она не против. А ещё ему постоянно кто-то названивал…
Дверь комнаты резко распахнулась, и на пороге появился отец. Несколько секунд он молчал и громко дышал, а потом погрозил Кате пальцем.
- Я звонил маме Николая – ты к ним не приходила. Говори сейчас же, где ты была!
На шум прибежала мама.
- Валера, не надо…
Он её руку от себя оттолкнул.
- Завралась! Воспитали на свою голову! А я говорил тебе, Лена! Говорил, не надо отпускать её учиться в Ленинград! Распоясалась! Врёт матери и отцу, сбегает куда-то и возвращается за полночь!
- Папа, не кричи, – спокойно попросила Катя.
Отец от такой наглости стал хватать ртом воздух, порывался к дочке подойти, но Елена Александровна крепко ухватила его за руку и стала уводить из комнаты.
- Ишь ты… мелочь! – грозя ей пальцем, кричал он. - Да за всю жизнь… За всю жизнь со мной никто... вот так!
- Валера, хватит!
Маме всё-таки удалось вывести отца из комнаты, и ещё долго у Кати в ушах звенел грозный голос подполковника. Присела на диван и устало выдохнула. Да-а… Знал бы папочка обо всех подвигах дочери – отрёкся бы.
Минут через пятнадцать в комнату заглянула мама, выглядела при этом весьма печально, но решительно.
- Как папа?
- Нормально. Успокоился и лёг спать. Катенька…
Короткий сигнал телефона, извещающий о новом смс-сообщении, заставил маму замолчать. Катя взяла телефон, и имя отправителя на мгновенье заставило её забыть обо всём.
«Завтра в девять часов я жду тебя в «Зималетто». И, кстати, не надевай красное платье».
Усмехнулась и стала быстро набирать ответ.
«Ты нормально доехал?».
«Завтра расскажу. А вообще я уже дома. Ты про платье поняла?».
«Завтра, в девять. Я буду в красном».
Отправила и, слегка прикусив губу, попыталась предугадать реакцию Андрея. Разозлится? Улыбнётся? Позвонит? Хотелось бы…
- Катя, ты должна мне рассказать.
Пушкарёва даже вздрогнула, услышав голос матери. Совсем забыла, что она в комнате, а та, кажется, уже с минуту разглядывает её безмятежную улыбку.
- Мамочка, - потянулась к матери и обняла её. - Мамочка, я вас с папой так люблю, так люблю! Только позвольте мне учиться на своих ошибках. Позвольте ошибаться самой.
- Умный учится на чужих, дурак – на своих, - покачала головой мама. - Не расскажешь?
Катя промолчала и улыбнулась матери. Та задержала на ней взгляд всего на несколько секунд дольше, чем надо было, а потом вздохнула и поцеловала дочь в лоб.
- Спокойной ночи, - помахала матери рукой, а как только за ней закрылась дверь, Кате снова пришла смс-ка.
«Спокойной ночи, Мечта».
Спать сегодня будет слаще, чем обычно.

***

Домой Жданов так и не доехал. Позвонила мама и сказала, что Кира в истерике, он не берет трубку и не перезванивает весь вечер. Она очень переживает. Пришлось разворачиваться и ехать к Воропаевой.
Уже с порога понял, что приятного вечера ждать не придётся. Кира встретила его суровым взглядом, поджала губы и скрылась в спальне. Он нехотя стянул ботинки и поплёлся за ней.
- Привет, - в спальне был накрыт стол, и Андрей впервые за день вспомнил, что последний раз ел утром.
- Где твой телефон? – вместо приветствия спросила Кира.
- В кармане.
- То есть ты специально не берешь трубку?
- Я был занят, - пожал плечами Андрей.
Прошёл к столику и только было протянул руку к бокалу с вином, как Воропаева схватила его за рукав и снова повернула к себе.
- Мне Маргарита всё рассказала! Ты был с ней!
- С Катей? Да, я был с ней. Мы ездили в «Зималетто», я показывал ей её рабочее место.
- Что? – не поверила своим ушам Кира.
- Катя будет работать в «Зималетто», - членораздельно повторил Жданов и снова с тоской уставился на остывший ужин.
- Ты меня разыгрываешь? Никогда. Понял? Никогда она не будет работать в компании моих родителей!
- Наших, - устало выдохнул Жданов. Потянулся и оторвал от кисти винограда одну ягоду.
Кира проследила за его рукой, заметила на безымянном пальце кольцо, ахнула и ударила Андрея по лицу. Ягодка из его рук выпала.
- Сними, сейчас же! – на высокой ноте потребовала она.
Андрей усмехнулся, разглядывая несчастную виноградинку на ковре, а потом вздохнул и вышел из комнаты.
- Куда ты? – выбежала за ним следом Воропаева.
Он ничего не ответил, надел обувь и вышел из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.

Уже дома, заваривая себе чай, решил написать Кате. Просто захотелось, и он не стал себя останавливать. Она, правда, снова проигнорировала его вопрос, зато поинтересовалась, как он доехал. На фоне недавнего скандала с Кирой, которая не дала ему спокойно поесть, от этой крохотной заботы Кати на душе потеплело. Захотелось написать ей что-нибудь приятное, правда, подбирать слова было очень трудно, поэтому ограничился лаконичным «Спокойной ночи, Мечта», предварительно проигнорировав очередной приступ упрямства жены. Получив в ответ взаимное пожелание, Жданов доел, а потом пошёл спать.
Сны были приятные.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #12 : Июль 07, 2017, 12:14:52 »


13.

К утру папа не успокоился, и Кате пришлось рассказывать о том, что она нашла работу, в перерывах между истошным ором отца и попытках мамы его успокоить. Настроение, естественно, было испорчено. Зашла в комнату, раздраженно хлопнув дверью, открыла шкаф в поисках нужной одежды. Папа влетел следом.
- Не смей поворачиваться ко мне спиной, когда я с тобой разговариваю!
- Папа, мне нужно одеться, иначе я опоздаю, - попыталась спокойно сказать Катя, правда, в этот момент отец увидел злополучное красное платье в её руках и буквально позеленел от злости. Выхватил из её рук вешалку.
- Пап! – запротестовала Катя.
- Вот в этом, - он потряс несчастной одежкой перед её носом, - в этом ты никуда не пойдешь!
- Ну и ладно. Пойду в чем-нибудь другом!
Обошла отца и вышла из комнаты. Заперлась в ванной. Уж сюда-то он за ней не пойдёт?!
Да уж – утро не задалось. Больше всего раздражало то, что суть отцовских претензий Катя, как ни старалась, уловить не могла. Что-то среднее между «распоясалась» и «грубишь отцу», и время от времени «что это за работа такая, которую ты себе вчера ночью нашла?». Выглянула через некоторое время из ванной, папа что-то громко излагал на кухне. Вернулась в комнату. Ну вот. Теперь надеть нечего. То есть, можно, конечно, что-то подобрать, но красное платье… красное платье взято в плен. В итоге ограничилась строгим деловым костюмом, который покупала на защиту диплома ещё в университете. Покрутившись в прихожей перед зеркалом и в целом оставшись довольной, заглянула на кухню, чтобы попрощаться с родителями.
- Ты пожелаешь мне удачи или нет? – с лёгкой улыбкой на губах поинтересовалась Катя у отца.
Он помолчал немного, но потом вилку отложил и из-за стола поднялся. Дочь обнял и в щёку поцеловал.
- Удачи, дочка. И меня… Меня ты прости, в общем. Просто не привык я.
- Не привык он, - улыбнулась мама и тоже Катю поцеловала, - А дочка, между прочим, уже выросла!
- Всё, взрослая дочка убегает на работу, - ещё раз быстро чмокнула родителей и выбежала из кухни.
Ну, понеслась!

***

С утра дамочки из женсовета собрали экстренный сбор уже в одиннадцатый раз. И опять – вхолостую. Всё дело в том, что вчера чуткая на слух Амура уловила из кабинета своей начальницы Киры просто сногсшибательную новость: сегодня в «Зималетто» появится «ОНА».
Объект «ОНА» был на слуху у каждого, кто хоть немного интересовался личной жизнью начальства (то есть практически у всех), но ранее этот объект никто не видел. Слухи ходили разные. Кто-то говорил, что «ОНА» - известная актриса, которая бросила Жданова пять лет назад, а тот пытался утопиться, кто-то, что «ОНА» изменила ему с Ромой Малиновским, и Жданов не смог простить ей предательства, а с другом у них была дуэль. Ниночка из бухгалтерии рассказывала Машке, что лично слыхала беспокойный разговор Киры с неизвестным собеседником, мол, те говорили, что «ОНА» давно живёт за границей и воспитывает трёх наследников Андрея. И только Ольга Вячеславовна – единственный очевидец всей этой истории из доступных, ругала дамочек за сборы глупых слухов и утверждала, что ничего подобного на самом деле не было. Рассказала она немного: история эта произошла пять лет назад, в Санкт-Петербурге. Девочку звали Катя, так сложились обстоятельства, что Жданову пришлось срочно ехать в Москву, а она осталась в Питере. Андрей за ней потом возвращался, но приехал один. Всё. На этом сведения заканчивались. О Кате было принято говорить с благоговейным восторгом и шепотом (как о покойнике, ей-Богу!), и немудрено, что её появление в «Зималетто» - это просто нечто из рук вон выходящее. Не работал сегодня никто.
Потапкину с утра было приказано проверять документы наиболее эффектных особ (ну а какой ещё может быть ЕГО жена?), на фамилию «Жданова» реагировать молниеносно и тут же сообщать в головной пункт. То есть Машке на ресепшен. А уж тут бы они её перехватили! То есть… взглянули бы одним глазком хотя бы. Правда, рассудительная Ольга Вячеславовна напомнила девушкам, что Катя могла и не менять фамилию. Поэтому Потапкину срочно дали новую вводную – проверять документы у ВСЕХ эффектных дамочек, о наиболее подозрительных тут же сообщать в головной пункт, на ресепшен. Но вот незадача – в модном доме эффектных особей пруд пруди, и каждая вторая - загадочная и подозрительная. Вот и бегали дамочки на ресепшен уже в одиннадцатый раз, пялились на длинноногих девиц, ни одна из которых ни разу не Катя.
- Это невозможно уже, - запыхавшись, облокотилась на стол Пончева. - Я так похудею вот до такого вот безобразия! – махнула рукой она в сторону очередной лже-Кати, которую уводил довольный Милко к себе в мастерскую.
- Нет, этого мы допустить не можем, - решительно взяла в руки трубку Машка и стала набирать чей-то номер, - Сергей Сергеевич? Отбой всем постам.
- Маш, ну ты чего!
- Спокойно, дамочки, - поднялась из-за стола Тропинкина, - Никуда она не денется. Увидим, услышим, узнаем. А сейчас перерыв, срочно в зал заседаний.
Девушки, недовольно бурча, дружной толпой ушли в уборную, естественно, не обратив никакого внимания на невзрачную девушку у бара. Мало ли таких офисных мышек по этажу шастает? А Катя тем временем набрала номер Андрея, тот, не дав прозвучать даже одному полному гудку, взял трубку.
- Я уже пришла.
- Где ты?
- У бара.
- Иду.
Улыбаться он начал, как только оказался в приёмной и увидел Катю.
- Ну и где это красное безобразие? – оглядел он её строгий костюм.
- Оставь моё платье в покое. Оно мне нравится.
- А мне нет.
- И почему же?
Андрей распахнул перед ней дверь, и они шагнули в переполненную народом президентскую приемную. Девушки, претендентки на должность секретаря разных возрастов и комплекций, заполнили собой всё пространство, буквально от стенки до стенки.
- Само по себе платье неплохое, - шепнул Жданов ей на ухо, - Но расхаживать в таком на моих глазах – просто преступление. Посиди здесь, я переброшусь парой слов с папой.
Он усадил Катю на единственное свободное место, на диванчик, рядом с эффектной брюнеткой в красном платье, а сам стал протискиваться к дверям кабинета. Катя глянула на свою соседку и едва не рассмеялась: сидели бы сейчас здесь две такие красотки в красных платьях. Умора.
- Меня Вика зовут, - лениво протянула она, разглядывая Катю.
- Катя.
- Хочешь, открою тебе секрет, Катя? - зевнула её новая знакомая и даже слегка потянулась, - Работу эту получу я, а ты и все вот эти страшные тётки – зря тратите время.
Пушкарёва удивленно вскинула брови и на Вику посмотрела уже с бОльшим интересом.
- Ты настолько уверена в своих силах?
- Я настолько уверена в своих связях, - довольно усмехнулась она и стала накручивать на палец изящный темный локон, - Знаешь, кто я?
- Знаю, - кивнула Катя, - Ты Вика. Мы уже знакомились.
- Я Вика – лучшая подруга Киры Воропаевой.
«А я - Николая Зорькина», – глупо подумала Катя, но решила над своей новой знакомой не смеяться, а только глубокомысленно кивнула.
- Надо же. А Кира Воропаева - это…
- Кира Воропаева, чтобы ты знала, - один из главных акционеров компании и к тому же невеста будущего президента.
- Какого… президента?
- Андрея, конечно! Господи, ты вообще пришла устраиваться на работу или как? Никакой информационной подготовки.
Но Катя больше свою новую знакомую не слушала. Ох, какая неприятная новость! Хотя неожиданной её не назовёшь. Конечно, это вполне реально, за пять лет он мог начать серьёзные отношения с женщиной. И она вполне могла стать его невестой. Реально? А то. Но сказать-то можно было! Разве это сложно?
«Катя, тут такое дело, у меня есть невеста».
«А ты тогда что такое?» - упрямо возразил внутренний голос.
- А я дура, - вслух высказалась Катя.
- Да ладно, - пожала плечами Вика, – Ну не знала и не знала. Теперь знай.
Из кабинета как раз выглянул Андрей и поманил к себе Катю. Она с места не сдвинулась, упрямо сверлила его взглядом. Он нахмурился и сам пошёл к ней.
- Ну, чего ты?
- Знакомься, это Вика, - указала она на свою соседку. Та, признаться, слегка опешила от неожиданного знакомого своей собеседницы.
Андрей непонимающе уставился на незнакомую девушку.
- Она у нас лучшая подруга Киры Воропаевой, - продолжила Пушкарёва. - Андрей, а ты знаешь, кто такая Кира Воропаева?
Кажется, он стал понимать, что именно имеет в виду Катя. И даже слегка разозлился на неё за этот маленький цирк.
- Пойдём,- протянул ей руку.
Она продолжала упрямо сверлить его взглядом, тогда Жданов без лишних церемоний подхватил её под локоток и потащил через изумлённую толпу в кабинет.
Павел Олегович явно куда-то спешил, потому что встретил их уже у двери. Едва носами не столкнулись.
- Добрый день, Катя, - улыбнулся он ей. Андрей сразу перестал удерживать её за руку силой и мягко подтолкнул в кабинет.
- Добрый, Павел Олегович.
- Я, признаться, очень спешу, но что хочу сказать – против твоей кандидатуры на должность секретаря ничуть не возражаю.
Катя через силу улыбнулась. И не скажешь же теперь, что даром ей эта должность не нужна.
- Блистательное образование, хорошие рекомендации от ректора университета и даже небольшой опыт работы, я правильно припоминаю?
- Всё верно, пап, - улыбнулся Андрей и протянул отцу руку, - Не будем тебя задерживать, я знал, что тебе понравится мой выбор.
- Да, выбор ты сделал хороший, - он открыл дверь кабинета и неприятно поморщился, от гвалта голосов, - А теперь сделай-ка что-нибудь с этим безобразием в приёмной. Всего хорошего, Катя.

