Декабрь 13, 2017, 10:22:01
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Страниц: [1]
  Отправить эту тему  |  Печать  
Автор Тема: Я сошла с ума, о мальчик странный…  (Прочитано 122 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« : Ноябрь 23, 2017, 01:35:55 »

Автор: Я-любимая

Рейтинг:  R

Пейринг:  Катя/Андрей

Жанр:      романтическая мелодрама

Герои:    герои сериала «НРК»,  все основные персонажи и возможно несколько новых

Сюжет:   Как всем известно, у Кати и Андрея было две ночи, а потом всё пошло не так и Катя уехала. А давайте представим, что была и третья ночь. Самая важная и самая решающая. И что из этого получилось…

Пролог.
- Катя!
Она уже надела пальто и заматывала на шее шарф, а потом вдруг его голос - и она вздрогнула, и сердце забилось, как птица в клетке, и стало нечем дышать.
Он всё-таки приехал!..
Зачем? Она ведь уже всё решила.
Обернулась и посмотрела на него.
Андрей стоял в дверях каморки и смотрел на неё очень нежно и улыбался.
Слишком нежно. Она не хотела этого. Уже не хотела.
- Андрей… Палыч, вы приехали?
- Конечно, Катюш. Я же тебе обещал. Ты ведь ждала?
Катя смотрела на него, как затравленный зверёк, и этот взгляд Андрею очень не нравился. Он шагнул к ней, но она сделала вид, что не поняла его намерений и проскользнула мимо него в кабинет, чтобы не оставаться с ним наедине в замкнутом пространстве. 
И почему она так волнуется рядом с ним? Ведь всё уже знает – что он не любит, что просто её использует. Что подлец. А предательское сердце покоя не даёт!
- Кать…
- Как показ? Всё нормально прошло?
- Да, всё отлично,- Жданов подошёл к ней сзади и обнял за плечи.- Кать, ты устала, да?- прижался щекой к её волосам. Не видел, как  она зажмурилась и поморщилась, стараясь сдержать слёзы.- Совсем тебя замучил!
Она осторожно высвободилась из его рук, отошла на пару шагов, но глаз на него старалась не поднимать.
- Всё в порядке. Но вам не стоило приезжать, зачем?
- Я по тебе соскучился,- и опять потянулся к ней, развернул к себе лицом и наклонился.- Поцелуй меня.
Она замотала головой, пытаясь увернуться от его губ, но Жданов был настойчив, и она сдалась, как только почувствовала первое прикосновение его губ. Едва слышно выдохнула его имя и бросилась в омут с головой. А он целовал её с таким самозабвением, что ей стали казаться глупыми все её мысли и решения.
Как можно так притворяться?
Обманщик, лицемер!
А ты, Пушкарёва, тоже хороша! Ведь клялась себе, что больше никогда не позволишь ему прикоснуться к себе, а сама что творишь?
Но это ведь последний поцелуй, в последний раз…
Андрей сжал её, как куклу, пытаясь вжать в своё тело. Чтобы лучше почувствовать, а у самого уже сбивалось дыхание.
Да что же она с ним делает-то? Как мальчишка, голову теряет каждый раз!
Из-за Кати Пушкарёвой.
Он оторвался от неё,  только когда не дышать стало уже невозможно.
- Ты ведь любишь меня? Скажи…
Катя закрыла глаза и прислонилась лбом к его плечу.
- Люблю…
Что было скрывать? Это уже ничего не изменит.
Жданов заулыбался, а рука поднялась к её голове, положил горячую ладонь на её затылок, чтобы прижать её сильнее к своему плечу. Потёрся щекой о её макушку.
Телефон издал неприятную трель, и Андрей поморщился. Кому что надо в такое время?
Не дай Бог Кира…
Катя потянулась за трубкой, он хотел её остановить, но не успел.
- Да, я слушаю… Да, Сергей Сергеевич, я уже спускаюсь…
Вернула трубку на место и несмело посмотрела на него.
- Мне надо идти.
Он только улыбнулся.
- Ну, куда ты собралась?
- Домой. Меня такси ждёт.
- Катя, ты сама себя слышишь? Какое такси?
Она нервно прикусила губу.
- Уже поздно, Андрей Палыч… А завтра… трудный день. Надо отдохнуть, выспаться. И вам в первую очередь. И не мешало бы отчёт прочитать, чтобы быть в курсе…
Катя говорила сбивчиво, разглядывала пуговицу на вороте его рубашки, а Жданов осторожно гладил её по волосам.
- Не хочу я отдыхать… Ты знаешь, чего я хочу…- заметил, как она вспыхнула, и опять улыбнулся.- И отчёт читать не могу, мысли все о другом… Так что отчёт на Совете придётся представлять Екатерине Валерьевне Пушкарёвой, как самому ответственному работнику,- и мягко рассмеялся.- Потому что её шеф совсем потерял голову от любви. А кто в этом виноват?
Каждое его слово музыкой отдавалось в её душе, и на какой-то миг она опять ему поверила. Поверила!  Прижалась к нему, чувствуя его руки, крепко обнимающие её.
Да она бы полжизни отдала, лишь бы все его слова были правдой!
- Кать, а настоящий отчёт где?
Она открыла глаза и бессмысленным взглядом уставилась в одну точку.
Вот и всё. Вот и вылезло…
Что ж вы так, Андрей Палыч? До конца свою роль не играете? 
Катя выпрямилась, глянула на него исподлобья, и приподняла свою сумку, из которой торчал край жёлтой папки.
- Вот. Я решила домой унести, так надёжнее.
Андрей кивнул.
- Вот и правильно,- потом чуть наклонился и прижался лбом к её лбу.- Поедем ко мне?
Она растерялась, потом покачала головой.
- Я не могу. Уже поздно… да и папа…
- Мы что-нибудь придумаем,- заверил он её.- Катя, мы так давно не были вместе. Ты совсем обо мне забыла, я соскучился.
Катя смотрела в его глаза и вместо лживых обещаний видела почти мольбу.
Последняя ночь.
Ты же всё решила, Пушкарёва, и даже эта ночь ничего не изменит. Но зато ты будешь помнить её всю оставшуюся жизнь. Разве это того не стоит?
- Поедем?
И она кивнула.
А Жданов радостно улыбнулся и с шумом выдохнул.
- Здорово. Я, если честно, не очень надеялся. Ты за что-то на меня злишься в последнее время, я чувствую… Но ладно, это неважно сегодня. Поедем.
- Мне надо позвонить домой.
-  Конечно,- спохватился он.
Что она говорила отцу и что отвечала на его гневные выкрики, в памяти не сохранилось. Но, видимо, сказала что-то такое, что сумела убедить и усыпить бдительность бывшего полковника. У неё мысли в голове путались от осознания того, что она творит. И, наверное, опомнилась бы и передумала, испугалась, если бы не Андрей, который продолжал прижиматься к ней сзади, целовал, прокладывал дорожку из поцелуев от её уха вниз к шее. 
Потом она положила трубку и замерла. Обратно дороги нет, но и страшно не было. Особенно когда он так рядом.
- Вся ночь, Кать,- прошептал Андрей, жарко дыша ей в ухо, отчего по её телу забегали мурашки.- Поедем?
Она кивнула, отбросив последние сомнения.
Такси всё ещё дожидалось её у входа. Катя не спеша шла к стоянке, к машине Андрея, затем обернулась и посмотрела, как Жданов расплачивается с таксистом. А потом быстрым шагом нагоняет её. Протянул руку к ней, чтобы обнять, но она отступила.
- Потапкин увидит.
Жданов чертыхнулся вполголоса и распахнул перед ней дверцу машины.
Катя была молчалива, смотрела в окно и думала о чём-то. Андрей постоянно косился на неё и боялся, каждую минуту боялся, что она передумает. Но она молчала, а заговорила, только когда они въехали во двор его дома.
- А Кира Юрьевна… вдруг она приедет?
- Не думай об этом. Да и не приедет она, я уверен. Не волнуйся, Катюш.
Она не ответила и вопросов больше не задавала.
Дома у Андрея она до этого никогда не была, но и сейчас было не до любопытства. Он накинулся на неё ещё в лифте, был очень требователен и настойчив, как никогда прежде.  Раньше он себе такого по отношению к ней не позволял. Всегда был очень нежен и терпелив, видимо, боялся испугать, а вот сегодня…
Нет, она не испугалась, но такой напор сбивал с толка. Зачем он так? Надеется, что она действительно поверит?..
Но голова уже кружилась, и с этим она ничего не могла поделать. Так всегда было, стоило ему к ней прикоснуться, и она готова была раствориться в его объятиях.
Когда он протянул руку, чтобы нажать на кнопку и остановить лифт, она воспротивилась.
- Нет, не здесь.
Жданов посмотрел на неё мутным взором, а потом склонил голову к её плечу и глухо засмеялся.
- Прости… Я, кажется, спятил.
Андрей быстро справился с дверными замками, и они вошли в тёмную прихожую.
- Проходи,- и сразу стянул с её плеч пальто, а у самого появилось желание спрятать его подальше, чтобы у неё больше не возникало мыслей уйти отсюда. Подумал и на мгновение испугался.
Катя сделала первые осторожные шаги по его квартире, вошла в гостиную и замерла в темноте.  А потом вспыхнул свет. Она вздрогнула, словно не ожидала этого.
Жданов стоял в нескольких шагах от неё и смотрел, и ей показалось, что она заметила в его глазах огненный всполох.
Потом он подошёл к столику у стены, на котором стоял телефон, наклонился и выдернул шнур из розетки. Катя недоверчиво наблюдала за ним. 
Андрей выпрямился и обернулся к ней. Снял  пиджак и отбросил его в сторону за ненадобностью. А сам уже был рядом с ней.
- Я не буду предлагать тебе кофе, ладно?- прошептал он ей в губы.- Потом. Я так соскучился…
Катя обняла его, вцепилась в широкие плечи, и закрыла глаза.
- Я тоже…
Очень буду скучать… наверное, умру от тоски, прошептала она одними губами.
Он не услышал.
Через несколько минут они уже были в спальне, Катя оказалась лежащей на кровати, а Андрей даже вздохнуть ей не давал. И она позволяла ему всё, что он ни хотел. Что хотел получить, это она ему и давала. Сама удивлялась своей смелости в какие-то моменты. А Жданов стонал, принимая её прикосновения и ласки, и дышал всё тяжелее с каждой минутой.
Катя изо всех сил старалась не потерять голову, чтобы запомнить, прочувствовать всё до конца. Словно хотела до предела заполнить свою память его запахом, дыханием, прикосновениями, потемневшим от желания взглядом.
Чтобы запомнить и никогда не забывать.
Хотя...кого она обманывает? Разве когда-нибудь забудет?
Потом в какой-то момент её ослепил взрыв, произошедший внутри, а потом вдруг всплеск неожиданной боли, но следом опять наслаждение и приглушённое рычание мужчины над ней.
И стало очень тихо. Сначала тишина была звенящей, а потом насыщенной и тяжёлой. Катю словно придавило к кровати томительным удовольствием, и она осторожно попыталась вдохнуть разгорячённый воздух. 
Жданов рухнул на постель рядом с ней и несколько минут не подавал признаков жизни. 
Когда дыхание немного восстановилось, Катя перевернулась на бок и прижалась к его руке. Андрей вздохнул, потом руку освободил и обнял её, прижав к своему боку. Говорить у него сил не было. Она лежала, положив голову ему на плечо и улыбалась. Понимала, что надо плакать и ругать себя, но счастливой улыбки сдержать не могла.  Слушала его дыхание, понимала, что он засыпает, и боялась пошевелиться, чтобы не разбудить. Просто наслаждалась его близостью и жаром, исходящим от его тела. Не удержалась и погладила его по груди.
Андрей улыбнулся, не открывая глаз.
- Всё хорошо?
Катя вздохнула.
- Всё замечательно…
Его рука сжалась у неё на бедре.
- Я сделал тебе больно?