Павел Олегович покинул кабинет, и Катя с Андреем остались вдвоем. Оба злились друг на друга. Она – за то, что не сказал. Мало ли что она могла и сама догадаться? Он – за то, что она злилась на него из-за Киры. Боже, что такое Кира, когда его так тянет к этой упрямой… жене?
Позвонил Малиновскому и перепоручил тому разогнать народ в приёмной. Сел в кресло и уставился на Пушкарёву.
- Присядешь?
- Нет.
- Поздравить тебя с должностью можно?
- Нет! – сверкнула на него глазами и всё-таки уселась напротив.
- Скажи, а что тебя так злит?
Катя молчала, видимо, тщательно подбирая слова, и видно было, что сказать хочет много, и вот уже слова в гневные предложения выстраивает… но потом она так внезапно поникла, как будто из шарика выпустили весь воздух.
- Это будет невыносимо, - покачала она головой.
Андрей даже перепугался слегка, быстро поднялся, обошёл стол и присел перед Катей на корточки.
- Эй, Мечта, ты чего?
- У тебя невеста, Андрей! И она работает здесь. Думаешь, она обрадуется, узнав, кто я такая?
- Она знает, кто ты такая, и о том, что ты будешь здесь работать, я ей тоже сообщил.
Катя уставилась на него как на душевнобольного.
- Рассказал? – почему-то прошептала она.
- Ну да, - кивнул Андрей и её за руку взял.- Вчера.
- И как она отреагировала?
- Боже, ну вот какая ерунда тебя всё время беспокоит! Отреагировала как-то, ну и ладно. Это моя проблема.
- Значит, все-таки проблема, - поморщилась Катя, а Андрей рассмеялся.
- Мечта, ты такая милая. Ну, естественно, она не обрадовалась, но если это не волнует меня, почему ты переживаешь?
Катя молчала и смотрела на их переплетённые пальцы рук. Было в этом жесте что-то такое успокаивающее… и такое приятное.
- Ка-ать, – протянул он с лёгким смешком. – Не стоит бояться Киры. Я тебя в обиду не дам.
Ну, вот что поделаешь? Киру жалко, да, но, когда он вот так на неё смотрит и трётся щекой о ее руку… это же должно быть запрещено законом!
- Если бы ты сразу сказал мне, что у тебя есть невеста и она работает здесь, я бы ни за что не согласилась сюда прийти.
- Ну вот, вопрос «почему не сказал» отпал сам собой, - улыбнулся он и поднялся на ноги, - Пойдем, будем тебя оформлять.
И Катя уныло поплелась за ним следом, мрачно размышляя о том, как долго им удастся делать вид, что невеста-Кира – сущий пустяк и ничего это в их отношениях не меняет. Хотя… Господи, в каких ещё отношениях?

***

- Позор вам, дамочки! – трагично подвела итог Шура, смерила притихших женсоветчиц надменным взглядом и уселась на пуфик в «зале заседаний», - Организацию, гордо именуемую «Женсоветом», можно смело распускать!
- Как мы могли?.. – возвела глаза к потолку Амура. – Позор. Позор! Мы её упустили!
- Девочки, а может, она ещё в здании? – с надеждой протянула Пончева.
- Вот иди и поищи! В здании она... Между прочим, приёмная президента – это твоя наблюдательная зона была!
Таня обиделась и поднялась на ноги, смахнув с юбки крошки печенья.
- А вот пойду – и найду!
- Иди-иди! – понеслись ей вслед четыре голоса.
Татьяна хлопнула дверью и направилась прямиком… на своё рабочее место. Там в сумке припасена шоколадка – отличная подпитка для мозга, между прочим. Уселась на стул, сумку свою взяла и только начала поиск необходимой сладости, как в кабинете Урядова раздался грозный рык президента, который заставил несчастную Татьяну съехать со стула.
- Какая ещё Клочкова?! И с какой это радости она – мой секретарь?!
- Но, Андрей Палыч! Киры Юрьевна велела… - пролепетал Георгий, правда, его долго слушать не стали.
- Чёрт знает, что такое! Оформляй ЕЁ! А я сейчас вернусь!
- Андрей! – раздался вдогонку незнакомый женский голос, Пончева даже на стуле подъехала ближе к двери, чтобы лучше слышать, правда, эта самая дверь распахнулась, больно ударив Таню по уху, и из кабинета вылетел разъяренный Жданов, а следом за ним Урядов с какой-то девушкой. Татьяна растёрла рукой ушибленное ухо и откатилась обратно к столу.
- Вот это нрав, - покачал головой Урядов. – Огонь! Пройдёмте, Катерина Валерьевна, - он пропустил в кабинет незнакомую девушку, а сам повернулся к Пончевой и подал ей паспорт.- Оформляйте, Татьяна. Секретарь и. о. президента – Жданова Екатерина Валерьевна.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #13 : Июль 07, 2017, 12:26:17 »

14.

Андрей вошел к Кире в кабинет. Она разговаривала по телефону и приложила палец к губам, призывая его к тишине.
- Нет, это вы не понимаете. Скатерти должны быть белого цвета, а не каких-либо его оттенков.
Андрей раздраженно вздохнул и негромко позвал:
- Кира, ты мне нужна.
Она кивнула и улыбнулась, но разговор продолжила.
- Уважаемая, если вы не знаете, как выглядит белый цвет, я привезу с собой образец. Нет, это вы послушайте…
Андрей не выдержал и нажал на рычаг сброса. Кира замолкла на полуслове и посмотрела на него с удивлением.
- Андрюш, я же разговариваю. В чем дело?
- Кто такая Клочкова, и с каких пор она – мой секретарь?
Кира осторожно положила трубку на место и слегка пожала плечами.
- А что такого?
- Ты мой вопрос слышала?! - вспылил Жданов, нависая над ней, упираясь руками в стол.
- Вика – моя подруга. А почему ты кричишь?
- Кира! – выкрикнул он, да так, что Воропаева слегка поежилась. Пришлось пройтись по кабинету и глубоко пару раз вздохнуть, чтобы успокоиться, - Кира. Мой секретарь – это моё личное дело. И ты не имеешь НИКАКОГО права решать этот вопрос без моего ведома!
- Вике очень нужна работа, - виновато проговорила она и несмело подняла на него глаза, - Андрюш, она очень хорошая.
Жданов едва не заныл от бессилия. Какая, к черту, разница, хорошая эта Вика

или нет? Да хоть золотая! Или Кира действительно ничего не понимает, или виртуозно прикидывается.
- А если тебе так хочется устроить на работу эту… Катю, - уже более холодно проговорила Воропаева, повернувшись на стуле к окну, - Пусть вместе работают.
Андрей замер на мгновенье, а потом подошёл к ней и развернул к себе лицом.
- Да, мне очень хочется устроить Катю на работу, но дело ведь не в этом. И даже не в том, что твоей подружке нужна работа. Я прав?
Глаза Киры стремительно наполнялись слезами. Она скинула его руку со спинки кресла и поднялась на ноги, заставляя и Андрея выпрямиться.
- Ты хочешь сделать из меня посмешище? Хороша невеста! При живой-то жене! Андрей… я слишком много всего терпела, чтобы сейчас сдаться. Ты не оставишь меня. Я не позволю!
Она стала плакать, а он, как истинный мужчина, не терпящий женских рыданий, возвел глаза к потолку. Нет, ну она и правда очень многое перетерпела и даже на эту его нелепую свадьбу смотрела пять лет сквозь пальцы, и, наверное, ей сейчас действительно сложно, ведь вся эта ситуация у всех на слуху, и более того – на виду, а Кире с её характером хуже казни и не придумать. И сейчас она плачет вполне искренне, и тот факт, что плачет она из-за него, неприятно коробил.
- Ты носишься с ней, как ненормальный, звонишь, пишешь смс-ки, ты надел кольцо! – всхлипывала она, - Взял на работу! А как же я? Я кто такая, Андрей? Я вообще что-нибудь для тебя значу?
Обнял её, прижал к груди и стал поглаживать по волосам. Она сопела ему в плечо и тряслась от рыданий.
- Перестань, - тихо сказал он, - Перестань плакать. Я не собираюсь… тебя оставлять.
- Правда? – подняла на него глаза Кира, - Андрюш, не оставляй. Я не переживу.
Этого ему ещё не хватало. Слабо ей улыбнулся и отстранился.
- Больше не прыгай выше моей головы, хорошо?
- Я не буду! А Вика – она хорошая. Пусть вместе работают, хорошо?
Андрей ничего не ответил и вышел из кабинета.
Кира осторожно подобралась к двери, открыла её и проводила его взглядом до угла. Вытерла мокрые щёки и взяла в руки телефон.
- Ты где? Быстрей давай!
Спустя пару мгновений в кабинет ворвалась запыхавшаяся Клочкова.
- Ну?
- Что? Ну, видела! – Вика прошла в кабинет и уселась на диван. Сняла туфлю и растерла ноющую ступню, - Ничего особенного, невзрачная, пройдешь мимо – не заметишь. Я думала, там будет такая фифа.
- Она некрасивая? – не поверила своим ушам Кира.
- Нет.
- Не может этого быть… Вика, давай, выкладывай. Я не обижусь!
- Да я тебе серьезно говорю! – Клочкова улеглась на диван и потянулась через подлокотник к вазочке с конфетами на столике, - Ростом пониже тебя, наверное. Ни рожи, ни кожи, ничего нигде не выпирает, да и одета безвкусно.
- Я не верю, - покачала головой Воропаева.
- Ну иди сама посмотри, - с набитым ртом махнула рукой Вика. - Она там возле бара сидит.
***
Катя пила кофе у бара. Георгий Урядов отпустил быстро, перепоручив её оформление своей секретарше, сам задал ей парочку вопросов, абсолютно не относящихся к работе. Например, как долго она в Москве и почему раньше не приезжала. А ещё (кто бы мог подумать!) - почему они со Ждановым не разводятся. Когда Катя дала понять, что на эту тему разговаривать не собирается, он разулыбался, рассыпался в комплиментах и даже руки полез целовать. Странный тип. Любопытный. Впрочем, не только он. Сейчас позади неё, у ресепшена, собралась пестрая толпа дамочек, гипнотизировавшая взглядом её затылок, а стоило Кате повернуться, как они тут же хватались за телефоны или с очень занятым видом листали одну и ту же синюю папку. Ну да, она же тут как медведь на велосипеде – чудо чудное! Жена Андрея Жданова – кто бы мог подумать?
- Скучаешь? – шепнул ей на ухо Андрей. Обошел со спины и уселся рядом.
- Как дела?
- Всё хорошо. Ты что-нибудь есть хочешь?
Катя покачала головой и стала смотреть в собственную чашку.
- Что не так? – немного понаблюдав за ней, спросил Жданов.
- Идея работать в одной компании с твоей невестой нравится мне все меньше.
- Катя…
- Я знаю, что ты не дашь меня в обиду. А как же она? Ей неприятно.
Андрей вздохнул и отвел глаза. Значит, она все-таки права.
- Я лучше пойду, - поднялась с места и пошла к лифту, само собой он пошел следом.
- Ты будешь здесь работать, ясно? И сегодня мы отметим твое назначение. Вместе.
Катя ничего не успела ответить, позади них раздался приглушённый не то «ох», не то «ах», а скорее,даже всхлип дамочек, она обернулась и нос к носу столкнулась с какой-то блондинкой. И  смотрела та на неё очень не по-доброму.
- Кира, - предостерегающе начал было Жданов, но Воропаева перестала гипнотизировать Катю взглядом, улыбнулась и подала ей руку.
- Вы, должно быть, Катя? Кира Воропаева. Приятно познакомиться.
Пушкарева руку ей подала, но нахмурилась и на Андрея посмотрела, слегка приподняв брови.
- Кира, что тебе нужно?
Жданов взял Катю за руку и от невесты отодвинул.
- Что опять не так, Андрюш? – наигранно рассмеялась она.- Я пришла знакомиться с новым сотрудником. Имею право? Как акционер хотя бы.
- Я, пожалуй, пойду, - сказала Катя Жданову, намеренно игнорируя Киру, но та, кажется, только развеселилась.
- А что, Андрюша вас не подвезет? До дому или ещё куда? Андрюш, не по статусу первой леди «Зималетто» пешком ходить!
- Кира, замолчи, - Жданов взял её под локоть и развернул в сторону приемных под дружный вздох женсовета. - Кать, я сейчас.
Но Пушкарёва подождала ровно до тех пор, пока Андрей с Воропаевой скроются за дверями, не стала ждать лифт и пустилась вниз по лестнице на выход.
На выходе её очень пристально рассматривал охранник и что-то шептал в рацию, это окончательно вывело из себя. Что она им, клоун, что ли? Быстро спустилась по ступенькам и на автобусную остановку помчалась чуть ли не бегом.
Да-а. Кира эта… красивая. Но характер у неё отвратительный, хоть Катя и не ждала радушных объятий от невесты Жданова, но такая неприкрытая ненависть… Было неприятно. Сможет ли она вот так каждый день? И сможет ли Андрей? У них уже начались ссоры из-за неё, а дальше что?
Ну давай, Пушкарёва, еще и попереживай за их отношения! Сделай вид, что тебе очень жаль такую красивую пару, ты же дура!
Уже дома, коротко рассказав родителям о работе, закрылась у себя в комнате и снова достала из сумки кольцо. Примерила. Очень красиво. И ему, Андрею, тоже идет. Он и сегодня был с ним, это Катя заметила. Носит…
Улыбнулась. Всё-таки он очень хороший, так за неё заступался. Захотелось что-нибудь ему написать, как-то отблагодарить. Маялась до вечера, не знала, что сказать и как, в итоге взяла телефон и набрала текст.
«Предложение отметить назначение все ещё в силе?».
На что ей очень быстро пришел ответ, буквально через минуту.
«Купи себе вино и выпей! Так и быть, чек пришлешь на имя «Зималетто»».
Катя едва не выронила телефон.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #14 : Июль 07, 2017, 12:50:47 »

15.

Андрей привел Киру в её кабинет, сам не кричал, даже голос не повысил, говорила в основном она, причем делала вид, что абсолютно не понимает, что такого она сказала… Ну, пошутила. Ну, неудачно. А Катя эта слишком обидчива.
- Андрюш, ну не будем же мы из-за этого ссориться? Что я такого сказала? Я просто спросила, не подвезешь ли ты её, - она коснулась его щеки рукой, а Жданов её руку отвел и головой покачал.
- Кира, нам надо серьезно поговорить.
- С Катей поговори, - ощетинилась она. - Вы вообще разводиться думаете?
Жданов ответить ничего не успел, в кабинет вошли родители.
- О, вот вы где, - улыбнулся отец. - А мы тебя в кабинете ищем, Андрей.
- Здравствуйте, родные, - Маргарита поцеловала детей по очереди в щеку. - Ну, как дела?
- Всё отлично, мам,- кивнул Жданов. - Я сейчас вернусь.
Родители проводили его взглядами и на Киру посмотрели.
- Его жена у лифта ждёт, - усмехнулась Воропаева, села в кресло и отвернулась к окну.