- Всё хорошо, Андрюш.
- Совсем голову потерял, дурак!- а потом сказал.- Я тебя люблю.
Катя напряглась немного, он почувствовал. И молчала.
- Кать.
- Я тоже тебя люблю, ты же знаешь,- тихо проговорила она, и голос заметно дрогнул.
Андрей подтянул её повыше и заставил лечь на него сверху. Катю это немного смутило, особенно, когда он положил руки на её ягодицы и слегка сжал. Но не отпустил, несмотря на её растерянный взгляд. Решил, что пусть привыкает.
- Потерпеть осталось совсем немного, Катюш. До завтра. А после совета…
Катя опустила голову и прижалась щекой к его груди.
- Не надо, я не хочу сейчас об этом…
Жданов погладил её по голове.
- Конечно, как скажешь. А здорово, что вся ночь ещё впереди, да? Я тебе сегодня спать не дам,- и засмеялся.
- Я тебя люблю…
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #1 : Ноябрь 23, 2017, 01:39:03 »

Продолжу копировать позже. Очень интересная повесть!
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #2 : Ноябрь 23, 2017, 03:16:57 »

Глава 1.
4 года, 3 месяца и 15 дней спустя
Я тебя люблю.
Сколько раз он слышал от неё эти слова? Сотни. Почти каждую ночь, как по заказу.
Вот только её не было. И говорила она ему это во сне. И вытеснить её оттуда, с её косичками и наивными глазками, не могло ничтто. Ни алкоголь, ни самые красивые женщины, которых всегда было в его жизни в достатке. Она неизменно появлялась, как только он закрывал глаза. 
Катя Пушкарёва.
Глупая любовь, которая однажды случилась в его жизни.
Самая сильная любовь, которая прошлась по его жизни асфальтовым катком. Сломала его привычную жизнь, да и вообще жизнь, и его самого в придачу.
Околдовала она его, что ли?
И, что самое странное, он не помнил её лица. Вот не помнил - и всё. По отдельности – глаза, улыбка, косички и, конечно, каждый изгиб её тела – очень чётко, а всё вместе не помнил. Свои чувства, ощущения, её поцелуи, свой неожиданный душевный трепет рядом с этой странной девочкой помнил так, словно это было вчера, а целиком картинка не собиралась.
Может, разбилась? Треснула, как старое зеркало, в которое перестали смотреться люди?
Угораздило же его…
Ну вот зачем она ему, эта любовь? Отрава.
Сколько раз он уже проклинал тот день, когда принял Катю Пушкарёву на работу! 
Если бы только знал!
Но прошлое не изменить, и вот уже почти четыре года он бьётся в агонии, пытаясь выбить из себя воспоминания о том кошмарном времени.
Люблю.
Той ночью, их последней ночью, они, кажется, только тем и занимались, что говорили это.
Люблю, люблю, люблю.
И ему казалось, что этим он привязывает её к себе, вбивает в её маленькую головку понимание того, что теперь он главный человек в её жизни. Что она принадлежит ему - и это уже не обсуждается. Всерьёз думал, что хозяин положения и решает всё сам. Дурак!
Как он понял уже намного позже, Катя всё решила ещё до той ночи.
Но какая это была ночь! Откровение, а не ночь. До этого он и представить не мог, что Катя может быть такой. Раньше всё боялся её напугать, вёл себя очень осторожно и аккуратно, а в ту ночь… Если поначалу  ещё сдерживался, то потом отпустил ситуацию, и себя, и свои чувства и желания. Он делал с ней всё, что хотел, а она позволяла. Ни разу не остановила и не отодвинулась, наоборот, тянулась к нему. Отдавалась с таким самозабвением, что у него сердце заходилось в бешеном ритме и с губ невольно срывался стон.
О чём-то говорили в перерывах между сумасшедшими ласками, и он все эти годы отчаянно пытался вспомнить каждое её слово, каждую интонацию. Тысячи раз анализировал, пытался понять…
И не понимал. А иногда понимал и начинал себя ненавидеть.
А потом её… За то, что не поняла, не оценила, не простила, не поверила.
Почему? Он столько раз признавался ей в любви, как ни одной другой женщине в его жизни. Да он им всем вместе взятым этого столько раз не говорил!
А ей и этого показалось недостаточно.
Но ночь кончилась, и наступил день, самый ужасный в его жизни, наверное. Правда, утро этого не предвещало. Они проснулись вместе, в обнимку, и это его безумно возбудило. Её сонные глазки, румяные щёчки и ленивые потягивания. Он никак не мог выпустить её из постели, ведь это означало бы, что их чудесная ночь закончилась.
И всё было хорошо, она была с ним. Пока они не переступили через порог «Зималетто». И всё рухнуло.
Сначала это было незаметно, но колесо судьбы уже закрутилось, и он, даже если бы захотел, наверное, не смог его остановить. И до сих пор не понимал и не знал до конца, что же произошло тогда на самом деле.
Гром среди ясного неба. 
Настоящий отчёт на Совете директоров, а потом ещё эта проклятая инструкция…
Конечно, он мог её понять. Что она зла, обижена, возмущена, но ведь он хотел и мог ей всё объяснить. Но Катя не захотела слушать. 
Как могла не поверить в его любовь? После всего? Что он сделал не так?
В тот момент ему было наплевать на всё – на компанию, на должность президента, на Киру, на общественное мнение. На всё.
Лишь бы выслушала!
Он в тот момент видел только её несчастные, заплаканные глаза, дрожащие губы -  и вот это было важно. Обнять, успокоить, поцеловать, сейчас пока так, а потом он попросит у неё прощения по-настоящему. На коленях. За всё.
А потом их застукала Кира, но и тогда ему показалось, что он смог справиться с ситуацией. Выпроводил невесту, и даже Катя вроде немного успокоилась. И вот тогда он совершил ошибку – оставил её и вернулся в конференц-зал ненадолго. А она этим воспользовалась и сбежала.
Сначала он решил, что просто не выдержала и поехала домой, даже особо не волновался, а когда узнал… 
Сбежала. Улетела из Москвы в неизвестном направлении.
Бросила его.
И не просто уехала, а, по всей видимости, готовилась к этому заранее.
Но и тогда, и тогда он её оправдывал. Находил причины, объяснения, отставил в сторону все свои дела и проблемы.  Не замечал и не слушал никого вокруг, готов был драться с любым, кто смел говорить о ней плохо.
Неправда, всё ложь! Она не обманула, не бросила, не предала! Просто… просто ей надо успокоиться и всё обдумать. А потом она вернётся к нему, потому что любит, потому что по-другому быть не может! И вот когда она появится, он прижмёт её к себе и больше не отпустит. И устроит взбучку, чтобы больше никогда не смела его бросать, никогда… 
Но это будет потом. Сначала поцелует, потому что жутко соскучился.
Когда понял, что не вернётся? Не сразу. Понимание этого приходило долго и мучительно, день за днём. А потом появились её адвокаты в компании с Зорькиным, и Жданов чуть не сошёл с ума.
Не вернётся. 
Он чуть душу из Зорькина не вытряс, пытаясь узнать у него, где Катя прячется, но тот молчал, как партизан. Только подтвердил его самые ужасные подозрения.
Не вернётся. Так и сказал.
Андрей тогда совсем потерял голову. Под горячую руку разгромил свой кабинет, особенно досталось каморке, а потом выдохся, забился в какой-то угол и оттуда равнодушным взглядом наблюдал за взволнованными метаниями родственников и сотрудников. Кира что-то кричала о том, что Пушкарёва мошенница и аферистка, которая украла у них компанию. Отец и Малиновский хмурились, Воропаев пренебрежительно усмехался, а Андрей никого не слышал и не видел, полностью погрузившись в себя, и только, как заклинание, повторял – не вернётся.
Бросила, ушла, уехала.
Не вернётся.
Не любит?
Каждый следующий день превращался в мучение. Он её ждал, несмотря ни на что. Надеялся, что одумается, вернётся, позвонит. Письмо напишет, чёрт возьми!
Но ничего.
Потом опять появился Зорькин с адвокатами, принесли доверенность, в которой Катя передавала все свои права на «Зималетто» Павлу Олеговичу Жданову.
Конец.
Если раньше у Андрея была надежда, что рано или поздно ей придётся появиться, то теперь всё было потеряно. Такое решение проблемы устроило Совет директоров. Всех, кроме него, но кто его слушал? Он пытался объяснить, что теперь у компании будут колоссальные проблемы, но все готовы были справляться с любыми трудностями, лишь бы вернуть компанию в семью и избавиться от неугодного сотрудника. То есть его Кати.
И Андрей как-то очень быстро отошёл от дел, просто перестал интересоваться тем, что происходит. Стало скучно,  да и ненужно всё. Вся жизнь превратилась в сплошное мучительное ожидание. Катины родители с ним откровенничать отказывались, его это злило, но он не мог с ними спорить и прав никаких на это не имел. И в конце концов перестал им звонить. Только часами просиживал в машине перед домом Пушкарёвых в надежде увидеть Катю. 
Ведь когда-то она должна вернуться!
Но прошёл месяц, а точнее, мучительно протянулся, потом другой, а её так и не было. Он просто не знал, что делать. Такой беспомощности и такого бессилия он, кажется, никогда не испытывал. И это сводило с ума. Казалось, что стоит ей сейчас вернуться -  и он убьёт её за то, что посмела так его мучить! Встряхнул бы что есть силы, а потом бы раздавил. В своих объятиях.
К её дому он теперь ездил, как на работу. А точнее, вместо. Сидел, навалившись на руль, и думал обо всём, что случилось. О том, как жить дальше, думать не получалось. Ждал, когда она вернётся, и вот тогда они вместе и подумают.
Но всё сложилось по-другому.
В один из таких дней, когда он уже привычно сидел в машине и поглядывал на окна её квартиры, кто-то осторожно постучал по стеклу, и Андрей дёрнулся, повернул голову, надеясь всё-таки увидеть Катю, но у машины стоял Зорькин. Жданов нехотя опустил стекло и без особого интереса посмотрел на этого защитничка и конспиратора. И в тот момент ему было совершенно наплевать, что его застукали здесь, за совершенно нелепым и глупым занятием – когда он караулил, боясь пропустить появление своей сбежавшей от него же секретарши.
Холодно посмотрел на Колю и даже не поздоровался, только кивнул едва заметно. А тот выразительно вздохнул и, неловко переминаясь с ноги на ногу, заговорил:
- Андрей Палыч, вы не ждите её. Катя не вернётся.
Жданов лишь неприятно усмехнулся.
- Правда, не вернётся. Она замуж вышла и не приедет в Москву.
Сердце остановилось. Сделало последний болезненный скачок и замерло окончательно. Андрей посмотрел на него, и Коля с тревогой отметил, как в момент посерело и осунулось его лицо.
- Что?
Коля пожал плечами и едва заметно поморщился.
- Неделю назад. И в Москву она не вернётся.
Жданов помотал головой, пытаясь сбросить с себя оцепенение.
- Как… замуж? За кого? Почему?!
Зорькин опасливо отступил на пару шагов.
- Я не знаю, Андрей Палыч. Она так решила.
Пробормотал какие-то слова извинения, которые Андрей даже и не слышал, превратившись в каменную глыбу, и поспешил к подъезду.
А Жданов закрыл глаза и, кажется, закричал. Сам этого не слышал, но от его машины испуганно шарахнулась бродячая собака и залаяла.
Вышла замуж. Его Катя вышла замуж.
Как такое могло случиться?
Неужели всё правда? Всё, что ему говорили окружающие? Что обманула, обвела вокруг пальца… Но зачем? Что получила?
Ничего. Только его разбитую жизнь и никому теперь ненужную любовь.
Чёрт, почему же он раньше-то не верил, что это так больно? Терять надежду. 
И что теперь делать с самим собой? И с этим дурацким чувством – любовью?
Дальше был какой-то отрезок времени, который начисто стёрся из его памяти за ненадобностью. Просто череда бутылок виски, баров, непонятных женщин и редкие прояснения сознания. В такие моменты он, как правило, оказывался дома, правда, смутно представлял, как сюда попал. 
Дома он покоя тоже не находил. Стоило зайти в спальню, как воспоминания накрывали его с головой, и хотелось умереть или хотя бы побиться головой о стену -  при мысли о том, что к ней теперь прикасается кто-то другой.  Что она его целует, обнимает, стонет от наслаждения в его объятиях и выгибается ему навстречу…
Чтобы приглушить эти мучительные мысли, он опять хватался за бутылку. А потом даже перебрался спать на диван в гостиной.
Жить стало невыносимо.
И вот тогда он её возненавидел. Так же сильно и остро, как и любил. Ненавидел настолько, что кулаки сжимались сами по себе, когда начинал думать о ней. И находил тысячи причин для своей ненависти.
Обманщица, предательница, лицемерка, безжалостная изменщица и так далее по списку.
Повторял это про себя раз за разом, пока не начинал верить. А когда появлялись хоть малейшие намёки на сомнения, начинал сначала.
И от этого реально становилось легче. Потому что, как оказалось, ненавидеть легче, чем любить. Это не требует такой душевной самоотдачи.
Бросил пить. Ведь ненависть не нужно было заливать алкоголем, как любовь. Любовь он хотел утопить, а сейчас она нужна была ему живая, чтобы подпитывать свою ненависть. Да и если бы не бросил тогда, точно спился.
Он её ненавидел.
И бросался к звонившему телефону, и с томлением прослушивал сообщения на автоответчике, дрожащими руками разбирал почту. Ругал себя последними словами, но ничего не мог изменить.
Он всё ещё её ждал. Убеждал себя, что ненавидит, и ждал. Что опомнится, одумается…
Вокруг него что-то происходило, жизнь продолжалась, а он словно жил в другом измерении. Думал и размышлял о чём-то своём, другим недоступном. Его жизнь изменилась, стала тусклой и невзрачной для него, вот и всё.
И всё из-за кого? Из-за Кати Пушкарёвой!
Малиновский не раз пытался объяснить ему всю нелепость его мучений. И Андрей каждый раз с ним во всём соглашался. Что всё глупо, ненужно, бездарно…
Но она ведь говорила, что его любит! И он ей верил! Потому что очень хотел верить!
С этим-то что делать?
В компании заправлял Воропаев, а ему пришлось начинать всё сначала. С нуля, с производственного этажа, с должности начальника производства. 
Ещё один повод её возненавидеть? Возможно.
Но он и в этом нашёл положительные стороны, опять выгораживая её в своих глазах. 
Начать сначала, упав с высоты и почти разбившись насмерть, -  это тяжело, но иногда полезно. Заново прочувствовать, осознать, проанализировать собственные ошибки и начать сначала. Теперь хотя бы на работе он не думал о ней. Поставил перед собой цель вернуть себе президентское кресло и сосредоточился на этом. Но дома, вечерами, наедине с собой, всё опять начиналось сначала.
Родители и Кира изо всех сил старались сделать вид, что ничего не произошло.  Никто в его присутствии лишний раз  не упоминал имя Кати Пушкарёвой, и все, наверное, на самом деле решили, что он успокоился, раз не реагирует. Но только он знал, что на самом деле происходит у него внутри, в душе. Но душу он запер на замок и даже самому себе ключ от этой двери выдавал редко, под роспись.  Боялся, что откроет, и все переживания и болезненные воспоминания опять разлетятся на волю, и их придётся очень долго ловить и засовывать обратно, подальше от своего сердца.
Это было кошмарное время, кошмарный год, и он сам прекрасно понимал, что гибнет. От него осталась лишь тень прежнего Андрея Жданова. И сам понимал всю абсурдность ситуации.
Как ей удалось? Зачем ему это нужно? Не нужна ему Катя Пушкарёва! Ему нужна его прежняя жизнь! Верните!
Что же ты натворила-то, Катька? Как же убедить тебя вернуться? Я же с ума схожу…
Сколько бы он ещё протянул в таком состоянии, сказать трудно, но потом наступил тот роковой день, после которого он поклялся, что вычеркнет её из своей жизни раз и навсегда.
Как оказалось, все эти месяцы, он до конца не верил, что Зорькин сказал ему правду. В глубине души на что-то надеялся. Что какая-то ошибка, кому-то необходимая ложь. Его обманули.
Но в тот день…
Приближался день рождения матери, и необходимо было купить подарок. Он,как всегда, с этим затянул и опомнился только накануне. На долгие придумывания времени не было, и он, не мудрствуя лукаво, отправился в ЦУМ. Бродил по этажам, разглядывал витрины и пытался просто представить, что может порадовать его любимую матушку. А потом взгляд зацепился за что-то до боли знакомое и родное и он приостановился.
Как он её увидел, как узнал? Скорее почувствовал её близкое присутствие, и сердце забилось в груди, вспомнив, что живое. Болезненно сжалось перед первым ударом, и сильно забилось, грозя сломать отвыкшие от такого напора рёбра.
Андрей сбился с шага, остановился и начал оглядываться, пытаясь понять, что же такое он на самом деле увидел и что его так взволновало. 
А потом увидел её.
Или не её?
От его Кати ничего не осталось, кроме прежней открытой улыбки.
Всё другое. 
Он подошёл ближе к витрине, всё ещё не веря своим глазам, и стал разглядывать, практически ощупывать её жадным взглядом – её лицо, волосы, руки, её фигуру.
"Это она, она!"- стучало в висках, и во рту пересохло.
Катя вернулась. 
И сразу позабылись все обиды и страдания. Главное, что она здесь!
Андрей уже готов был ворваться в этот магазин, растолкать всех, чтобы, наконец, приблизиться… смять её, схватить и увезти… на необитаемый остров! Чтобы никто. Никогда. Не посмел. Отнять…
А потом заметил рядом с ней молодого мужчину, который вдруг протянул руку и по-хозяйски обнял её за талию. А она не оттолкнула. Наоборот, придвинулась чуть ближе и заулыбалась радостнее, что-то начала говорить ему.
И вот тогда Жданов очнулся. Обвёл прояснившимся взглядом сквозь витрину магазин, в котором они были. И сердце опять болезненно сжалось, настолько, что ему показалось, что его вырывают с корнем.
Магазин детских товаров.
Они покупали детскую одежду.
Катя держала в руках почти крохотный костюмчик и счастливо улыбалась.
Андрей закрыл глаза, не в силах больше на это смотреть. Вот и всё, Жданов, это действительно конец. Она уже не твоя, она принадлежит другому, она чужая.
С этого дня он перестал её ждать. Теперь уже окончательно. Её нет в его жизни и никогда не было. Забыть, выжечь, вытоптать воспоминания, все чувства, всю любовь.
Разве она стоит такого его отношения к ней? Бросила его ради какого-то… Даже не хватило смелости (или совести) рассказать ему всё честно. Кем она его считала? Монстром? Безумцем? Что будет удерживать её рядом с собой, несмотря ни на что?
У него же есть гордость! 
А изменилась как! Ради своего мужа.
Когда она была с ним, она так не старалась!
Да ему это и не нужно было. Он любил в ней именно неискушённость, наивность, ценил, что она не такая, как все. А она не поняла. Променяла всё это на мишуру.
Она такая же, как все!
А он просто в ней ошибся. Решил, что встретил какого-то особенного человека, незаурядную личность. Глупо.
Забыть. Раз и навсегда.
В первую очередь он решил избавиться от своей квартиры, где жили воспоминания. Каморка и президентский кабинет для него были недоступны, а вот его собственная спальня…
Продать квартиру удалось довольно быстро, с этим проблем не возникло. Но прежде чем покинуть своё жилище навсегда, он долго стоял в спальне и смотрел на кровать, которую тоже оставлял здесь. И вспоминал.
Господи, да за столько лет здесь побывало очень много женщин! Одно время Кира почти жила здесь. А он вспоминал только одну женщину и одну-единственную ночь. И бежал именно от этого.
Весь прошедший год он чего-то ждал и на что-то надеялся. А теперь настало время собирать свою жизнь заново, по кусочкам. Склеивать, как разбитую чашку. Чтобы просто жить дальше.
Без неё. Без любых воспоминаний о ней, даже случайных.
Было тяжело, но спасала работа. Вытащить из ямы «Зималетто» стало для него делом чести. И неважно, в какой должности он это делал, главное, что делал, и это спасало от ненужных мыслей. С головой ушёл в зачахнувший  бизнес, поражая всех своим трудовым рвением.
Назло ей.
Доказать ей и себе, что и без неё он вполне справится. Не нужна она ему. И пусть внутри что-то сломалось, но он сможет жить и с этим.
А чтобы ещё больше убедить в этом себя и окружающих, сделал Кире предложение. И женился на ней, осуществив тем самым её мечту. У него самого теперь мечты не было, а так хотя бы Воропаеву счастливой сделал.
И вот уже почти три года он женатый человек.
И полтора года президент компании. Опять. Он всё-таки смог доказать всем свою состоятельность и убедить, что только он может вывести «Зималетто» на новый уровень. Вывел из кризиса и выведет в Европу, на новый рынок.
А нынешнее отношение к нему отца и его удача в бизнесе в последнее время были весомее и важнее, чем какой-то штамп в паспорте.
Брак с Кирой не очень много значил для него, лишь дань их многолетним отношениям, да и для собственного успокоения. Чтобы его просто оставили в покое. Женился, успокойтесь все! 
Жизнь просто размеренно катилась вперед, и он пытался от неё не отставать. 
И время притупило боль и обиду. Прошла ненависть и любовь. Остались только воспоминания – плохие и хорошие. И даже лицо её стёрлось из памяти.
Он вообще старался о ней не вспоминать. И не любил.  Только по ночам слышал её голос и всего три слова: «Я тебя люблю». И со временем  ему даже начало казаться, что была в этих словах интонация, которую он раньше не замечал. Насмешливая и лживая.
Но ему уже всё равно.
…
Почему, почему она так поступила? Так подло, так больно…
Нет, он не думает об этом уже три года, один месяц и двенадцать дней.
Он живёт дальше.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #3 : Ноябрь 23, 2017, 10:11:47 »