Катю у лифта Жданов не нашел. Спросил у Тропинкиной, оказалось, что она ушла сразу после них с Кирой. Замечательно. Что, сложно было подождать? Вытащил из кармана телефон, уже хотел номер набрать, но к нему снова подошли родители и Кира. Мама взяла его под руку.
- Мы вас забираем, Андрюша. Хотим в ресторан! – рассмеялась она. - Вот такой вот каприз. Пойдем, родной.
- Мам, я сейчас, только позвоню…
- Пошли, сын. Нужно уметь абстрагироваться от рабочих проблем. Это я тебе со знанием дела говорю, - похлопал его по плечу отец.
- А если проблемы не рабочие, то это тем более подождет, - усмехнулась Кира и вошла первой в лифт.
Глаза у неё, кажется, были заплаканные.
- Пойдем, родной,- повторила мама и потянула его за руку.
- Хорошо,- кивнула Андрей. - Тогда Кате я позвоню позже.
Мама и Кира посмотрели на него с одинаковым выражением удивления на лицах. Но если мама слегка улыбнулась и отвернулась, Кира продолжала гипнотизировать его взглядом до тех пор, пока они не подошли к машине на стоянке, а потом отказалась садиться с ним в один автомобиль, сказала, что поедет на своем.
Всю дорогу до ресторана она злилась и психовала, нарушая правила дорожного движения. На этом празднике жизни она ощущала себя лишней, и это обижало до слез. Даже Маргарита, и та, кажется, встала на сторону этой Кати. Чертова Катя! Какая она ему жена? Да что она вообще о нем знает? Что они пережили вместе, какое она права имеет претендовать на Андрея?! Вот они… они вместе через огонь и воду прошли. Он её со дна поднимал - и теперь несет за неё ответственность. И просто не имеет никакого права так с ней поступать!
В ресторан Кира приехала раньше всех. Ещё бы, ведь она так гнала. Когда приехали Ждановы, она уже успела сделать заказ.
- Надеюсь, это не очень самонадеянно. Я сделала заказ на всех, - улыбнулась она, подвигаясь, чтобы освободить на мягком диванчике место Андрею рядом с собой.
Беседа завязалась о всяких мелочах. Кто, с кем и когда виделся, где бывали, что слышали. Павел Олегович сначала рассказывал о кубке мэра, а потом беседа плавно перешла и к делам «Зималетто». Андрей о своих планах стал рассказывать отцу с упоением, работу он всегда любил. Тем более дела в компании сейчас на уровне, а похвастать перед папой всегда приятно. Незаметно к разговору присоединилась и Маргарита, а Кира заскучала. Именно поэтому от её внимания не скрылся тот момент, когда телефон Андрея, который спокойно покоился на столе, коротко завибрировал и засветился. Жданов в пылу беседы этого не заметил.
- Я позвоню с твоего, Андрюш? На моём садится батарея, - улыбнулась Воропаева, как только в разговоре наметилась пауза, взяла его телефон и пошла в уборную.
Смс-ку прочитала сразу, как только плотно закрыла за собой дверь. Разозлилась неимоверно! И набрала ответ прежде, чем подумала о последствиях.
Наглая девица! Псевдо-жена! Серая мышь! Ругала её последними словами, омывая горячие щеки прохладной водой из-под крана. Да она никто в этой семье и фамилии этой недостойна. Как только смеет на что-то претендовать? Убогая!
Прежде чем выйти снова в зал, удалила обе смс-ки и на всякий случай выключила телефон Андрея.
- На твоем тоже села батарея, - невинно пожала плечами Кира, присаживаясь обратно за стол.
- Правда? – удивился Жданов. - Вроде ничего не предвещало.
- Бывает и так.
Заострять внимание на этой проблеме он не стал и продолжил беседу с родителями. Кира наблюдала за ними со стороны и все больше понимала, как она прекрасно вписывается в эту семью и как коряво бы смотрелась на её месте Пушкарёва. Пушкарёва! Она была и останется Пушкарёвой.
Часам к восьми Ждановы все же решили продолжить беседу дома и попросили счет. На высоком крыльце ресторана Андрей подал руку матери, помогая той спуститься.
- Спасибо, родной, - улыбнулась она, а сама взглядом зацепилась за обручальное кольцо на его руке. - Андрей? – удивленно вскинула брови Маргарита.
Жданов проследил за её взглядом, слегка замялся, но потом пожал плечами.
- Оно меня греет.
- А как Кира отреагирует?
- Она уже отреагировала, - слегка растёр левую щеку, обнял хмурую маму за плечи и повел к машине.- Не хмурьтесь, Маргарита Рудольфовна, вам это не идет. А мне вот очень идет, - он вытянул вперед руку, демонстрируя матери кольцо. - Правда?
- Андрюша, это не дело…
- Ма-ам, - сразу перебил он её. - Я же все понимаю. Дай мне немного времени, я разберусь.
Маргарита немного помолчала, вглядываясь в лицо сына, а потом потрепала его по щеке и взяла под руку.
- Я люблю Киру, как родную, и ты прекрасно это знаешь, но… Ведь она тебя не греет?
- Не греет.
- А зиму обещают холодную, - заговорщически подмигнула ему мама и села в машину.
Ощущая непонятный прилив сил, Андрей сел за руль и даже весело просигналил Кире, которая только собиралась выехать со стоянки.
Как только приехал домой, попытался дозвониться Кате с домашнего, но телефон у неё был выключен. Может, и у неё села батарея? В принципе, он мог подождать и до утра. Что хотел сказать ей, сам толком сформулировать не мог, но это явно было что-то теплое и приятное. Проснулся рано, и все с теми же теплыми мыслями о Кате. Разговор с мамой вдохновил на поступки, хотелось сделать что-нибудь для неё. Что-то приятное. По дороге на работу заехал в цветочный магазин и, не зная, какие именно цветы любит Катя, попросил собрать букет из разных. Получилось пёстро и оригинально.
На входе досматривал сны Потапкин. Андрей остановился и призадумался: чем же этот красавец всю ночь занимается, что утром вечно валится с ног? Вон, даже стоя спит. Впрочем…это не его дело.
- Рота, подъем! – громко скомандовал он. Потапкин завозился и едва не упал на ровном месте.
- Я не сплю! Я усыпляю бдительность врагов!
- Да я и не сомневался, что ты, Сергей Сергеевич. Так сразу и подумал!
- А кому букетик?
Андрей только головой покачал и вошел в здание.
На офисном этаже было шумно. Тропинкина весело болтала по сотовому, игнорируя все три стационарных телефона, а завидев начальника, приложила трубку к груди.
- Доброе утро, Андрей Палыч! А кому букетик?
- А кому звоночек? – в тон её ответил Жданов и пошел в сторону приемных.
У дверей нос к носу столкнулся с Малиновским.
- О, Палыч. Для кого икебана?
- Это самый популярный вопрос на сегодня, мой друг! На, тебе. Решил признаться в чувствах.
Ромка от его букета ловко увернулся, отошел на пару шагов и чихнул.
- Неискренние твои чувства. А то бы знал, что у меня на пыльцу аллергия.
- Учту, - кивнул Жданов и прошел мимо друга.
В приемной громко возмущалась Клочкова. Катя тоже уже пришла, правда, вела себя намного тише и выглядела уставшей.
- Андрей, - бросилась к нему Виктория, - Андрей, она хочет усесться за мой стол! Объясни ей, где её место.
Черт, он совсем забыл об этой маленькой проблеме.
- Вика, - с выражением начал он, взял её под локоток и повел в кабинет. - Тебе ведь нужна работа?
- Н-не поняла…
- Ну, работать ты здесь хочешь?
Она растерянно кивнула, а Жданов улыбнулся.
- Отлично. Тогда запомни несколько очень важных правил, родная. Во-первых, не смей кричать на Катю. Это очень важно. Во-вторых, не смей кричать с утра пораньше. Твой голос действует на меня раздражающе. В- третьих, - он распахнул пере Викой дверь подсобного помещения в своем кабинете и слегка подтолкнул Клочкову внутрь.- Запомни местонахождение своего кабинета.
- Где? – огляделась она в небольшом чуланчике. - Здесь?!
- Именно.
- Андрей! – решительно было начала Клочкова, но Жданов слушать её не стал.
- Виктория, второе правило! Тоном тише, пожалуйста, и пройдите на свое рабочее место.
- Ты хочешь меня унизить?
- Я хочу заставить тебя работать.
- Но здесь нет окна!
- Зато есть дверь! – весело улыбнулся он и закрыл эту самую дверь у неё перед носом. Выдохнул и снова вышел в приемную.
Катя уже сидела за столом и что-то быстро записывала на листок бумаги.
- Вот здесь все ваши звонки за утро. Пара встреч и пара важных звонков, вам нужно будет перезвонить, - официальным тоном отрапортовала она, не поднимая на него глаз, - Вы сейчас перезвоните или попозже?
Жданов слегка опешил от её тона, растерянно улыбнулся и забрал из её рук листок со списком дел. Бросил его на стол, а Кате протянул букет. Она скользнула по нему взглядом и вот теперь посмотрела на Андрея.
- Поставить в вазу?
- Как будет угодно, – пожал плечами он. - Это тебе.
- Отлично, - резко выхватила букет из его рук и бросила его в ведро. - Спасибо. Со звонками что делать будем? Лучше перезвоните сразу, потому что после обеда у вас масса дел.
Она обошла неподвижного от удивления Жданова, сняла с вешалки в углу свою куртку.
- Мне нужно будет отлучиться на пару часов. Это очень важно. По пути я разберусь с почтой, так что отлучку вполне можно назвать рабочей, - поправила на плече ремешок сумки и на мгновенье всё же задержала на нем взгляд,- В любом случае у вас есть еще одна секретарша. Она вам поможет.
Когда Андрей, наконец, пришел в себя и перестал гипнотизировать взглядом букет в ведре, Кати уже и след простыл. Он стоял у её стола, словно идиот, оглушенный тишиной и совершенно неподвижный, а потом рассмеялся. Покачал головой и в порыве гнева скинул со стола графин с водой. Сосуд разбился, и жидкость растеклась по полу. На шум из каморки выскочила Клочкова.
- Андрей, в чем дело?
- Убери! – гаркнул он и рванул в свой кабинет, очень громко хлопнув дверью.
Вика в свой «кабинет» так и не вернулась. Видимо, предпочла не рисковать своим здоровьем. Андрей злился и нервничал, метался по кабинету, а когда выходил, сотрудники в панике разбегались. Видимо, Клочкова уже всех предупредила, что и. о. президента сошел с ума.
Поведение Кати просто поразило. Выбило почву из-под ног и лишило возможности ровно дышать. Неужели это все из-за вчерашнего? Из-за тех слов Киры? Это же глупо! Она не дождалась его у лифта, потом выключила телефон, а сегодня выставила круглым идиотом. А ведь он так хотел сказать ей нечто важное… Например, то, что она его греет. И ещё что-то, что толком в слова не оформилось, но Мечта бы поняла. Нет, как только она придет, они все равно всё выяснят. Просто обязаны! Должно же быть объяснение этому утреннему безумию?
Когда прошла злость, напало уныние. Он заперся в своем кабинете и вытащил из шкафчика бутылку виски. Не стал заморачиваться и пил прямо из горла, получая от этого мрачное удовлетворение. Когда в приемной, наконец, раздался Катин голос, Андрей был уже изрядно пьян. Слегка пошатываясь, он вышел из кабинета. Катя отвечала на звонок, попутно снимая куртку.
- Хорошо, я обязательно передам. Всего доброго.
Заметила Андрея и упрямо вскинула подбородок.
- Очень хорошо, что вы здесь.
Она полезла в сумку и вытащила оттуда какие-то документы.
- Вот, - протянула ему листки, - Нужна ваша подпись.
Андрей не спеша взял из её рук бумаги. Буквы перед глазами расплывались, пришлось сощуриться и ухватиться за стол, чтобы не качаться из стороны в сторону.
- За-за-явление-е о расторже-ни-и бррака, - по слогам прочел он и посмотрел на Катю. - Что?!
- Там уже все заполнено, нужна только подпись, - и в глаза ему не смотрит.
- Кать, ты с ума сошла? – он даже протрезвел слегка, потому что то, что происходило, было до жути неправильно.
В приёмную вошла Кира.
- Всем добрый день.
- Здравствуйте, Кира Юрьевна, - кивнула Катя и села за стол.
- Андрюш, в чем дело?
- Что это такое? – Жданов навис над Катей, сунув ей под нос заявление о разводе.
- А вы хотели увидеть все же чек? – наконец, взглянула ему в глаза. - Или сразу заявление об увольнении?
- Катя… Какой, к черту, чек?!
Жданов был на грани нервного срыва, Кира покусывала губу, пытаясь заглянуть в бумаги в его руках, а когда увидела, не смогла сдержать счастливой улыбки.
- Вы разводитесь? Это очень правильное решение. Очень. Андрюш, подписывай.
- Да, Андрюша, подписывай, - кивнула Пушкарёва, а потом нагнулась и вытащила из ведра букет цветов, - А это вам, Кира Юрьевна. Вазы не нашлось.
- Я ничего не буду подписывать, пока ты мне не объяснишь, какого черта здесь вообще происходит! – игнорируя Воропаеву, продолжать кричать на Катю Жданов.
Она молчала. И Кира молчала, разглядывая разномастный букет цветов.
- Катя… - угрожающе начал он.
- Я могу объяснить, - подняла на него осторожный взгляд Воропаева. - Думаю, дело тут во вчерашней смс-ке. Её написала я. Впрочем, это мелочи. Решение же уже принято?
- Вы? – не поверила своим ушам Катя. - Какое право вы имели?..
- Я - имела! И не надо на меня так смотреть.
- Это подло. Я думала…
- Ты думала, что это написал он? Пусть будет так. Всё равно ты приняла верное решение. Андрюш, подписывай.
Она взяла со стола заявление и сунула Жданову в руки.
- Какие смс? - растерянно пробормотал он, окончательно теряя мысль рассуждений.
- Вчера Екатерина Валерьевна пригласила тебя отметить её назначение. Мы ужинали с твоими родителями тогда, помнишь? Я не стала тебя отвлекать и ответила на её сообщение сама. Предложила отмечать ей в одиночестве.
- Покажи, - велел он Пушкарёвой.
Она послушно вытащила из сумки телефон и протянула ему, после чего молча отвернулась к окну.
- И ты подумала, что это написал я? – удивленно вскинул брови Жданов, читая неприятный текст на экране. - Я?! Тебе?!
Она продолжала молчать.
- Это всё ерунда! – снова влезла Кира, кидая букет на стол. - Андрюш, подпиши бумаги, пока есть возможность.
- Я никогда не ограничивала его в этой возможности! – вспылила Катя, разворачиваясь и бросая на Киру гневный взгляд.
- В этом я очень сомневаюсь!
- Тихо!- прикрикнул на обеих Андрей и вздохнул. - Зато я теперь ни в чем не сомневаюсь. Значит так, девочки.
Он взял со стола многострадальный букет цветов и сунул его Кире в руки.
- Ты, родная, можешь не сомневаться теперь лишь в том, что между нами все кончено.
- Андрей…
- А ты… - он повернулся к Кате. Выглядела она потерянно. Скрепя сердце, стянул с безымянного пальца кольцо, взял её за руку и положил его ей на ладошку, - А это тебе. Можешь продать, можешь переплавить, можешь выкинуть вот в это вот окно.
Сжал её ладонь в кулак, а потом, избегая её растерянного взгляда, опустил глаза и увидел заявление. Взял ручку из органайзера и размашисто расписался.
- Это тоже тебе. Где тут мой экземплярчик? Впрочем… оставь себе, на память.
Задержал на ней взгляд всего на мгновенье дольше, но этого хватило, чтобы заметить, как стремительно наполняются её глаза слезами. Поспешил ретироваться как можно скорее. Это было сильнее его…
Этим же вечером позвонил отцу и отказался от борьбы за президентское кресло. Хватит, наборолся. Не хотелось ничего. Не каждый день же Мечту теряешь.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #15 : Июль 07, 2017, 01:18:15 »


16.