Глава 2.
Сегодня он был пьян. Немного. Поэтому и полезли в голову все эти мысли, чёрт побери!
Но не надо об этом думать. Чтобы не портить себе настроение.
Даже головой помотал. Потом вздохнул полной грудью, наслаждаясь чистым пьянящим воздухом.
Он уже второй день жил на даче, пытаясь урвать от неожиданных выходных всё, что можно. После недавнего показа нервы были на пределе, да и усталость навалилась. Необходимо было отдохнуть, расслабиться, а дача подходила для этого просто идеально.
За город он повадился ездить около года назад. Здесь было спокойно, и никто его не трогал. Даже Кира сюда никогда не приезжала без предварительного звонка и предупреждения, это была его территория. Жданов очень любил вечерами сидеть на веранде, закинув ноги на перила, и смотреть на закат и стремительно темнеющий лес. В такие моменты он не думал ни о чем, и это приносило долгожданное облегчение.
Его отдушина. 
Только телефон иногда нарушал эту размеренную тишину и возвращал к реальности. Но он старался, чтобы никакие звонки из колеи его не выбивали и не отнимали вновь появившееся спокойствие, оно и так приходило очень ненадолго.
Из-за его плеча показалась женская рука с бокалом виски.
- Выпьешь ещё?
Андрей слегка улыбнулся одними губами и принял бокал. Сделал глоток.
- Спасибо.
Женские руки обняли его за шею, и он почувствовал нежное тепло и аромат изысканных духов.
- Красивый закат,- ласковый шёпот защекотал его ухо.
Он согласно кивнул. Потом повернул голову и с недовольством прислушался к трели своего мобильника, доносящейся из дома.
- Сиди, я принесу,- руки на его шее разомкнулись.
- Надь, кофту надень, прохладно.
Она кивнула с улыбкой и скрылась в доме. Но уже через минуту вернулась с его свитером в руках и подала ему верещавший телефон.
- Это Кира,- сообщила она.
Андрей поморщился, но нажал на кнопку приёма и приложил телефон к уху, а другой рукой обнял устраивающуюся у него под боком на плетёном диванчике женщину.
- Да, Кира, я тебя слушаю,- произнёс он в трубку, а сам продолжал смотреть на кроваво-красное солнце, постепенно исчезающее за лесом. И настраивал себя на позитив, чтобы опять не сорваться и не скатиться до банального скандала с уже почти бывшей женой.
- Отдыхаешь, дорогой?- язвительный голосок супруги ворвался в его сознание, и он всё же почувствовал всплеск раздражения и поморщился.
- Кира, что ещё случилось? Теперь ты не можешь поделить свадебный сервиз? Я должен приехать и лично пересчитать чашки?
- Не хами мне, Жданов. Пока ещё я твоя жена, а не она! Я собрала все твои вещи.
- Благодарю,- сухо отозвался он. - Отправь их мне на квартиру.
- Ждёшь не дождёшься, да? Ничего, недолго осталось мучиться.
- Кира! Тебе доставляет удовольствие портить мне выходные?
- Ну что ты! Твоё спокойствие мне дороже всего на свете! Просто хотела тебе сообщить, что я решила продать дом.
- Значит, решила?
-Да.
- Что ж, я не против. Решила так решила. Я всё подпишу.
- Вот и отлично. Сам же понимаешь, что жить одной в пустом доме – это глупо.
- Кира, делай, что хочешь,- начал всерьёз выходить из себя Андрей. - Мы же всё решили. Дом твой – делай, что хочешь. Мне всё равно.
Кира неприятно хохотнула.
- Я тебя отвлекаю, да, милый? Ну, иди, развлекайся дальше. Привет Ткачук!  Пусть она теперь с твоей манией мучается, мне надоело воевать с твоими призраками.
И отключилась.
Жданов отвёл телефон от уха и сильно сжал его в руке. 
Призраки. Как глупо.
- Андрюш, что случилось?
Надя погладила его по груди, и он встрепенулся.
- Да ничего, всё нормально. Кира решила продать наш дом.
Она хмыкнула.
- Быстро же она меняет свои решения! Все нервы тебе испортила с этим домом и в итоге решила от него избавиться. Оригинально.
Андрей устало вздохнул.
- Пусть делает, что хочет. Иначе ещё дальше всё затянется.
Надежда немного помолчала, потом повозилась, прижимаясь к нему сильнее, и как бы между прочим спросила:
- И когда великое событие?
- Адвокат говорит, что через месяц.
Она приподнялась и с интересом на него глянула.
- То есть через месяц ты станешь абсолютно свободным мужчиной?
Он кивнул, вполне равнодушно.
- Кажется, так.
- Ты не рад?
- Мне всё равно. Моя жизнь от этого мало изменится.
Она удивилась и села.
- Андрей, я тебя совершенно не понимаю! Ты разводишься, что-то ты должен чувствовать! Тебе не может быть всё равно, так не бывает.
- А мне всё равно,- сказал Андрей.
Надежда покачала головой.
- Ты очень странный, Жданов, очень!- потом тоже вздохнула.- Но, наверное, поэтому ты мне и нравишься,- опять уютно устроилась под его тяжёлой рукой и, хитро прищурившись, спросила:
 - Слушай, а ты на мне когда-нибудь женишься?
Андрей не сдержал улыбки.
- Зачем я тебе?
Она рассмеялась.
- Ну, я не знаю!.. Думаю, это польстит моему самолюбию!
- Я не очень хороший спутник жизни, Надюш. Спроси у Киры, она тебе много чего расскажет.
- Может, она просто не умеет с тобой обращаться? А я тебя любить буду. Честно-честно.
Она видела, как с его лица мгновенно стёрлась улыбка и он заметно напрягся.
- Не говори так больше никогда.
- Как?- растерялась Надежда.
- Честно-честно. Не говори. Я этого не люблю.
Надя лишь плечами пожала.
- Хорошо… как скажешь.
Он не ответил, опять стал задумчиво смотреть на горизонт. Она украдкой наблюдала за ним, разглядывала его окаменевшее лицо.  И ей очень хотелось знать, о чём он думает в этот момент.
И о чём он вообще думает в такие моменты, когда застывает с ледяной маской на лице.
О чём думает? Или о ком?
Они встречались уже полгода, даже не скрываясь, что её поначалу удивляло. Всё-таки он был женат. Но когда она в первый раз приехала к нему в Москву, поняла, что его брак -  это сплошная показуха. Они с женой жили словно в разных  измерениях, просто рядом. А после знакомства с Кирой вопрос, который очень её интересовал уже некоторое время – почему у них нет детей – отпал сам собой. Они сами-то с трудом уживались рядом друг с другом, какие уж тут дети?
Андрей Жданов заворожил её с первой же встречи, особенно его глубокий, таинственный взгляд. Один раз встретилась с ним глазами и утонула. А когда появилась возможность сблизиться с ним, она не стала сомневаться и не упустила свой шанс. Хотя на многое не надеялась.
Но Андрей приехал опять спустя какое-то время, а потом позвал её в Москву на выходные. И она опять не сомневалась, прилетела уже на следующий день.  И рада была до невозможности. Что сумела его заинтересовать, что он помнит о ней.
Так и встречались несколько раз в месяц, хотя она уже готова была бросить всё и перебраться к нему в Москву. Пусть без всяких обязательств.
Лишь бы он позвал.
А теперь в связи с разводом у неё появлялся реальный шанс.
Знала, что он не любит, но со Ждановым это не казалось большой проблемой. Его характер в этом отношении был слишком ровным, и ей было трудно представить его сильно влюблённым. Ему нужно было спокойствие и никаких сумасшедших чувств и объяснений в любви. И она готова была с этим смириться.
А влюблённый Андрей Жданов… почти нереальная задача.
- Андрей, а почему вы решили развестись? Не из-за меня же?
Он задумался, а потом пожал плечами.
- Мы устали друг от друга. Девять лет – это большой срок.
- Кира за что-то злится на тебя. Мне так кажется.
- У неё есть для этого основания,- согласился Андрей.
- Знаешь, иногда мне кажется, что тебе скучно жить. Временами твоё равнодушие меня пугает.
- Вот видишь, а ты ещё замуж за меня собралась. Зачем я тебе?
- Я изменю твою жизнь, вот увидишь,- уверенно заявила она.- И ты меня полюбишь и никогда не бросишь. Я тебе ребёнка рожу. Тебе же нужен наследник?
Жданов кивнул.
- Нужен. Наверное…
Она вздохнула.
- Что-то энтузиазма в голосе не слышу. Неужели ты никогда не думал о детях?
- Почему не думал? Вот недавно у друга сын родился. И я долго думал, что подарить.
- И что подарил?
- Игрушку, робот какой-то. Там лампочки всякие горят, а еще, кажется, он ходит и что-то говорит. Хорошая игрушка!
Она засмеялась.
- Да, самое то для новорождённого ребёнка!
- А что? Мальчишка же.
- А о своих никогда не думал?
Андрей немного нахмурился.
- Я смотрю, тебе не терпится сделать из меня семейного человека. Я ещё от первой жены никак не избавлюсь!
Надежда рассмеялась.
- Ладно, ладно, не буду тебя больше пугать! А-то ещё сбежишь от меня!
Он не ответил. Сделал ещё один глоток виски и вздохнул. Ей показалось, что уж очень тяжко и опять о чём-то задумался. И взгляд стал почти стальным. От такого его взгляда у неё внутри всё переворачивалось. В такие моменты он становился очень далёким и чужим. Это даже пугало.
Она помолчала немного, надеясь, что он очнётся уже в следующую секунду, но Жданов продолжал молчать.
- Андрюш, можно я тебе вопрос задам?
Андрей немного рассеянно вздохнул.
Надежда отстранилась от него, села и нервно сцепила руки под его свитером, чтобы он не видел.
- Мне просто… Мы с тобой не первый день знакомы, и я давно поняла, что с тобой что-то происходит.
А Жданов вдруг неприятно засмеялся.
- Ещё одна!.. Мне не нужен сеанс психоанализа, Надюш, мне этого с Кирой с лихвой хватило. С моей жизнью всё нормально!
Она стала смотреть в сторону. Было почему-то жутко неловко, но и отступать сейчас… Вдруг поняла, что в другой раз он вряд ли позволит ей даже заговорить об этом.
- Да ничего не нормально, Андрей. Люди просто так в жизни не разочаровываются! Что-то не так.
Жданов задумчиво покрутил в руке бокал.
- Ра-зо-ча-ро-вал-ся,- медленно повторил он за ней.- Слушай, а хорошее слово! Очень точное.
- Это не смешно.
- А разве по мне видно, что я смеюсь? И я не разочаровался в жизни, Надь. Просто в какой-то момент мне стало неинтересно.
- Почему? Что такого случилось?
Он долго думал, а потом сказал:
- Я изменился.
Но что бы он ни говорил, она ему не верила. Потому что прекрасно знала, что так кардинально мужчину может изменить только женщина.
- И кто она?
Андрей бросил на неё немного насмешливый взгляд.
- Кто?
- Та женщина, которая так тебя изменила.
Он хотел что-то ответить, отвлекающее, но потом вдруг передумал и просто пожал плечами.
- Женщина.
Надя закусила губу.
- Значит, я угадала.
- Ну, ты же умная.
- Ты её любил, да? - в душе поднялось какое-то чувство, похожее на ревность.
Андрей маетно вздохнул, но решил ответить. Сам не знал зачем, как будто кто-то за язык тянул. Наверное, это был алкоголь.
- Я не знаю. Честно, сейчас уже не знаю. Если бы мне кто-нибудь объяснил, что такое эта самая любовь, как её можно определить, по каким признакам, возможно, я бы и ответил, а так… Но тогда казалось, что любил.
- И что случилось?
Показалось ему или сердце вдруг подало признаки жизни? Правда, опять болезненные.
- Она меня бросила.
Надежда посмотрела на него удивлённо.
- Она - тебя?
Андрей засмеялся, но как-то натянуто.
- Что тебя так удивляет? Видимо, я не был героем её романа.
Она покачала головой.
- Надо же… Наверное, это была очень необычная женщина. Раз устояла перед тобой.
Жданов как-то странно напрягся и даже поморщился.
- Да… необычная.
Она опять придвинулась к нему и взяла за руку.
- Расскажи мне о ней.
- Зачем?- удивился он.
- Просто так. Мне интересно, кто сумел так тебя зацепить.  Как её зовут? - посмотрела на его лицо и с болью отметила, каким мечтательным  оно стало. Таким она Жданова ещё не видела. Это неприятно кольнуло.
- Катя, -  сказал Андрей и сам себе удивился. Сколько лет он вслух не произносил её имя? Отвык, надо же.- Катя Пушкарёва,- и вдруг засмеялся. А потом неожиданно очень чётко вспомнил её лицо, каждую чёрточку. Давно с ним этого не случалось. А воспоминания уже затягивали в сизую мглу прошлого, и голова начала кружиться.
- И очень красивая, да? -  скорее констатировала, чем спрашивала Надежда. В её голосе даже прозвучала доля сарказма.
- Дело не в этом,- отмахнулся Андрей. -  Просто она была другая. Я так думал. И говорила, что любит меня. А потом уехала. И не вернулась.
- Как это не вернулась, Андрей? Так не бывает. Может, с ней что-то случилось?
- Случилось,- мрачно согласился он. - Она вышла замуж, и возвращаться в Москву у неё причины не было.
- Значит, она тебя не любила,- уверенно заявила Надя. - Любящая женщина никогда так не поступит.
На его лицо набежала тень.
- Я её очень обидел. Очень сильно. И она не смогла простить. Я думал, что сможет, а она не справилась со своей обидой.
- Глупости! - фыркнула Надежда. - Если бы она любила…
- Просто она очень упрямая…
Надя странно посмотрела на него.
- Ты её оправдываешь? До сих пор? Андрей, ты что… всё ещё любишь её?
Он как-то отчаянно помотал головой.
- Нет… Просто я очень её обидел, понимаешь? Она очень много для меня сделала, а я… предал её. А она упрямая… маленькая упрямица. И уехала. Бросила меня.
Она вдруг только сейчас поняла, насколько он пьян, даже язык заплетается. Вздохнула и решила прекратить этот неприятный разговор.
- Андрей, пойдём спать.
- Даже прощения попросить не у кого,- продолжал Жданов, не слыша её.- Так и буду себя винить…
- Андрей,- она уже начала паниковать. Такого она точно не хотела услышать. Поднялась и потянула его за руку.- Пойдём в постель.
Пару секунд он напряжённо вглядывался вдаль, а потом вздохнул и поднялся.
- Да, спать… Башка ещё болит. Надь, ты не знаешь, что бы с ней такого сделать, чтобы перестала болеть?
- Поспать тебе надо. Завтра утром проснёшься, и всё пройдёт.
Жданов кивнул, а потом опять остановился и прислушался.
- Слышишь? Где-то музыка играет. Я, может, больше не вернусь… а может, я с тобой останусь…- шёпотом повторил он слова известной песни.
Женщина, которую он обнимал, подняла на него внимательный взгляд, но он не обратил внимания. Позволил увлечь себя в дом, а пока поднимался по лестнице, пропевал про себя эту песню, удивляясь, откуда так хорошо знает слова. 
Останусь пеплом на губах,
Останусь пламенем в глазах,
В твоих руках дыханьем ветра.
Останусь снегом на щеке,
Останусь светом вдалеке…
Я для тебя останусь светом!

------- *** --------
- Чёрт бы побрал эти пробки!- в сердцах воскликнул Жданов и стукнул кулаком по рулю. Потом полез в бардачок за новой пачкой сигарет.
Надя немного сдвинулась в сторону, чтобы ему не мешать, и продолжила красить губы, глядя в маленькое зеркальце. 
- Андрюш, успокойся, не надо так нервничать.
- Надь, я опаздываю!- закурил и нервно затянулся. - Немцы - народ пунктуальный, я не могу опоздать на первую же встречу! А мне ещё тебя в аэропорт везти!
- Да не надо меня никуда везти!  Я сама прекрасно доберусь. Довезёшь меня до «Зималетто», а там я такси возьму.
Андрей с сомнением глянул на неё.
- Уверена?
- Ну конечно! Я же не маленькая и всё прекрасно понимаю. Беги на свою встречу, всё равно мне тебя не удержать,- и засмеялась, потом протянула руку и погладила его по щеке.
Андрей улыбнулся.
Наконец, свернув на стоянку «Зималетто», Жданов вздохнул с облегчением.  Вроде успевает. А потом заметил машину Малиновского, который только что подъехал с другой стороны, и приветственно посигналил ему.
- Привет, голубки,- ухмыльнулся Рома, выходя из машины им навстречу.- Как сладкие выходные на лоне природы?
Жданов на его многозначительные ухмылки внимания не обратил.
- Малиновский, сделай доброе дело!
- Одна корысть в тебе, Палыч! Пользуешься мой добротой и в ус не дуешь!
- Ромка!
- Ладно уж. Чего хочешь?
- Отвези Надю в аэропорт, а то меня немцы уже потеряли!
- Андрей, зачем? Я сама!
- Надь, не спорь, мне так спокойнее будет. Малиновский!
- Чего кричишь-то? Конечно, отвезу. Раз доверяешь!
- Ты зубы не скаль, я жутко тороплюсь! Отвези, и без выкрутасов!
- Обижаешь. Опять.
Андрей отмахнулся от него и повернулся к Надежде. Она грустно улыбнулась и подошла к нему как можно ближе.
- Опять расстаёмся.
- Надюш, ну ты чего? Ненадолго же. Когда приедешь?
- Не знаю, надеюсь, скоро. Сейчас работы много, сезон, сам понимаешь.- Он кивнул.- Скучать будешь, Жданов?
Андрей улыбнулся.
- Конечно, буду, ты же знаешь.
- Знаю? -  она иронично приподняла чётко очерченную бровь.- Надеюсь, в следующий раз ты расскажешь мне об этом больше.
Он не ответил, вместо этого наклонился и поцеловал. 
Рома изо всех сил делал вид, что не смотрит, как они целуются. Вытащил чемодан из багажника машины Андрея и перебазировал в свой. И опять посмотрел украдкой.
Потом они оторвались друг от друга и ещё несколько секунд держались за руки, но затем Жданов всё-таки развернулся и быстрым шагом пошёл к «Зималетто».
Надежда с тоской смотрела ему вслед, но в конце концов глаза отвела и посмотрела на Рому. Улыбнулась.
- Ну что, Наденька, я сегодня твой провожающий.
- Ром, тебе совсем не обязательно…
- Прекрати, мне даже приятно. Кстати, мы не опаздываем?
- Ещё нет, но поторопиться всё же стоит.
- Тогда прошу,- и распахнул перед ней дверцу своего автомобиля.
В дороге он старался развлекать её какими-то забавными историями, но Надежда странно отмалчивалась и думала о чём-то своём. А потом задала ему вопрос, смысл которого он не сразу понял.
- Рома, ты ведь его лучший друг, всё о нём знаешь. Скажи мне, он очень её любил?
- Кого?
- Катю Пушкарёву.
Малиновский чуть не врезался в машину впереди себя.
- Что за странный вопрос? 
- Просто Андрей мне кое-что рассказал вчера, но он был пьян, и я не очень поняла.
- Надюш, это давняя история. Зачем её ворошить?
- Потому что она не даёт ему покоя, вот почему. И я просто хочу понять… Давно это было?
Рома задумался ненадолго. Имеет ли он право откровенничать с ней на эту тему, но ничего предосудительного в этом не усмотрел. Раз уж Андрей сам ей рассказал… 
И ответил:
- Больше четырёх лет назад.  Но я не советую тебе особо беспокоиться по этому поводу. Всё это давно в прошлом.
- И для Андрея в прошлом? Ты уверен?
- Надя, ты просто не понимаешь, о чём говоришь!  Это совершенно дикая история, а Жданов, он просто… чувство вины в нём играет, вот и всё!
- Что же такого он ей сделал?
На этот вопрос Малиновский не готов был ей ответить.
- Это неважно. Но я лично не вижу особой причины так мучиться. Он не мог поступить по-другому тогда и сделал свой выбор. И он всё сделал правильно.
Она некоторое время смотрела в окно, а потом со вздохом сказала:
- Он её любил, Рома. Или любит до сих пор. Я видела это вчера по его глазам.
Рома пренебрежительно фыркнул.
- Да брось! Любит… Это уязвлённое самолюбие, вот и всё! Она его бросила, понимаешь?  Ни одна женщина такого не позволяла, а она… Да у них бы всё равно ничего не вышло! Это просто смешно!
- Почему?
- Да потому что они полярно разные! Как небо и земля. Вместе их представить просто невозможно!
- Противоположности притягиваются.
- Пушкарёва – это… нелепость, а не противоположность!
- А кем она была? Моделью?
- Моделью?- Рома не сдержался и захохотал. - Секретаршей она его была!
- Секретаршей?- удивлению её не было предела. - Ты серьёзно?
- Более чем. Не знаю, что он там в ней разглядел и как ему это удалось с его любовью к красивым женщинам, но этого бы ей никогда не хватило, чтобы стать Ждановой.
- А что с ней не так?
- Да всё с ней не так!
- Не настолько красива?
- Красива? Ну что ты! Красота – это вообще не для неё! Наверное, она считала, что внешность – это последнее, о чём стоит беспокоиться. Ужасающие одежды, косички, нелепые очки и брекеты.
Ткачук недоверчиво посмотрела на него.
- Шутишь?
- Ничуть. Правда, вместо мозгов – компьютер. Если не два. А какие она дела проворачивала, даже не представляешь! Как орехи на раз-два щёлкала! Билл Гейтс и Мавроди в одном лице! А с виду простушка, и не подумаешь!
- Но чем-то она его зацепила. Раз он до сих пор…
- Я тебе ещё раз говорю – уязвлённое самолюбие. Она сбежала! А он себя винит! Видите ли, обидел, предал!.. А она тоже его предала, и ещё как! А он этого никак понять не может! И она-то не раскаялась! Подставила его по полной и исчезла, оставив ему кучу проблем. И её это мало волновало! А он почти три года не мог себе кресло президента вернуть, с самого низа, сначала начинал. А всё её оправдывает, а себя винит! Видите ли, обманул бедную девочку!
Рома разошёлся не на шутку, даже задохнулся немного. А потом опомнился и посмотрел на притихшую Надежду. А она глядела в окно с расстроенным видом и обдумывала его слова, закусив губу.
Малиновский помотал головой.
- Надь, не слушай ты меня! Всё это глупости! И Пушкарёва тоже… Тогда он действительно как с ума сошёл, но это не любовь – помешательство. А вот ты… ты то, что ему нужно.
- Это он тебе сказал?
- Да нет, это моё мнение.
- А-а!- печально протянул она. - А Кира?
- Им не следовало жениться. Андрей пошёл на это, наверное, назло. Себе и всем.
- А он на мне когда-нибудь женится? Хотя бы кому-нибудь назло. Как думаешь?
Рома пожал плечами.
- От тебя зависит.
Надежда опять посмотрела за окно.
От неё? Хотелось бы надеяться.

Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #4 : Ноябрь 23, 2017, 11:22:41 »

Глава 3.
Катя проснулась, как от толчка. Открыла глаза и бессмысленным взглядом уставилась в темноту. А сердце  всё продолжало тревожно колотиться.
Сон, это только сон.
Очень приятный и сладкий, но навязчивый. И уже больше похожий на кошмар.
Когда же он перестанет ей сниться? Столько лет уже прошло…
И каждый раз после этого сна, просыпаясь в волнительном возбуждении, чувствовала себя виноватой. Ведь так не должно быть…
Катя перевернулась на бок и вздохнула, прислушиваясь к ровному дыханию мужа. Она не любила чужие постели. Не любила отели и гостиничные номера, даже самые лучшие.
Она вообще не любила ездить в командировки со своим мужем.
А может, просто не любила своего мужа? И,  когда он уезжал, чувствовала предательское облегчение и спокойствие.
И за это себя тоже винила.
Миша был очень хорошим, просто замечательным мужем и её любил очень сильно, она это понимала. 
Разумом понимала, а вот сердцу  было наплевать на все доводы. Сердцу ведь не докажешь и не прикажешь. 
Возможно, она бы и смогла его полюбить со временем, хотя бы в благодарность за то, что он для неё сделал, если бы сердце было свободно. Если бы там было хотя бы немного места для кого-то ещё. Но оно было поделено на две ровные части, которые сливались в одно целое. Между двумя её самыми любимыми мужчинами. Сыном и темноволосым ловеласом и шалопаем с магическим взглядом и сокрушительной улыбкой из её прошлого. Андреем Ждановым.
Какая же она была глупая, когда думала, что со временем любовь пройдет и сердечко перестанет в волнении подпрыгивать при любом, даже малейшем воспоминании о нём. Думала, вылечится от этой любви, забудет, остынет… Ведь говорят, что время лечит! Но ничего не помогало и не спасало.
Прошло уже несколько лет, и она уже давно называла другого мужчину своим мужем, а стоило закрыть глаза, и сразу представлялся Андрей с его обволакивающим и тёмным от желания взглядом и мягкой соблазняющей улыбкой. Закрывала глаза и чувствовала его прикосновения, дерзкие и смелые, не чета Мишиным. Даже после стольких лет брака словно боялся её. Как будто она разбиться может, если он до неё дотронется.
А может, это всё самообман? И Андрей тут ни при чём? Просто она не любит мужа и ищет повод…
Тогда, четыре года назад, брак с Мишей показался ей спасением, избавлением от всех проблем.  Хотелось сбежать от всего и больше не думать и не вспоминать. 
В то утро, проснувшись рядом с Андреем, она передумала уезжать. Ей больше ничего не хотелось, только быть рядом с ним, несмотря ни на что.  Готова была к любым испытаниям и трудностям, всё для него! Ведь ночью он раз за разом повторял ей, что любит. И она ему поверила.
Как последняя дура поверила!
А потом услышала его разговор с Малиновским, и внутри всё оборвалось и разбилось. В тот момент показалось, что это её любовь разлеталась на миллионы маленьких осколков, когда упала. И нет её больше, осталась только кучка блестящих радужных стёклышек. Не осталось ничего.
И когда раздавала настоящий отчёт акционерам, всерьёз считала, что поступает правильно. Желание отомстить, причинить ему боль за свою боль затмевало все доводы разума. И даже его предполагаемая реакция её не страшила…
Она её не увидит. Сегодня же уйдёт, уедет, вычеркнет из своей жизни всё, что связано с именем Андрея Жданова.
То, что он будет просить у неё прощения после всего, что она сделала, Катя совсем не ожидала. И тогда ей это показалось верхом лицемерия. Хотя и не смогла его оттолкнуть, когда Андрей её обнял, но это было прощание.
А потом пришла Кира и начала кричать, а Катя мечтала только поскорее уйти. Чтобы где-нибудь забиться в угол и начать зализывать свои кровоточащие раны. Всё вокруг казалось опасным и причиняющим боль.
Но и просто так уйти ей не удалось. Пришлось ещё пережить разговор с Кирой. Она не хотела ей ничего рассказывать, выносить их отношения с Андреем на её суд, да и боль причинять не хотела, но Воропаева сама её вынудила.
Катя смотрела на неё, бьющуюся в истерике, но жаль её почему-то не было. Самой было слишком больно, чтобы ещё воспринимать чужие страдания.
И она ушла, оставив после себя «Зималетто» в полном хаосе. Но её собственный душевный хаос  волновал её тогда намного больше.
Надеялась, что уедет и чужая страна и большое расстояние принесут облегчение, но всё оказалось совсем не так. Даже покаялась, что прилетела в Египет, но только чувство долга и благодарности перед Юлианой заставило остаться.
Виноградова пыталась её отвлечь от грустных мыслей, таскала по магазинам и салонам красоты, и очень скоро Катя с удивлением начала замечать в зеркале совсем другого человека. Изменившуюся Катю Пушкарёву. Даже радоваться начала.
На Мишу она вначале не сильно обращала внимания. Точнее, обращала, но просто как на милого молодого человека, который почти всегда рядом и готов помочь в любой ситуации.
В любой. Ситуации.
Даже на его откровенные ухаживания внимание обратила только после того, как Юлиана ей на это пальцем указала. Но и после этого только смущение почувствовала. В тот момент её ничто не интересовало, особенно новые романы. Она смертельно тосковала по Москве, родителям и умирала от безысходной любви к Андрею. Хотелось плюнуть на всё и вернуться. К нему. Лишь бы знать, что они смогут понять друг друга, найти общий язык. И она бы поехала к нему, наплевав на свою гордость.
Когда в первый раз потеряла сознание, решила списать всё это на жару и мучительную аклиматизацию. Отмахнулась от врача и успокоила Юлиану тем, что ей надо просто отдохнуть.
Да ей и самой не могло прийти в голову, что она беременна. Даже не допускала такой мысли.
Какай ребёнок? Разве ей до этого? Просто куча проблем навалилась на неё со всех сторон!
Но через пару дней это повторилось, потом опять, а когда Виноградова  застала её утром в ванной, склонившуюся над унитазом, то просто взяла её за руку  и, не слушая никаких отговорок, отвела к врачу.
Беременна.
Это прозвучало как гром среди ясного неба. Катя чуть снова сознание не потеряла от такой новости и ещё очень долго не могла отойти от шока. Просто впала в ступор, в тихую панику, но когда они добрались до отеля и она вошла в свой номер, у неё началась настоящая истерика.
Некстати заявившегося Мишу Юлиана выставила вон, хотя он никак не хотел уходить, донельзя обеспокоенный видом рыдающей Кати. Но Виноградовой всё-таки удалось выпроводить его за дверь.
Истерика закончилась, и в голову полезли устрашающие мысли, одна хуже другой.  Она нервно забегала по комнате, твердя вполголоса только один вопрос:
- Что  делать? Что делать?
- Что делать?
- Этот вопрос надо было задавать себе раньше! – Юлиана присела на её кровать и закинула ногу на ногу. И сильно нахмурившись, наблюдала за своей подопечной, которую накрыла паника.- Как тебя угораздило, а? О чём ты вообще думала?
Катя только головой покачала.
- Я не знаю… Андрей всегда сам об этом думал, а я…
- А ты расслабилась! Катя, разве можно на мужиков в таких делах полагаться? Вот тебе и результат! Какой срок?
- Три недели,- убитым голосом проговорила она и даже глаза закрыла, всё ещё не в силах поверить.
Юлиана удивилась.
- Подожди, мы здесь три недели!.. А ты мне ещё когда говорила, что у вас с Андреем больше ничего не было.
Катя кивнула.
- Не было… долго,- а потом пояснила.- Последняя ночь перед отъездом.
Виноградова закатила глаза.
- Понятно. Решила себе прощание устроить? По полной программе, так сказать!
- Юлиана, ну не мучай ты меня!- взмолилась Катя и опять заревела.
- А ты не реви! Смысл сейчас реветь? Уже поздно. Лучше думай, что делать будешь!
Катя испугалась.
- Я не знаю…
- А тут и знать нечего. Либо рожаешь, либо аборт делаешь. Третьего не дано.
Пушкарёва побледнела и без сил опустилась в кресло.
- Я не хочу…- прошептала она одними губами.
- Что, аборт делать?- уточнила Юлиана.
Катя кивнула.
- И рожать не хочу. Ничего не хочу.
- Ну, знаешь ли, милая моя!- всплеснула руками Виноградова.
- Юлиана, что делать?- в голосе опять зазвучала паника.
- Что, что! Ехать в Москву и идти к Андрею!
Катя даже подскочила.
- Да ты что? Я не могу!
- Катя, сейчас не до обид и разборок! Ребёнок – это серьёзно! И если ты решила родить, то тебе нужна помощь. В данном случае - помощь Жданова!
- Да какая помощь? Он и видеть меня, наверно, не захочет! После всего случившегося! Я ему жизнь испортила, понимаешь? Разрушила его карьеру, отняла «Зималетто»! У  него испортились отношения с родителями, с невестой, а всё из-за меня! А теперь я приеду как ни в чём не бывало и скажу:"А знаешь, я беременна, женись на мне!"
Юлиана поджала губы и задумалась.
- Да уж, ситуация. Но всё равно, я считаю, что тебе надо с ним поговорить. Обрадуется он или нет, но это его ребёнок! От этого уже никуда не денешься!
- И услышать от него:"Делай аборт!" ?- Катя горько усмехнулась.- Нет, я не могу.
- Ну почему ты так уверена, что он попросит тебя именно об этом?
-Потому что знаю. Ему не нужен ребёнок, Юлиана! Я однажды слышала его разговор с Малиновским. Кира тогда заговорила о детях, и он перепугался жутко. Ему от собственной невесты ребёнок не нужен, а уж от бывшей секретарши… и подавно.
Они помолчали, потом Виноградова вздохнула.
- И что теперь?
Катя пожала плечами.
- Я не знаю. Я сейчас ничего не знаю. Жутко устала.
Она тяжело поднялась с кресла и перебралась на кровать. Поджала ноги к животу и замерла в такой позе, только иногда еле слышно всхлипывала.
Юлиана повернулась и погладила её по спине.
- Успокойся. И эта проблема найдёт своё решение, вот увидишь. А сейчас тебе отдохнуть надо, - она прикрыла её одеялом и тихо вышла из номера.
И тут же  столкнулась со взволнованным Мишей. Он нервно вышагивал у дверей Катиного номера, меряя шагами коридор, и сильно хмурился. Потом увидел Юлиану и кинулся к ней.
- Как она? Успокоилась?
- Господи, Миша, ты-то что здесь делаешь?
- Юлиана, я же видел, как она рыдала! У неё что-то случилось, да?
- Случилось. Но эту проблему она может решить только сама.
- Она заболела? Мне сказали, что вы ездили в больницу.
- Да не заболела!.. Миша, не пытай меня!  Я не могу тебе рассказать! Кате это не понравится.
- А я ей ничего не скажу. Что знаю,- пообещал он.- Но я хочу ей помочь! Ты же знаешь… как я к ней отношусь.
Виноградова с жалостью посмотрела на него.
- Знаю, Миша. Но ей, правда, сейчас не до этого.
Борщёв торопливо закивал.
- Да, я понимаю. У неё что-то случилось, у неё очень грустные глаза. Но со временем она успокоится…
- Да нет у неё времени!- потом понизила голос шёпота. - Беременна она, Миш, только сегодня узнала. И поэтому, я думаю, что тебе не следует…
Миша застыл, глядя куда-то в одну точку, а потом громко сглотнул.
- А кто… отец?
Юлиана не совсем понимала его любопытство, но зачем-то ответила.
- Шеф её бывший. Они очень плохо расстались, вот она и… Не повезло девчонке. И в Москву ей теперь хоть не возвращайся, тем более с животом,- она уже просто размышляла вслух, а Миша внимательно прислушивался. - Он её там в покое не оставит в любом случае. Я-то Жданова знаю!
- Значит, ей нельзя обратно?
Виноградова пожала плечами.
- Да кто же знает, как всё случится? Как Катя решит, так и будет.