- Катюш, там Колька пришел, иди, покушай с ним. Ничего же не оставит, проглот.
Катя едва успела отвернуться к окну, чтобы папа не увидел, как она плачет.
- Пришел уже? Ну, сейчас я подойду.
Папа, как назло, не спешил уходить, прошел в комнату, дверцу шкафа подергал, не скрипит ли, а потом вообще на диван присел.
- Катюш, сегодня из банка звонили, - слегка замявшись, начал он. - Там наша очередь на кредит подошла.
- Как? – опешила она. - Сегодня какое число?
- Двадцать первое сентября же и есть.
Вот черт. Совсем забыла с этими треволнениями о кредите. Кредит им очень нужен, папе необходимо лечение оплатить в хорошей клинике. А она вот только уволиться собралась. Хорош секретарь и.о. президента без самого и.о. президента. Андрей уже неделю в «Зималетто» не появлялся, на кресло президента больше не претендовал, ходили слухи, что на звонки Малиновского и Киры он не отвечает, а только изредка созванивается с мамой. Сама Катя ему позвонить так и не решилась. Чувствовала себя ужасно виноватой, и этот факт очень тяготил. Особенно сложно было ходить на работу. Павел Олегович, временно возложивший на себя обязанности президента, хоть и относился к ней с душой, улыбался, поддерживал и дело всегда ей находил, а все равно тяжело было. В частности – из-за Киры. Та смотрела на неё волком, пару раз пыталась даже поговорить, ловила её одну в приемной и кидалась с расспросами: что у них со Ждановым да как. Катя, конечно, ей ничего не говорила, на что Воропаева злилась и кричала, что обязательно её уволит. Угрозу свою, правда, пока в исполнение не привела, но ждать Пушкарёва этого сладостного момента не хотела. Уволилась бы сама – и гордо, и красиво. Вот только о кредите совсем забыла, кто же выплачивать будет? Видимо, мысли эти у неё на лице отразились, потому что папа прокашлялся и серьезным тоном начал:
- Ты, Катерина, не волнуйся. Если чего не получается – мы до лучших времен отложим. Мне не к спеху, бегал вон как-то и еще побегаю годик-другой с этим коленом.
- Ну что ты такое говоришь? – присела рядом с отцом и голову ему на плечо положила.- Мы берем кредит сейчас. Даже завтра. Все, решено – завтра пойду и все сделаю! Правда, с работы придется отпроситься…
- Не надо отпрашиваться, - решительно покачал головой отец. - Я сам схожу, сам все сделаю, ты только документы мне оставь.
- Хорошо.
Отец поцеловал её в щеку, окончательно смутившись, и быстро вышел из комнаты. В проходе, правда, столкнулся с Зорькиным.
- Что, балбес, все слопал уже?
- Нет, вам оставил полпирожка.
- Я тебе сейчас как дам полпирожком!
Колька лихо увернулся от подзатыльника и присел рядом с Катей.
- Нервный он в последнее время. Как носорог. А ты чего такая печальная?
Катя от друга только отмахнулась.
- Неужели опять из-за Жданова своего?
- Оставь Жданова в покое.
- Да даром он мне не нужен! – возмутился Зорькин, - Я за тебя переживаю, между прочим. Ну, если плохо тебе – так помирись. Прощения попроси, в конце концов.
Катя усмехнулась.
- Ты, Андрей, меня извини, давай мириться и жениться. Так?
- Почти, - кивнул Зорькин, встал с дивана и пошел к компьютеру, - Ты чего опять все ярлыки моих игр с рабочего стола поудаляла?
Катя промолчала и лицом уткнулась в подлокотник дивана. Ну не хватает ей решимости просто взять и извиниться за то, что усомнилась, за то, что не выслушала и сразу разводиться побежала. Вспоминала своё нелепое поведение, и хотелось выть от ярости. Ну, вот что она за безмозглая курица такая? Он ведь только-только к ней потянулся, им теплее стало друг с другом, это невооруженным взглядом было заметно. А Кира… Да плевать она хотела на Киру! Их друг к другу тянет, и она, в конце концов, законная жена!.. Была.
- Ну вот как ты так могла? – покачал головой Коля, быстро щелкая мышкой у компьютера.
- Ты о ярлыках?
- Я о твоем разводе. Муж у неё был и молодой, и красивый, и богатый…
- И не любит, - мрачно продолжила она слегка приглушенным голосом.
- Ну и пусть не любит, - пожал плечами Зорькин, - Любовь вообще – дело наживное. А хорошее отношение было.
- Да сплыло.
- Угу.
Катя вздохнула и поднялась на ноги. Надо что-то делать, если она себя вот так вот будет каждый день угрызениями совести изводить – с ума сойдет.
- А знаешь, ты, наверное, прав.
- Я практически всегда прав, Пушкарёва, - рассеянно пробормотал Коля, не отрываясь от экрана. - В чем на этот раз?
- Я должна пойти и поговорить с Андреем.
Решительно кивнула, подтверждая свое же решение, и стала одеваться, пока не передумала. Надела джинсы и свитер - серенький, из институтского прошлого.
- Пойду и поговорю. И извинюсь.
- Вот и иди. Фамилию ты себе, конечно, не вернешь, но на душе полегчает.
- Фамилию я себе и не меняла.
- Нет, ну вот как ты могла? – расстроенно протянул Коля, откидываясь на спинку стула.
- А вот так. Не захотела – и не поменяла. Всё, я ушла.
И Пушкарёва действительно вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Зорькин обернулся и посмотрел ей в след.
- Я вообще-то о ярлыках.

***

Так настойчиво трезвонить в дверь может только очень противный человек. ОЧЕНЬ противный. Андрей перевернулся на другой бок и накрыл голову маленькой диванной подушкой.
- Да чтобы вас всех там…
Хрипло простонал, но с дивана все же пришлось встать. Голова гудела, а тяжелые веки отказывались подниматься, пришлось добираться до прихожей по стеночке. Пока возился с замками, с той стороны успели позвонить еще раз восемь.
- Пальцы бы отрубить тебе! – грубо выругался он и распахнул дверь.
- Я тоже рада тебя видеть, родной, - натянуто улыбнулась Кира и, не дожидаясь приглашения, шагнула в квартиру. Правда, уже в прихожей взвизгнула и остановилась. Опрокинула бутылку виски, которую Андрей вчера не потрудился забрать, и холодная жидкость пролилась ей на туфли.
- Ну вот, это была последняя, - мрачно констатировал он, вздохнул и ушел в гостиную.
- Мог бы включить мне свет! – крикнула ему вдогонку Воропаева, ответа не последовало, и она снова пошла за Андреем в комнату.
В гостиной царил настоящий хаос. Все признаки конкретного запоя – налицо. Сам Жданов перебирал бутылки, выставленные на полу вдоль дивана. Все были пусты.
- Да. Та была последняя, - покачал головой, вздохнул и снова улегся на диван.
- Андрей, ты с ума сошел? – прошептала Кира, озираясь кругом, - Ты так и будешь валяться, или мы все-таки поговорим?
- Я слушаю тебя, внимательно.
Воропаева с трудом примостилась у его ног, на краешке дивана.
- Андрей, ты должен вернуться в «Зималетто». Все эти глупости… развод, брак, ссоры и перемирия – это все в прошлом. Она сама захотела с тобой развестись, я ведь права? Да, я слегка погорячилась, но ведь моя смс-ка - не повод все бросать и бежать разводиться, даже тебя не выслушав? Я же права? Значит, дело тут в другом. Например, в том, что ты ей просто-напросто не нужен. Так бывает. Андрюш, я не хочу видеть тебя в таком состоянии. Пострадал – и будет. Послезавтра Совет, ты должен там присутствовать, я буду тебя ждать. А у нас с тобой… у нас всё наладится. Вот увидишь. Андрей, скажи мне что-нибудь. Андрюш? – она потянулась вперед и слегка потрясла его за плечо.
Он спал, отвернувшись к стенке.
- Жданов, ты неблагодарная свинья! – выкрикнула Воропаева, схватила сумку и вылетела из комнаты. Дверью в прихожей шарахнула так, что впору штукатурке обсыпаться.
- По голове себе вот так постучи, - мрачно пробубнил он, повозился, устраиваясь поудобней, и провалился в беспокойный сон.
Когда в дверь снова стали трезвонить, на улице уже успело стемнеть. Мысленно проклиная незваного гостя и клятвенно пообещав самому себе перерезать провода этой трынделке, Андрей снова накрыл голову подушкой и открывать не пошел.
Через пару минут все стихло, и Жданов даже снова стал засыпать, когда в комнате что-то грохнуло. Он подскочил на месте, ощущая, как кровь стучит в висках от столь резкого движения. А с подоконника в гостиную лихо спрыгнул Малиновский.
- Сдурел?!
- Окошки надо закрывать, Палыч, - обеспокоенно оглядывая друга, все же попытался пошутить он.
- Ненормальный - седьмой этаж!
- Двери надо открывать! – повысил голос Ромка, пытаясь пристроить на заставленном грязной посудой столике какой-то пакет. - Я вообще думал, что ты того!
- Чего?
- Того!.. самого! На звонки, знаешь ли, тоже надо отвечать!
Андрей выразительно выругался, вытащил из пакета бутылку минералки и поплелся в кухню, подальше от друга.
- Я значит, к нему в окна лезу с пакетами, а он меня вот таким словом встречает?
- Как тебя только соседи на балкон пустили?
- А я сказал, что страстно в тебя влюблен, но мы поссорились, и я хочу попросить у тебя прощения.
- Придурок, - покачал головой Жданов, обыскивая шкафчики на предмет чистой посуды. - Выставил перед соседями… черт знает кем.
- Мне надо было тебя увидеть, - пожал плечами Малиновский и сел за стол. - Палыч, ну ты чего? Я, конечно, понимаю, что законный запой раз в полгода – это как отпуск, но причины…Причины где? Чего ты раскис?
- Отстань.
- Совет послезавтра.
Андрей отчаялся найти хоть какой-нибудь чистый стакан, поэтому воду стал пить прямо из бутылки.
- Ты слышишь? - настойчиво переспросил Рома.
- Плевать, - наконец сказал он. - Плевать мне на все Советы, приветы. Не хочу я ничего, и «Зималетто» ваше мне не нужно.
- Сашке, конечно, нужнее?
- На Сашку мне тоже плевать. Хочет президентствовать – пожалуйста. Я собираю манатки, умываю руки, сматываю удочки – нужное подчеркнуть.
- Идиот, - покачал головой Малиновский. - Ты, Палыч, редкий придурок. Да Сашка «Зималетто» развалит! Что он в нашем деле понимает?
- А отцу без разницы, понимает он что-нибудь или нет. Ему же главное, чтобы президент был примерным семьянином? У Воропаева шансов больше. Я пас.
- То есть я все правильно понял – это из-за Пушкарёвой?
Жданов помолчал, покручивая в руках бутылку минералки, а потом покатил её по столу Малиновскому.
- Будешь уходить - захлопни, пожалуйста, дверь.
И скрылся в гостиной.
- Я еще вернусь, понял? – заглянул к нему Ромка напоследок, ему никто не ответил, и он ушел.
Заснуть на этот раз больше не получилось. Лежал на диване, наблюдая за тем, как в комнате постепенно стемнело, а заснуть не мог. Мыслей много в голове было – одна противнее другой. Мысль о том, что надо вернуться в «Зималетто» - правильная, но бесполезная. Он все равно сейчас не в состоянии. Мысль о том, что Сашка станет президентом – неприятная и скользкая. При таком раскладе назад он точно не вернется. Работать под руководством Воропаева? Увольте. Мысль о Кате – болезненная. Где-то там она сейчас ходит, дышит, разговаривает и, может быть, смеется, а он не в курсе. Мечта-Мечта… что ж ты так подвела-то? За ту неделю, что он провел в одиночестве, смог понять одну вещь – он Катю любит. Когда полюбил – неизвестно. Может, с первого взгляда, может, за те пять лет, пока её рядом не было, а может, за те короткие несколько дней, что они успели провести вместе. Но это неважно. Факт остается фактом. Катю он любит до безумия. А безумие, похоже, его удел. Вот так вот и состарится, глядя в потолок темной комнаты. Один.
На этот раз в дверь не позвонили, а постучали. Тихо так, но Жданов услышал и сразу поднялся с дивана. Свет в прихожей включил, открыл дверь – а там Катя.
- Привет, - робко улыбнулась она. - Прости, я без предупреждения. Ты не отвечаешь на звонки.
Андрей продолжал молчать, разглядывая её.
- Я звонила… раз пять, – несмело продолжила она. - Ты не появляешься в «Зималетто», я волновалась, - его молчание начинало пугать. - Там внизу…я спрашивала у консьержа, квартиру ты не покидал, и я, если честно, окончательно испугалась.
Смотрели друг на друга с минуту пристально, а потом Катя вздохнула и улыбнулась.
- Впрочем, я убедилась, что с тобой все в порядке. Пойду…
- Подожди! – спохватился Жданов. - Подожди… Прости. Проходи, конечно. Я просто…
Катя шагнула в квартиру. Бардак, который он успел здесь устроить, показался ему втройне безобразным.
- Прости, тут бардак. Я не открывал дверь домработнице.
Катя снова улыбнулась и промолчала.
- Я сейчас, ты проходи, присядь… куда-нибудь.
Неловко махнул в сторону гостиной и скрылся в ванной. Надо было хоть немного привести себя в порядок, видок у него сейчас завидный, да и холодный душ остудит голову и даст возможность здраво рассуждать. Зачем она пришла? Такая спокойная и смущенная. Явно не скандалить и выяснять отношения. Неужели правда волновалась? Эта мысль приятно грела.
Когда он вышел из душа, Кати в гостиной не нашел, так же, как и грязной посуды на столике, а еще пустых бутылок на полу у дивана и разбросанных по комнате вещей. Пушкарёву он нашел на кухне, она с недоумением разглядывала полуфабрикаты в коробочках, которые ему сегодня Ромка притащил. Увидела Андрея и продемонстрировала ему коробку.
- Ты всегда этим питаешься?
- Нет, когда Малиновский притащит.
- Я с содроганием вспоминаю, как Коля в Питере вот такую ерунду каждый день домой таскал, - она запнулась и скорее добавила. - Коля – это мой друг. Мы вместе учились.
- Я помню,- улыбнулся Жданов и сел за стол.
Катя еще немного помялась у холодильника.
- Ты прости, я тут похозяйничала. Я подумала, что в этом не будет никакого криминала, если я немного приберусь.
- Сегодня Кира приходила. Возмущалась чему-то, чего-то требовала… А вот прибраться или спросить, голодный ли я - ей в голову не пришло. Вот этот контраст меня и пугает.
- Пугает?
- Ну да, - невозмутимо кивнул Андрей. Холодный душ не просто взбодрил, он расставил все по своим местам в его голове. - Кать, мне кажется, я тебя люблю.
Она посмотрела на него не с удивлением, а скорее, с жалостью.
- Андрей, ты ошибаешься. Это не любовь.
- Правда? А что же?
- Ну… Влюбленность – это максимум, - она достала из холодильника овощи и стала резать салат.
Жданов наблюдал за ней с интересом. Да-а, ТАК на его признание в любви еще ни одна женщина не реагировала. «Прости, дорогой, тебе показалось».
- Нет, Кать. Люблю, - он ловко перехватил её за руку, осторожно забрал у неё нож и отложил его в сторону, а Катю потянул к себе и усадил на колени. - Зачем ты пришла?
- Я волновалась, - глядя куда-то ему в плечо, тихо сказала она.
- А развелась зачем?
- Андрей… - она попыталась встать, но Жданов её удержал.
- Ну, скажи. Мне эта мысль покоя не дает.
- Отпусти меня, сейчас вся вода в кастрюле выкипит.
Жданов послушно ослабил хватку, и Катя поднялась на ноги.
Примерно через полчаса они уже ужинали пельменями и салатом из помидоров и огурцов. Молчали оба. Андрей думал о том, как бы ей объяснить, что он её действительно любит, а Катя - сварить кофе или Жданов чай пьет?
- То есть ты мне не веришь?
- Нет,- покачала головой она.
- А сама что ко мне чувствуешь?
Катя продолжала ковырять вилкой в салате и молчала.
- Совсем ничего?
- Поздно уже, мне пора домой, - поднялась из-за стола, собрала грязную посуду, включила воду, чтобы помыть, но Жданов её остановил.
- Оставь. У меня посудомоечная машина есть, я сам справлюсь.
Пушкарёва возражать не стала и вышла в прихожую. Андрей пошел за ней.
- Ты мне не ответишь?
- Нет, - сказала она, надевая кроссовки.
- Потому что не знаешь?
- Потому что это не твое дело. Ты лучше собирайся с силами, послезавтра совет, Павел Олегович тебя ждет. Ты ему нужен.
- А тебе?
- Андрей! – разозлилась Катя.
Он усмехнулся и пожал плечами.
- Ладно, не отвечай. Ты еще придешь?
- Я не знаю, - Катя открыла дверь. - Пожалуйста, больше не пей.
Он ничего не ответил, и она ушла.
Домой заходила с тяжелым сердцем. Он ей в любви признался, и даже сам, наверное, считает, что искренне. Только Катя понимала, что любовь ему только кажется. Невозможно её любить вот такую.
На кухне горел свет, значит, родители ещё не спят. Помыла руки и направилась прямиком к ним. За столом сидела мама и прижимала ладони к раскрасневшимся щекам, а папа нависал над ней, бледный, как полотно. В руке он держал Катин паспорт.

Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #16 : Июль 07, 2017, 01:33:33 »

17.

Катя держалась и не плакала, когда папа кричал на неё на кухне, когда потащил за руку в комнату, открыл сумку и стал как попало швырять туда её вещи, когда прибежала мама, стала рыдать и хватать отца за руки, и когда он скинул сдуру вазу со столика – тоже не плакала.
- Куда ты её гонишь? На дворе ночь! Это же наша дочь, Валера! – кричала мама, пытаясь забрать у отца сумку.
- Нет! Она не Пушкарёва! А значит – не моя дочь!
Мама ахнула, а Катя, наконец, перестала сдерживаться и разрыдалась. Папа бросил сумку на пол и вышел из комнаты, правда, тут же вернулся, грозно тряся кулаком.
- Не моя! – повторил он и снова вышел.
Мама, видимо, плакать устала, поэтому просто причитала что-то наподобие «что ж творится-то», а у Пушкарёвой, которая совсем и не Пушкарёва, началась настоящая истерика. Хотелось сделать что-нибудь такое, чтобы полегчало. Она схватила сумку, затолкала туда остатки вещей с полки, потом побросала какие-то документы из ящичка стола. Сверху упало свидетельство о расторжении брака, которое она с таким усердием заполучила, отвалив за него приличную сумму в ЗАГСе. Деньги пришлось занять у Коли. Он, правда, собирал на машину, но такими темпами он мог собирать еще лет двадцать, а Кате нужен был развод здесь и сейчас. Немедленно. Друг одолжил ей все свои сбережения, и Катя стала счастливой разведенкой, как она сама думала. Теперь, глядя на это свидетельство, ей захотелось разрыдаться ещё горше.
- Замуж вышла! Без родительского благословления! Тайно! – кричал папа на кухне.
Мама побежала его успокаивать, а Катя, собрав остатки вещей и мужества, кинулась в прихожую.
- Ещё и развелась! Опозорила фамилию, негодница!
- Валера, она сейчас уйдет!
- Пусть! Видеть её в этом доме не могу!
- И не увидишь! – в сердцах выкрикнула Катя и выбежала из дома.
Запала злости хватило ненадолго. Добежав до соседнего квартала, она запыхалась и присела на остановку. На улице темно и холодно. Что делать дальше – не знала. Попроситься пожить к Коле – это значит пойти у отца на поводу. Он ведь именно поэтому с такой легкостью выставил её из дома, подумал – куда она денется? В соседний подъезд к единственному другу? Далеко не уйдет.
Этого Катя допустить не могла. Но больше идти было некуда. Разве что…

Андрей кое-как привел гостиную в более-менее божеский вид и устало плюхнулся на диван. Как вообще с этим справляться можно? Устал зверски, а по сути-то только мусор по поверхностям собрал. Звонок в дверь его застал в душе. Бежать, спотыкаясь, к двери он не стал, поэтому спокойно домылся, даже на кухню успел заглянуть, в поисках чего-нибудь съедобного, а трезвонить ещё не перестали.
- Вот же народ… У меня что, приемный день сегодня?
Когда на пороге собственной квартиры увидел зареванную Катю с сумкой наперевес, стало не по себе. Завел её в комнату, усадил на диван, воды принес, а она все всхлипывала.
- Что случилось? Почему так поздно? Почему с вещами?
Как об стенку горох. Молчит.
- Что-то с родителями?
Всхлипнула особо надрывно, а потом вообще спрятала лицо в ладонях и разревелась.
- Катя! – не на шутку испугался Жданов. Вскочил на ноги, а сам не знал, что делать. Плачущая женщина для него - это катастрофа. Плачущая ЛЮБИМАЯ женщина – апокалипсис.
- Родная, ну ты чего? А ну-ка перестань. Перестань. Мечта, прекрати, - присел рядом с ней, отнял ладони от лица, обнял и стал спокойно поглаживать по спине.
- Он меня ненавидит.
- Кто?
- Папа! – глухо протянула она, уткнувшись ему в плечо.
Так, значит, все-таки родители. От души отлегло, что с ней самой ничего не случилось, Андрей даже чувствовать себя стал увереннее. Сам он с родителями ругался кучу раз, так что это все не смертельно.
- Неправда. Любит. Тебя невозможно не любить.
Катя его заверениями не прониклась, плакала. Мама всегда говорила, что когда она плачет, ей становится легче, может, и Кате полегчает? Поэтому перестал терзать её вопросами, просто был рядом, тихо поглаживал её по спине до тех пор, пока дыхание не выровнялось и она не уснула.
***
Проснуться в объятиях Андрея было не только странно, но и безумно приятно. Она уснула прямо у него на плече, сидя на диване, зареванная и усталая, а он даже не пошевелился ни разу, чтобы её не разбудить. Спала не меньше двух часов, точно. Действительно, взглянула на часы на запястье – второй час ночи. Бедный, у него, наверное, все тело затекло. Осторожно провела рукой по его волосам, поправила ворот футболки. От мысли, что этот мужчина действительно может её любить, все внутри переворачивалось.
«Такой красивый? Меня?».
Сама себя поругала за такие мысли. Уже давно пора было распрощаться с глупыми комплексами. Может! И любит! Наверное… Может, спросить? Вот прям сейчас, чтобы уж никаких сомнений.
Осторожно коснулась его щеки рукой, он завозился, но не проснулся, и вместо того чтобы разбудить Андрея, Катя потянулась и поцеловала его. Коснулась губами его губ, почти мгновенно ощутив, что он дернулся и проснулся, но открыть глаза побоялась. Он не отвечал ей всего каких-то пару секунд, а потом обнял так крепко, что даже дыхание перехватило, и осторожно уложил её на диван.
Поняла, что сделала глупость, почти сразу. Во-первых, с бурей незнакомых ощущений было сложно совладать, а во-вторых, сложно было не только ей. О чём она думала, когда стала его целовать? Явно не о том, что двое взрослых людей, испытывающих друг к другу определенные чувства, вполне могут позволить себе продолжение. Может, кто-то и может… Но не Катя! Когда Андрей стал задирать ей свитер, она испугалась окончательно. Завозилась и с трудом из-под него вылезла, едва не упала, споткнувшись о ковер.
- Прости. Прости… мне надо… - что именно «надо», не сказала и вылетела из комнаты.
Закрылась в ванной и уставилась на своё отражение в зеркале. Губы красные, глаза горят… Мамочки. Страшно-то как. Почему-то была уверена, что её небольшая неопытность Жданова не обрадует. Хотя небольшая, это мягко сказано. АБСОЛЮТНАЯ. Ну а как по-другому? С Денисом после той истории они даже не разговаривали ни разу, а потом в её жизни Андрей мелькнул, и уж после него она точно ни о ком думать не могла. Хотя даже себе не признавалась в этом. Вот и получилось, что в свои почти двадцать четыре года сексуального опыта она имела ноль целых ноль десятых.
- А чего целоваться лезешь?
Бедный Андрей. Что он подумал?..