Но она тогда не в состоянии была принимать какие-либо решения. Весь мир от неё отдалился, и она осталась в странном вакууме, и даже звуки извне с трудом до неё доносились.  Каждая мысль давалась с трудом, мучительно. В голове билось только одно – ребёнок.
У неё будет ребёнок от Андрея. Их общий ребёнок.
Он уже у неё есть.  Внутри неё. Маленький, совсем крохотный и беззащитный. Если она его не защитит, то кто? Больше некому.
Разве она может решиться убить его, несмотря на все проблемы? Разве может лишить себя такого чуда?
Но как его уберечь? Чтобы не знал, не догадался о жестокости этого мира?
И что она скажет родителям?
Решение пришло оттуда, откуда она и не ждала. С той стороны, что и помыслить невозможно.
Миша сделал ей предложение.
Катя поначалу опешила, очень растерялась, что-то невнятно пыталась ему объяснить, начала намекать на причины невозможности этого, да и просто на то, что они слишком мало знакомы.
А он вдруг сказал, что всё знает. Про её проблемы и даже про ребёнка и что всё хорошо обдумал и хочет ей помочь.
- Я же ничего не требую, Кать, и торопить тебя не буду. Просто тебе нужна помощь, и я готов… Давай просто попробуем! Я же тебя люблю, Катюш! Вот увидишь, всё получится!
Катя сначала решила, что он шутит, сам не понимает, что говорит. Но Миша был настойчив.
- Это глупо,- говорила она Юлиане.
- Глупо,- соглашалась та.
Но каждый раз, звоня в Москву, Катя убеждалась, что ситуация только ещё больше накаляется и успокаиваться никто и ничто не собирается.  
И что Андрей её ищет.
Ещё бы. Наверняка готов её убить за всё… Это ведь она виновата во всём. Её месть удалась.
Вот только легче ей от этого не стало. Только хуже.
И вот в тот момент ей показалось, что Мишино предложение – это… спасение от всех проблем. В тот момент ей так показалось.
Замужество избавит её от преследований Жданова, объяснения с родителями (точнее, неприятного разговора не избежать, но отец не будет переживать из-за того,  что его любимая дочка спала со своим почти женатым начальником, да ещё и забеременела от него), к тому же это избавит её от необходимости возвращаться в Москву. Миша говорил ей, что у него есть возможность открыть свой ресторан как в Москве, так и в Питере, и если она решит… Они в Москву не вернутся.
И в конце концов она согласилась.
Юлиана схватилась за голову, а Борщёв обрадовался. Правда, Катя так и не поняла, чему именно.  Ей было совсем не радостно. Да и не её это было чувство в тот период жизни.
Свадьба была поспешной, зарегистрировались они в российском консульстве Египта, чтобы в Россию вернуться уже мужем и женой. 
Спасибо Юлиане, которая помогла её родителям быстро прилететь в Египет, чтобы присутствовать на церемонии бракосочетания. Они прилетели, но были в полном шоке и никак не могли понять, что же на самом деле происходит и для чего такая спешка. Правда, Миша им понравился сразу, и они, в конце концов, успокоились, а скорее,  просто смирились. Потому что Катя в этот раз не спрашивала их совета и не просила разрешения, просто поставив перед фактом. 
Объяснить она им ничего не могла, просто сама до конца не понимала. Всё происходящее казалось нереальным. Как будто всё не с ней, во сне. А потом она проснется, и всё будет по-прежнему. И она будет в Москве, и Андрей будет рядом, а она всё ещё будет работать в «Зималетто». А она раньше и не понимала, насколько счастлива. И что ей так мало нужно было для этого самого счастья.
Но она выходит замуж за почти чужого и незнакомого человека. А почему? Потому что испугалась, струсила.
И изменить уже ничего не могла, другого решения не знала и не видела.
Миша был хорошим, заботливым, любящим, делал для неё всё, что мог и не мог. А она мучилась своими страхами, чувством вины и тоской.  Тосковала по прежней жизни, Москве, «Зималетто» и, конечно, Андрею.  Всё никак не могла отвыкнуть от необходимости видеть его, слышать его голос, видеть улыбку, хоть мимолётную и адресованную не ей. Но видеть.
Несколько раз она порывалась ему позвонить - уже из Питера, когда становилось совсем невыносимо,  но каждый раз себя останавливала, боясь услышать в его голосе нотки ненависти и презрения.
Этого бы она не пережила.
Но со временем и эти переживания отошли на второй план. Она, Андрей, отношения с мужем – всё стало неважно. Она готовилась стать матерью, срок приближался, и уже не терпелось взять на руки своего малыша и посмотреть ему в глазки. Она никак не могла отделаться от мысли, что тогда Андрей опять будет с ней, хотя бы через своего ребёнка. Но рядом с ней.
Миша был очень терпелив и заботлив, и Катя была ему за это очень благодарна.  Он изо всех старался не нагружать её своими проблемами, чтобы ей было полегче и попроще привыкнуть к нему и к их жизни вместе. Он был непривередлив и спокоен. И любил её. И ближе к родам Кате даже удалось успокоиться и сосредоточиться только на скором появлении ребёнка.
Конечно, чужой город, пусть и такой красивый и прекрасный, как Питер, иногда удручал. Чужой ведь. Нет друзей и знакомых. Кроме мужа, и поговорить-то не с кем. И заняться нечем, кроме обустройства новой квартиры. А она не привыкла бездельничать.
А потом родился сын.
В один прекрасный день, который навсегда изменил её жизнь. И всё остальное стало неважно, у неё появился смысл в жизни.
И все вокруг радовались, но ей было всё равно. Сосредоточилась только на своих чувствах к этому маленькому комочку и никак не могла справиться со вспышкой нежности и любви, которая затопила всё внутри.
Когда она впервые взяла его на руки, с трепетом, даже руки немного дрожали, а он открыл глазки и посмотрел на неё, Катя не сдержалась и заплакала.
Андрей.
Весь мир замер вокруг, а она смотрела только в его глазки и думала о том, что больше никогда не будет одинокой. Теперь у неё есть самый важный человечек в жизни, ради которого стоит жить.
А папа беспрестанно теребил притихшего Мишу и постоянно повторял:
- Сын, Мишка! Внук! Ты рад?
Тот молча кивал и улыбался, не спуская с жены внимательного взгляда.
Мама вытерла слёзы и погладила дочь по голове, а потом заглянула в личико внука.
- Катюша, как назовёте? Уже решили?
Катя не успела ответить, опять заговорил отец.
- Надо что-то такое! Громкое! Дмитрий! Катюх, как тебе?
Она покачала головой.
- Павел,- тихо, но уверенно сказала она.
Пару секунд все молчали, обдумывая, а потом Пушкарёв хмыкнул.
- А что? Мне нравится. Павел Михайлович Борщёв!
Катя с любовью вгляделась в лицо сына.
Павел Андреевич Жданов.
Он Жданов.
Катя просто с ума сошла, боялась отойти от сына, ей всё время казалось, что он исчезнет, испарится, что его кто-нибудь посмеет у неё забрать. Вся жизнь сосредоточилась только на нём, пыталась отдать ему всю свою нерастраченную любовь. Любовь, которую испытывала к его отцу, отдавала своему сыну.
И ей бы этого хватило для жизни и для счастья, но у неё ещё был муж, о котором она на время забыла. А она жена, и надо было налаживать уже не просто быт, а семейную жизнь. А это потребовало от неё ещё больших душевных мук, пришлось практически переступить через себя. 
Миша не настаивал и не заставлял, но она-то всё понимала и видела, что его больше их отношения не устраивают. Он же её любил как женщину, и продолжать быть просто друзьями, живя в одной квартире и представляясь всем мужем и женой, дальше было невозможно.
Она долго себя уговаривала, убеждала, что он хороший, лучший человек, которого она когда-нибудь встречала, любит её... Разве она не может его полюбить? Да и любит, просто не так… Но этого должно хватить, чтобы…
Чтобы попытаться дать своему сыну полноценную семью. Маму и папу.
Всё для сына.
Потом долго, почти полночи просидела в ванной и прорыдала.  Тихо, уткнувшись лицом в большое махровое полотенце, которое заглушало рыдания, чтобы он не слышал. Миша  ведь ни в чём виноват. Это она всё решила когда-то и пошла на это. Воспользовалась им для решения своих проблем, и самое малое, что она может сделать для него теперь, - это стать ему хорошей женой. По крайней мере, постараться.
Время шло, и вот уже Пашке исполнился год, а потом два. И жизнь её вроде наладилась, и уже не приходилось вымученно улыбаться, принимая объятия и поцелуи мужа. В конце концов, она смирилась и даже начала находить всё больше положительных качеств в Мише. 
Плюсы находились, а любовь так и не приходила.
Ресторанный бизнес набирал обороты. Катя радовалась за мужа, помогала, чем могла, поддерживала и, наверное, была хорошим другом. Но вот роль любящей жены у неё никак не выходила. Жена – да, а любовь…
Она старательно не думала о Жданове, гнала от себя все мысли о нём. Но и вычеркнуть его из своей жизни тоже не получалось: перед глазами постоянно была его точная копия, только маленькая.  А уж как она сына любила! За двоих.
Об Андрее она знала многое. Из журналов, да и от Юлианы. Знала, что он всё-таки женился на Кире, и хоть говорила себе, что рада за него, но потом запиралась в ванной и ревела - от ревности, тоски и безысходности.  Знала обо всех его романах, о которых писали в жёлтой прессе. Знала о том, что происходит в «Зималетто», и искренне радовалась за Жданова, когда ему что-то удавалось и это помогало компании. 
Иногда думала: а не позвонить ли ему? Ничего не говорить, просто услышать его голос. Всего на несколько секунд, просто вспомнить интонацию…
Но в последний момент пугалась. Что не сможет сдержаться и разрыдается, или ещё хуже… просто прокричит в трубку, как его любит. До сих пор. И несмотря ни на что.
Боялась приезжать в Москву к родителям. Всё время нервничала, боялась, что случайно встретится с ним или с кем-нибудь знакомым на улице. Просто столкнётся, и уже ничего не изменишь. Поползут слухи и разговоры, которые в конце концов дойдут и до Андрея.
А ещё с каждым их приездом в Москву, чем больше взрослел Пашка, у Кати всё больше начала развиваться навязчивая идея, что родители могут догадаться обо всём. Он был похож на Жданова как две капли воды, от неё не было ничего. И внешне, и характером и повадками. Улыбкой. На него. Ей казалось, что это просто бросалось в глаза. Но все молчали и ничего не говорили.
Когда сын улыбался, у Кати порой сердце останавливалось.
А потом он начал говорить, и когда она впервые услышала от него ставшее любимым слово «Отлично!» - в любимой ждановской интерпретации, растягивая первую гласную, превращая её в А, чуть в обморок не упала. 
И боялась, что родители поймут, догадаются, и удивлялась, что они не понимали. Они ведь знали Андрея, а тут даже приглядываться не надо было… Но, видно,  они слишком хорошо думали о своей единственной и любимой дочери.
И вроде всё в её жизни складывалось более чем удачно, даже пожаловаться не на что. Дом полная чаша, чудесный ребёнок, замечательный муж… правда, нелюбимый. И всё это было бы чудесно и правильно, если бы не её почти тайная, забитая в глубину сердца любовь, сжигающая изнутри. Но она не могла выгнать её из себя. И вырвать не могла, как ни старалась.
А потом она начала замечать, как Миша начал  всё больше отгораживаться от Пашки. Несознательно, но буйный ждановский нрав, льющийся из Пашки через край, его сбивал с толка, и усмирить его у Миши  никак не получалось. И то, что мальчик был настолько похож на своего отца, его пугало. Видимо, он рассчитывал, что ребёнок будет похож на Катю - женщину, которую он любит, а всё получилось иначе. Это был не его ребёнок, чужой, но и как бы не её. Копия мужчины, которого он не знал, но который каждый день угрожал разрушить его семью и отнять любимую женщину.
Нет, Катя никогда не замечала, чтобы он отталкивал Пашку открыто и уж тем более, обижал. Просто он его сторонился с некоторых пор. С тех самых, как тот начал говорить и проявлять особенности своего характера в открытую. Миша не умел с ним управляться, и ей даже иногда казалось, что побаивался его необузданного нрава и бьющей через край энергии. Пашка никогда не мог усидеть на месте, ему нужно было что-то придумывать и делать. Из-за этого в доме частенько что-то разбивалось и падало, а ребёнок лишь смеялся, редко пугаясь чего-то и не  плача.
Катю это безумно радовало, и она постоянно подсознательно искала в нём всё новые черты Андрея, а Миша хмурился, но никогда не говорил ей, как надо воспитывать ребёнка, и не встревал, начисто устранившись от этого самого воспитания.
Вот это Валерий Сергеевич заметил и уже не раз начинал этот тяжёлый для неё разговор. Но что она могла поделать? Да, Пашка называл Мишу папой, но это были лишь слова и, как факт, записано на бумаге, но она не могла заставить мужа полюбить своего сына.  И Катя только боялась, что со временем станет только хуже, что они окончательно отдалятся друг от друга и никогда не найдут общего языка.
А Пашке был нужен отец - настоящий, она это чувствовала, эту его потребность. В настоящем отцовском воспитании, в твёрдой мужской руке. Миша ему этого дать не мог, и ей оставалось надеяться только на своего отца. Что Валерий Сергеевич сумеет восполнить этот пробел.
Пушкарёв хмурился и решительно не понимал Михаила. При всём том, что Борщёв был прекрасным и любящим мужем и зятем, он боялся и сторонился своего ребёнка. 
А Катя боялась всё объяснить.
Но она при всём своём желании не могла стать мамой и папой в одном лице. Но для своего сына была готова на многое. И смириться готова была со многим.
Родители Миши жили далёко, в Новосибирске, и она была этому очень рада. Не сложились у них тёплые семейные отношения. Если в начале, только после их знакомства, отношения были ровные и даже душевные, то после рождения Пашки всё изменилось. Катя так поняла, что Миша рассказал родителям правду. Нет, они были вежливы и никогда не сказали ей ни одного грубого или обвиняющего слова, и «внуку» покупали подарки, но этим всё и ограничивалось. Никакой душевности и искренности в них не было. Сначала она переживала из-за этого, а потом решила, что это не так уж и важно. Видятся они редко, только иногда перезваниваются, а в гости к ним Миша всегда ездит один, а Пашка ещё маленький и помнит их плохо, и нечего забивать себе голову ещё и этими проблемами.
Других хватает.
А Андрей продолжал приходить к ней во сне и смотрел, но только со снимков в журналах. Она их тайком  припрятывала, даже вырезала фотографии иногда, и складывала в свою шкатулку, которая запиралась на ключ. А когда Миши не было, доставала и рассматривала снимки, жадным взглядом выискивая перемены в его облике. Когда она узнала, что он опять стал президентом, что сам добился, опять плакала, но гордилась им жутко. 
Её Андрей…
Теперь уже не её, только в её мечтах и воспоминаниях. И в её ребёнке. А это уже навсегда и никто не сможет отнять.
…Она осторожно поднялась и вышла из спальни, стараясь ступать как можно тише.  Прошла в комнату сына и осторожно прикрыла за собой дверь. Пашка спал, сбросив с себя  одеяло, как всегда, впрочем, и, потрогав его лоб, она поняла, что он немного вспотел. Присела рядом с его кроватью на корточки и посмотрела на его родное личико.
- Папочка очень тебя любит, милый,- тихо прошептала она. - Я знаю. 
Потом наклонилась и поцеловала его в лоб.
А я со всем справлюсь. У тебя будет семья, чего бы мне это ни стоило.
Я же обещала.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #5 : Ноябрь 23, 2017, 11:24:15 »