Ну и что это было? Нет, ну такое пробуждение! Он даже сразу не сообразил, что это Мечта рядом с ним, и это не сон. А когда сообразил – перестал отдавать себе отчет. Ну не железный же он, в конце концов! А Катька такая приятная, такая любимая… Заснула у него под боком, такая уютная, что самого в сон потянуло. А потом и поцеловала. А потом убежала!
Ну что он сделал не так? Не могла же она, взрослая женщина, рассчитывать, что поцелуем все и закончится? А если не хотела продолжения, то зачем вообще к нему полезла? Голова кругом.
Катя вышла из ванной минут через пятнадцать и как ни в чем не бывало предложила ему чай.
- Не хочу, - наверное, слишком резко отозвался он. - Я в душ.
Вышёл, намеренно задев её плечом. Мысли в порядок не приходили, все путалось в голове, и все Катины поступки казались все менее и менее разумными. Когда он вышел из ванной, Пушкарёва вопреки его отказу всё же налила ему чай. Сама тоже сидела за столом.
- Что с родителями произошло, ты мне расскажешь? – попытался найти отвлеченную тему Жданов, усаживаясь.
- Папа узнал, что я замужем, - охотно рассказала она.
- Правда? И?
- Не обрадовался. Сказал, что я негодница и не-дочь.
- Всё на «не»?
- Именно. И выгнал из дому.
Андрей помолчал, слегка покусывая губу, а потом пожал плечами.
- Сходим к грозному папе. Расскажем все как есть.
- Как есть? – удивленно переспросила Катя, - Думаешь, тот факт, что я выскочила замуж за едва знакомого мне человека, его должен успокоить?
- Тогда придумаем что-нибудь ещё.
- Не надо ничего придумывать, Андрей. Просто нужно подождать. Пусть остынет.
- Ну, пускай остывает, - без особого энтузиазма сказал он.
И оба неловко замолчали. Катя его задумчивость расценила по-своему. Он злится. Ну ещё бы, Пушкарёва!
- Андрей, там, в гостиной… - неловко начала она.
- Что?
Точно злится.
- Прости. Я не должна была. Просто… так вышло.
- Как?
- Андрюш, - Катя протянула к нему руку, хотела дотронуться, только Жданов отшатнулся.
- Не надо, Кать. Я уже ничего не понимаю.
- Всё дело в том, - снова неловко замолчала.
- Да в чем же? – вспылил Андрей, - Кать, я дарю тебе цветы – ты со мной разводишься, я признаюсь тебе в любви – ты меня переубеждаешь, говоришь, что это не любовь вовсе, ты меня целуешь САМА – а потом сбегаешь! Ну, логика – это же наше всё, да? Послушай, Мечта… Я устал.
Пушкарёва выслушала его пламенную речь и поняла - он действительно устал. Ведь со стороны она так и выглядит – неразумной дурочкой. Но все же на самом деле не так! Ему обязательно надо это объяснить. Прежде чем успела сама себя остановить, Катя потянулась к нему и снова поцеловала. Правда, он сразу отстранился.
- Не надо.
Только она его не послушала, уверенно потянула за собой в сторону спальни, не прекращая поцелуй. Когда именно она забыла, что должна ему доказать, что её поступкам есть оправдание (как минимум последнему!), сейчас и не вспомнить. Слишком боялась, наверное. И напрасно.
Боль была резкой, но недолгой. А может, это она перестала её ощущать, потому что рядом был Андрей. Надежный, ласковый и любящий. Правда, смущение никуда деть не удалось, поэтому, как только появилась возможность, Катя сбежала. Завернулась в простыню и юркнула в ванну. Видела, что он ей сказать что-то хочет, но смотреть на него сил не было. Куда только вся решимость подевалась? Закрыла за собой дверь и уткнулась в неё лбом.
Почему-то сейчас вдруг показалось, что сказать он ей хотел… В общем, ничего хорошего не хотел. Ещё и обвинит, что она специально. Так и скажет: «Ты специально!». Сама же и рассмеялась, представив подобную картину.
Но на душе не полегчало. Поэтому вышла из ванной и сразу спряталась на кухне, выждала, когда сам Жданов зайдет в ванную, села за стол и стала думать, что же делать. Наверное, надо извиниться. Ну, точно! За свое поведение, и за то...
«И за то, что он стал твоим первым мужчиной. Да?»
Вот уж действительно дура.
Когда Андрей зашел на кухню, Катя так и не решила, что говорить, и стоит ли вообще разговаривать? Поэтому решила, чтобы уж наверняка, говорить много.
- Андрей, - подскочила она к нему, кутаясь в большой, не по размеру халат. - Ты меня прости. Я должна была... что-то должна была сказать. Доказать? Тут вообще все дело знаешь в чем!
Её пылкая речь была бессовестно прервана поцелуем. Андрей её даже над землей приподнял.
- Знаешь что, Катька? Ты самая замечательная, самая желанная моя Мечта. И я просто дурею от того, что ты сбываешься.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 899


« Ответ #17 : Июль 07, 2017, 01:59:08 »

18.

Кира никогда не чувствовала себя более одинокой, чем сейчас. До неё не было дела абсолютно никому. Даже верная подруга Вика -  и та сегодня ушла на свидание.
Маргарита не звонила, Андрей и подавно. Он вообще, кажется, забыл о её существовании. Она даже сама к нему пришла, только оказалось, что её присутствие его только тяготит и вообще он хочет спать. Стало очень обидно. Дома Кира в одиночестве выпила половину бутылки вина, чувствовала, как пьянеет и получала от этого мрачное удовлетворение, хотя и понимала, что хуже делает только себе.
Утром болела голова, хотелось пить и совсем не хотелось жить. Позвонила Андрею, он не взял неё трубку, в «Зималетто» её никто не ждал, по крайней мере, на полуторачасовое опоздание никто не обратил внимания. Она вошла в свой кабинет, закрыла дверь и малодушно расплакалась. Совсем одна. Совсем. Даже Сашка, и тот про неё забыл, усиленно выполнял волю Ждановых и таскал свою предполагаемую жену по всем светским раутам. Инна Кире нравилась, она была спокойной и кроткой и Сашку любила. Правда, Воропаева свою симпатию будущей жене брата не демонстрировала. Ограничивалась коротким кивком при встрече. Сашка злился. Он, похоже, всерьез этой Инной увлекся. Где только такую нашел?
Размышляя о своей печальной участи, Кира уехала с работы и забрела в ювелирный магазин неподалеку от офиса. Красивые украшения всегда её успокаивали, и уж если ей их некому дарить, решила побаловать себя сама. Пока разглядывала золотой браслет с мелкой изумрудной крошкой, в магазин вошла парочка. Голоса показались до боли знакомыми, Кира развернулась и увидела Андрея и Катю. Оба были неприлично счастливые, дурачились, словно дети, и не сдерживали открытых улыбок. Её они не заметили, сразу прошли к прилавку с обручальными кольцами.
- У нас и так есть! – услышала она голос Кати.
- Те несчастливые. Мы из-за них развелись.
- Из-за них? – усмехнулась Катя.
- Из-за них. И из-за тебя немножко, - веселился Жданов, за что получил ощутимый толчок в бок, - Девушка, покажите нам вот эти.
Кира смотрела на них как завороженная. Они ей показались невероятно гармоничной парой. Такие родные и уютные… Вроде Андрей понимает её с полуслова, а иногда и с полувзгляда, читает её улыбки, жесты, мимику. А она принимает его заботу с такой легкостью, но при этом смотрит так, как ему нравится. Молчит, даже когда он задает ей вопрос, тем самым позволяя ему самому принимать решения. Она наблюдала за ними минут двадцать, не отрываясь. Ни Катя, ни Андрей её не заметили, были увлечены своей покупкой, в итоге выбрали обручальные кольца и довольные покинули помещение магазина, обсуждая, куда сходить пообедать.
- Девушка, вы браслет брать будете?
Кира вздрогнула и будто очнулась. Растерянно посмотрела на продавца, потом на браслет в своих руках.
- Да. Возьму.
Девушка стала упаковывать покупку, а Кира попыталась высмотреть в толпе из окна Катю и Жданова. Не смогла.
Они женятся. Они снова женятся, как будто и не происходило между ними никакой размолвки. А она, Кира, снова за бортом. Ощущала себя просто отвратительно. Лишняя. Ненужная. Забытая. Шла по улице, рассматривая свою покупку, и плакала. Остановилась на набережной, подошла к ограде моста. Паренек, стоявший неподалеку, покосился на неё, заметил золотой отблеск украшения в безалаберно опущенной руке и в мгновение ока оказался рядом, выхватил из рук Киры браслет и убежал.
Правда, недалеко. Обернулся, чтобы понять, почему дамочка не пищит и не зовет на помощь, и с удивлением понял, что она вовсе не заметила его махинации. Стоит и смотрит на реку. И ревет. А потом вообще, кажется, собралась прыгать, по крайней мере, через перила уже лезть собралась.
-Эй-эй-эй! – он бросился к ней, схватил поперек талии и потащил обратно на твердую землю. Пока тащил, выронил браслет, он упал в воду и мгновенно потонул.- Сдурела?!
Девушка посмотрела на него с интересом и шмыгнула носом.
- Вы кто?
- Игорь, - растерялся парень и перестал удерживать её за талию. - А вы?
- Кира. Вы украли мой браслет?
Игорь замялся и зачем-то глянул вниз на реку.
- Он вам понравился?
- Я его уронил.
- Естественно, он же не ваш, - новая знакомая Кира усмехнулась. - Знаете, с людьми точно так же. Если человек не ваш, вы обязательно его потеряете.
- Вы кого-то потеряли?
- Да.
- И по такому поводу решили прыгнуть с моста?
Кира неоднозначно пожала плечами.
- Я просто устала. И хочу замуж.
От такой резкой смены темы Игорь слегка опешил.
- Возьмете меня замуж? – прищурилась она.
Игорь усмехнулся и прокашлялся.
- Шутите?
- Нет.
- Возьму.
Воропаева удивленно вскинула брови и несмело улыбнулась.
- Может, тогда на «ты»? …
***
Павел Олегович допил кофе и откинулся на спинку кресла. За окном моросил мелкий дождь, смазывая очертания за окном.
- Позвони ему.
Маргарита забрала из рук мужа пустую чашку, поставила на столик, а сама присела напротив.
- Я ясно выразился. Не буду звонить. Завтра Совет, и он придет.
- Он не придет, ты что, сына своего не знаешь?
Жданов молчал. Тогда Марго пожала плечами и поднялась на ноги.
- Хорошо, я сама поеду. Скажу, что от твоего имени.
- Даже не вздумай! – тут же вскочил Павел, правда, и сам слегка засмущался от своего резкого тона. - Я сам.
И вышел из гостиной. Маргарита довольно улыбнулась.
К сыну домой Павел Олегович заезжал не часто. Пару раз гостил с Маргаритой, а так, чтобы один – вообще не припомнить. Тем не менее, сейчас это было необходимо. В прихожей горел свет, поэтому дверь ему открыли быстро. И открыла Катя. Удивлены были оба.
- Добрый вечер, Катя, - первым опомнился Жданов.
- Здравствуйте, - кивнула она и размотала шарф на шее.
Кажется, они только вернулись с прогулки.
- А Андрей?..
- Ну чего ты там копаешься, Катька? – услышал он голос сына. - Шнурки развязать не можешь, что ли?..
Андрей появился в дверях и запнулся, увидев отца.
- Пап?
- Проходите, Павел Олегович, - спохватилась Пушкарёва и отступила, пропуская Жданова в квартиру. - Я сделаю чай.
Катя скрылась в кухне, а Андрей провел отца в гостиную.
- Вы снова вместе?
- Да, - довольно улыбнулся он. - Теперь уж точно навсегда.
- А как же развод?
- Мы подадим заявление снова. Сегодня.
- К чему такая спешка? - удивился Павел Олегович, присаживаясь на диван.
- Нам нравится сегодняшняя дата. Двадцать второе сентября – ровно пять лет нашему первому браку.
Андрей улыбался и вовсе не казался потерянным и разбитым. А ведь именно таким его описывала Маргарита – мальчик отказался от дела всей своей жизни, наверняка у него депрессия.
- У тебя всё в порядке?
- Да,- как ни в чём не бывало, кивнул он. - Ты голодный?
- Нет, я не голоден. Андрей, завтра Совет. Собственно, поэтому я сегодня здесь. Скажи мне сразу, тебя стоит ждать или нет?
Кажется, он слегка сник.
- Пап, я категорически против вашего условия. Это бред, сумасшествие. Жениться наперегонки, чтобы стать руководителем модного дома? Мы же не брачным агентством владеем, чтобы демонстрировать навык.
- Но ведь ты собрался жениться.
- Это здесь совершенно ни при чем. Мое решение никак не связано с вашим условием. Просто я люблю Катю и хочу быть с ней.
Павел прищурился, разглядывая сына. В комнату вошла Пушкарёва, принесла чай. Выглядела слегка встревоженной, ей явно было интересно, о чем разговор. Но в гостиной она задерживаться не стала, поставила перед мужчинами чашки с чаем и ушла на кухню.
- Я правда её люблю, – повторил Андрей, - и ни за что не допущу, чтобы она решила, что наша с ней свадьба хоть как-то приурочена к этому Совету.
Павел продолжал задумчиво молчать, взял в руки чашку с чаем и сделал небольшой глоток, а потом поднялся на ноги.
- Я всё понял. Мне, пожалуй, пора.
Андрей встал вслед за отцом.
- Пап, только не держи на меня зла.
- За что? – искренне удивился он, а потом улыбнулся и похлопал сына по плечу, - Я тобой горжусь.

***

Александр Воропаев откровенно нервничал. Сегодня Совет, сегодня решается его судьба. Напротив сидит Андрей – его основной соперник, удивительно умиротворённый и спокойный, копается в телефоне и чему-то улыбается. Павел и Маргарита что-то обсуждают с Милко, смеются и тоже совсем не выглядят взволнованными. То есть кандидатура президента никого не волнует так, как его? Жалко, Инны рядом нет… Испугался собственных мыслей и даже в кресле поерзал, огляделся, как будто кто-то мог услышать его мысли. Инна – только инструмент, который поможет ему возглавить компанию. Как только он более-менее уверенно встанет на ноги на посту президента, они обязательно разведутся. И эта его глупая привязанность пройдет…
В зал вошли Кира и Рома Малиновский – эти тоже смеются. Что же за день сегодня такой?
- Всем добрый день! – радостно улыбнулась сестра, села рядом с Маргаритой и сразу стала что-то шептать той на ухо.
Малиновский, по обыкновению, сел по правую руку от Андрея и заглянул тому в телефон. Тот шутливо закрыл рукой экран, но потом показал Роме что-то, и Малиновский удивленно протянул: «Ооо».
- Так, ну что, начнем? – обвел взглядом присутствующих Павел.
Маргарита и Кира сразу перестал шептаться и внимательно уставились на Жданова. Рома и Андрей тоже. И все улыбаются, чёрт побери!
- Итак, кандидатуры у нас было две. Андрей и Александр.
- Помнится, Жданов с дистанции сошёл, - усмехнулся Воропаев.
- Как сошел, так и вернулся.
- Упросили?
- Меня хотя бы просили. А вот отказался бы ты – отряд бы и не заметил потери бойца.
- Прекратите, мальчики! – строго приказала им Маргарита.
Александр насмешливо фыркнул и отвернулся. Павел продолжил:
- Я долго думал, тщательно взвешивал своё решение. Признаюсь, у меня были сомнения. Вы молодые, горячие, вам не хочется стабильности, вы хотите всего, много и сразу, а последствия вас не интересуют.
- Витиевато вы изъясняетесь, Пал Олегыч, - вежливо перебил его Сашка.
- Ты прав. Ближе к делу, - Жданов раскрыл черную папку, что лежала перед ним на столе, и вытащил оттуда стопку листов, - Это документы о назначении. Кира, будь добра, раздай каждому по экземпляру.
Кира взяла бумаги и быстро раздала акционерам. Сама села за стол, вчитываясь в свой экземпляр.
- Неужели?.. – усмехнулась она и подняла взгляд на Жданова-старшего.
- По-моему, самое верное решение, - ласково улыбнулась мужу Маргарита.
- Я против! – решительно вскочил с места Александр.
А Андрей вообще рассмеялся, кинул документ на стол.
- Ерунда какая-то.
- Решение принято и обсуждению не подлежит, - Павел поднялся с места и стал собирать документы в папку. - Поздравляю вас, мальчики.
- Пап… пап, послушай, - бросился за ним следом Андрей. - Мы не можем… Мы не сможем!
- Мы с Юрой смогли в своё время, и вы сможете.
- Но мы - не вы!
- Очень тонкое замечание, - из конференц-зала вышел Милко, - Боже мой, эти двое свЕдут с Ума бедного Милко. Слишком много тИранов на квадратный метр. Бедный Милко.
- Павел Олегович, - Саша решительно его обогнал и встал перед ним, - Павел Олегович, послушайте. Мы с Андреем не сможем руководить компанией вместе!
- Согласен, - кивнул Андрей.
- Вот видите,- улыбнулась Маргарита. - Вы уже принимаете совместные решения. И это только начало.
- Мама, твоя ирония неуместна!
- Пал Олегыч, а как же свадьба? – настаивал Сашка и выглядел при этом совсем потерянным.
- Чья?
- Ну моя же! Ваше условие – я же женюсь!
- И я искренне тебя поздравляю, Александр. Инна – замечательная девушка, она нам очень понравилась. И разве нарушил я наше условие? Ты президент.
- Пап! – решительно вскинул вперед ладонь Андрей, - Мы не сможем руководить компанией вместе, мы друг друга не перевариваем!
- И у вас есть отличная возможность это исправить.
- Мы будем ругаться! – настаивал Сашка.
- В споре рождается истина.
- Мы никогда не придем к единому мнению! – переглянувшись с Сашей, нашел новый аргумент Андрей.
- А сейчас вы на удивление солидарны, - усмехнулся Павел, обошел мальчиков и вышел из приемной.
- Пап!
- Пал Олегович! – понеслись ему вдогонку два возмущенных оклика.
Сашка и Жданов остались в приемной вдвоем, недовольно переглянулись.
- Чего ты вылупился?
- А ты?
- В кабинете президента буду сидеть я, - недовольно пробурчал Андрей.
- Ну и пожалуйста. Я займу конференц-зал.
- А что же не зал для показов?
- Если так будет угодно второму президенту…
- Второй – ты!
- Нет, ты!
У них всё получится…

***

Месяц спустя.
Два президента придирчиво осматривали убранство зала в ресторане. Две невесты, на удивление быстро нашедшие общий язык, листали меню и смеялись, с трудом читая замысловатые названия блюд.
Завтра здесь пройдет две свадьбы двух президентов, отказавшихся уступить друг другу ресторан, который единодушно (уж не намеренно ли??) выбрали невесты для торжества. Это будет знаменательное событие – два завидных жениха, два успешных президента модного дома «Зималетто», к тому же два отъявленных холостяка завтра будут окольцованы. Настоящее событие! Ажиотаж в прессе был нешуточный.
Впрочем, ни женихам, ни невестам до этого дела не было. У них на повестке дня обсуждались более важные вопросы. Кто первым войдет в зал, чьи гости будут сидеть справа, чьи слева (а чьи сидеть вообще не будут, потому что их вообще приглашать не надо!). Споров было много, в основном, уступать друг другу не хотели два президента. Впрочем, в таких случаях компромисс находили невесты. Обошлось без жертв.

                                                               *   *   *

На следующее утро Катя проснулась очень рано. За окном ещё было темно, Андрей спал рядом, обняв подушку. Она осторожно коснулась его волос, улыбнулась и встала с постели. Сегодня её свадьба. Настоящая…
С утра запланировано столько всего: примерка, причёска, макияж, всевозможные процедуры в салоне красоты... К вечеру она будет валиться с ног, а не радоваться собственному празднику. Поэтому, пользуясь моментом, она вышла на балкон, наслаждаясь утренней тишиной. Сегодня такой оглушающей тишины она больше не услышит. Разве что грохнется в обморок от перенапряжения.
Да, радоваться на полную катушку у неё не получалось. На душе было тяжело от одной мысли об отце. Они так и не помирились. Хотя Катя и старалась: звонила, приходила к нему и одна, и с Андреем. Отец разговаривать не желал.
На улице понемногу светало. Катя решила выйти прогуляться. Надела спортивный костюм, пожалела, что у них нет собаки – взяла бы сейчас с собой озорного щенка на прогулку, настроение бы вмиг поднялось. Гуляла, кутаясь в тонкую ветровку, и размышляла о том, как пройдет сегодняшний день. Инна тоже наверняка нервничает, хотя они и договорились вчера – держать лицо. Там же будет столько народа, столько важных и не очень людей, и приветливых, и агрессивно настроенных, плюс пресса… Хотя пресса – это, скорее, минус. Нет, она определенно что-нибудь натворит. Споткнётся о подол собственного платья и опрокинет официанта вместе с подносом или ещё чего…
За мрачными раздумьями сама не заметила, как подошла к своему подъезду. На автопилоте, наверное.
На скамейке кто-то сидел. Катя пригляделась - да это же папа. В домашних спортивных штанах и белой майке. Холодно же!
- Пап, ты чего здесь сидишь? Замерзнешь!
Валерий Сергеевич вздрогнул и удивленно уставился на собственную дочь.
- Катя?
Ах, да… Они же не разговаривают.
Катя присела рядом с отцом. Оба неловко молчали и смотрели себе под ноги.
- А у меня сегодня свадьба.
- Я знаю, - печально усмехнулся Валерий Сергеевич, - И мне там места нет. Сам виноват, старый дурень.
- Папочка, - Катя развернулась к нему лицом и взяла его за руку.
Замерз совсем. Все нужные слова позабыла, хотя прокручивала их в голове сотню раз, казалось, ночью разбуди - расскажет. А сейчас.
Отец улыбнулся и обнял её.
- Прости дуру, - облегченно выдохнула она ему в плечо.
- Вот уж… Вся в меня.

***

Эпилог.

Год спустя.
- Кать, а глаза?
- А что глаза?
- Ну, на кого похожи?
- Глаза на кого похожи?
- Ну да! Карие?
- Карие.
- Как у тебя или как у меня?
- Андрей…
- Ну, скажи.
- Как у Ромы Малиновского.
- Кать!
- Прости, Андрюш, я просто устала и хочу спать.
- Всё-всё, последний вопрос! – взволнованно затараторил он в трубку. - Кать, а нос?
- Жданов…
- Ну, я очень переживал за её нос! Девочке не нужен такой нос, как у меня.
- У неё самый красивый нос на планете, я тебе ответственно заявляю. Ты над именем подумай лучше.
- А я уже подумал. Помнишь ту официантку, на которую ты опрокинула поднос с закусками на нашей свадьбе? Я пока извинялся, пообещал назвать дочку в её честь.
- Правда? И как же звали бедную девушку?
- Лиля. Как тебе?
- Нам нравится.
Родители довольно замолчали, смакуя имя дочки. Жданова Лилия Андреевна? Кажется, звучит.
В общем, Кате так и не удалось в этот день выспаться. Звонили ей целый день: то родители, то Андрей, потом Воропаевы, потом опять Андрей, затем крёстный Малиновский – четыре раза, и снова Жданов. И все просили дать трубку малышке, Катя послушно подносила трубку, и Лилия Андреевна усердно в неё дышала. Взрослые умилялись, а Катя в итоге после контрольного (одиннадцатого!) звонка Зорькина телефон отключила.
- Мы спать хотим, а они не понимают. Не так ли?
Лиля смотрела на маму очень серьёзно, как будто соглашалась и ругала неразумных взрослых вместе с ней.
В палату заглянула медсестра.
- Екатерина Валерьевна, тут вас, - она протянула ей свой мобильный и шёпотом добавила.- Муж. Говорит, у вас выключен телефон, он очень переживает.
Катя рассмеялась.
- Лиль, у нас сумасшедший папа. Просто чокнутый. И как же мы его за это любим.

                                                                    Конец.



Записан
Страниц: [1]
  Отправить эту тему  |  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by SMF 1.1.11 | SMF © 2006-2009, Simple Machines LLC
При использовании любых материалов сайта активная ссылка на www.psygizn.org обязательна.
Модификация форума выполнена CMSart Studio

Sitemap