Глава 4.

- Как Лондон? Погода балует?
- Да как тебе сказать? Дождь.
- А у нас жара. Явно не майская.
- Здорово. Пашка соскучился по теплу.
Катя вышла на балкон, под моросящий дождь. и посмотрела на пасмурное небо. И вздохнула.
- Ну что ты всё вздыхаешь?- воскликнула Юлиана, а Катя почему-то представила её, сидящую в своём кабинете, у окна,  за которым ярко светило солнце. 
А за окном была Москва...
- Предчувствие у меня какое-то.
- Плохое?- насторожилась Виноградова.
- Да нет, просто предчувствие. Чего-то важного.
- У тебя всегда такое предчувствие - перед тем, как Пашка что-нибудь нахулиганит!
Катя засмеялась.
- Ну что ты! Он в последнее время ведёт себя, как шёлковый!
- К чему бы это!- тоже засмеялась Юлиана. - Кстати, как моему крестнику Лондон?
- Да ему всё равно. Что Лондон, что Питер, что Гималаи. Он везде найдёт себе занятие и мне проблемы.
- Да уж, весь в папу, - хмыкнула Юлиана, а Катя напряглась.
- Юль, зачем ты? Не надо.
- Да ладно тебе! - потом помолчала и уже более ровным тоном сказала:
- А хочешь, я тебе скажу, к чему твоё предчувствие?
У Кати дыхание остановилось, и она вцепилась в перила балкона.
- Что с ним? Что-то случилось, да? Юлиана, скажи мне!
- Да успокойся ты! Ничего с твоим Ждановым не случилось. Жив, здоров и, как говорится, вполне упитан! Они с Кирой разводятся, Кать, я сегодня узнала.
Голова закружилась.
- Разводятся? Почему?
- Откуда же я знаю? Но информация точная, они уже имущество делят.
- Господи, только этого не хватало!
- А чего ты разволновалась? Разводятся и разводятся, чёрт бы с ними!
- Не говори так, - поморщилась Катя.
- Вот всё время ты всех жалеешь! Мало тебе своих проблем? Свою жизнь налаживай, что ты всё о Жданове беспокоишься? Он-то не пропадёт!
- Ты о Ткачук?- она это еле выговорила. - Я читала про их роман.
- Переживаешь?
- А смысл? Меня это не касается.
- Ну-ну. Но эта дамочка ещё та штучка, своего не упустит.
- Ты с ней знакома?
- Сталкивались. И, похоже, она всерьёз на  нашего Андрюшу глаз положила. Так просто коготки свои от него не уберёт. 
У Кати от ревности в голове зашумело.
- Юлиана, прекрати!
- Ого! Ладно, ладно, я молчу. У Миши как дела? Что с рестораном?
- Документы готовит. Думаю, что всё получится.
- Вот видишь, как далеко пошёл твой муж? Уже Европа почти в кармане.
- Я рада, - пробормотала Катя, но думала совсем не о муже.
Её настойчиво подёргали за полу халата, она опустила глаза и погладила сына по голове, а потом нахмурилась.
- Пашка, ты чего босиком? Немедленно иди в комнату!
Ребёнок на строгий возглас матери только рассмеялся и унёсся обратно, сверкая голыми пятками.
- Хулиганит?
- Немного.
- Завидую я тебе, подруга. Белой завистью завидую. Такое сокровище у тебя есть. Вот только папу ему надо, чтобы воспитывал и нрав его сдерживал.
- Юлиана, но ты-то должна понять!.. Не могу я Мишу заставить!..
- А я не про Мишу говорю. Дождёшься ты, Кать, что Андрей сам узнает!
- А как он узнает? Ты же ему не скажешь. И Колька не скажет. А больше никто и не знает. Да и не думаю я… что он обрадуется. У него своя жизнь, весьма насыщенная, а мы с Пашкой… нам в его жизни места нет.
- Лишь бы не ошибиться тебе, Катюш.
Отвечать на это Катя ничего не стала, сама мучилась этой мыслью уже не первый год, и они скомкано попрощались.
Она вернулась в номер, подхватила Пашку, который пытался зачем-то влезть на книжный шкаф, на руки и поцеловала в тёмную макушку.
- Ты что творишь, а, хулиган? Я только тёте Юле сказала, что ты хорошо себя ведёшь, а ты?
- Я хорошо себя веду! 
- Хорошо? А на шкафу тебе что понадобилось?
Он указал пальчиком на статуэтку в виде собаки на верхней полке.
- Хочу! 
Катя потянулась за собакой, подала ему и опустила сына пол.
- Только не разбей, я тебя очень прошу!
Пашка устроился с новой игрушкой на диване, а в комнату вошёл Миша, уже в костюме и с галстуком в руках.
- Катюш, посмотри, этот подойдёт?
Она оценивающе посмотрела и кивнула.
- Да, этот подойдёт,- потом подошла, взяла у него из рук галстук и стала завязывать.- Волнуешься?
Он дёрнул плечом.
- Да нет. Просто открывать свой ресторан – это всегда куча проблем, ты же знаешь. А это даже не Москва, а Лондон. Ответственность намного больше.
- Всё получится. Ты прекрасно знаешь своё дело.
- На это и надежда. А ты чем займёшься?
- Пройдусь по магазинам. Надо Пашке что-нибудь купить. Я совсем не рассчитывала на такую погоду.
Миша кивнул.
- Тут недалеко большой торговый центр, видела?
- Да,- она аккуратно подтянула узел галстука и убрала руки. - Очень хорошо, галстук подходит идеально… Я как раз туда и собралась. Не хочу далеко ехать, мы недолго. Купим кое-что и просто прогуляемся.
- Потом отпразднуем?
- Конечно,- с готовностью поддержала она эту идею и улыбнулась.
Миша на секунду пристально всмотрелся в её лицо, а потом наклонился и поцеловал. Катя без малейшего сомнения ответила на его поцелуй. Она уже давно научилась контролировать свои эмоции и не отскакивать от мужа, как только он к ней приближался, тем более когда хотел поцеловать. 
Научилась. Разве этому надо учиться? Разве это правильно?
Когда Миша ушёл, она вздохнула с облегчением и опять себя за это укорила. Радоваться надо, муж карьеру делает!
Ходить с Пашкой по магазинам было сущим наказанием. Его невозможно было увлечь чем-нибудь одним, тем более таким скучным делом, как примеркой одежды. Это его не интересовало совершенно. И поэтому Кате приходилось применять все свои способности фокусника, чтобы как можно быстрее одеть и раздеть ребёнка, пока он всерьёз не начал капризничать. 
А вот магазины игрушек, детские площадки и яркие разноцветные батуты, на которых можно вдоволь напрыгаться, были самыми желанными развлечениями. Увести его оттуда было очень трудно, практически невозможно. Но в этом Катя ничего удивительного не находила, все дети любили такие прогулки и игры. Но иногда Пашка всё же начинал показывать характер, и Катя даже терялась порой, не зная, как с ним справится. А уж о Мише и говорить нечего. Да он и не пытался даже, зная, что ему это не под силу. Все вокруг говорили, что упрямство её сыну полностью перешло от неё и даже превзошло, но  только они не догадывались, что не превзошло, а просто её упрямство слилось со ждановским, и получилась вот такая гремучая смесь. Да и что могло получиться от её союза с Андреем? Только такой упрямый и обаятельный бесёнок!
Сегодняшний поход по магазинам всё же обошёлся без капризов и за хорошее поведение ребёнок был вознаграждён возможностью вдоволь полазить по детской площадке. Катя с улыбкой, но внимательно наблюдала за сыном, готовая в любой момент броситься ему на помощь, если он, не дай Бог, упадёт или ударится. 
- Паша, осторожнее! Не толкайся!- и улыбнулась, когда он на животе съехал по горке, а потом поднялся и начал с серьёзным видом осматривать свой запачкавшийся джинсовый комбинезон.- Иди, я отряхну.
Он протестующе замотал головой и опять полез вверх по лестнице.
Катя смотрела на него и продолжала улыбаться. И совсем не замечала женщину, которая уже пару минут стояла у неё за спиной и с удивлением присматривалась к её ребёнку.  А потом всё же решилась, подошла и осторожно тронула её за руку.
- Катя? Это вы?
Катя сначала не узнала этот голос, просто удивилась, с кем из знакомых её угораздило встретиться в магазине в центре Лондона. Обернулась и застыла от ужаса, глядя в изумлённое лицо Маргариты Рудольфовны. Они смотрели друг на друга и молчали, и у каждой в голове были свои мысли.
У Кати, когда она поняла, что на самом деле произошло, катастрофа какого масштаба случилась,  всё внутри сковало леденящим ужасом. И она видела, как взгляд Ждановой опять возвращается к её сыну, который стоял на горке и с радостной улыбкой махал ей рукой.
- Мама, посмотри на меня!
Она глянула на него почти испуганно, а потом опять на Маргариту, надеясь, что в её взгляде не плещется откровенная паника. И всё равно сделала ошибку. Вот в этот момент ещё можно было просто покачать головой и сказать, что та просто ошиблась. Что обозналась, что это совсем не она, Катя Пушкарёва, другая женщина. И пусть бы не поверила, но… можно было, можно!
А она растерялась и сказала прежним робеющим тоном:
- Здравствуйте, Маргарита Рудольфовна.
Та опять перевела взгляд на её лицо и кивнула.
- Здравствуйте, Катя. Это всё-таки Вы. Я с трудом узнала.
И опять замолчали. Что им было сказать друг другу?
- Вы в Лондоне?
Катя закусила губу, но быстро себя одёрнула. Нельзя показать ей, насколько нервничает.
- Я просто с мужем приехала… в командировку.
- Понятно…
- Мама, лови меня!
Катя обернулась и увидела, как Пашка бежит к ней, раскинув руки, и привычно поймала его в свои объятия. Погладила его по волосам, незаметно стараясь сделать так, чтобы он не повернулся лицом к Маргарите.
- Ты устал? Поедем домой, скоро папа придёт,- приговаривала она, пытаясь отвлечь сына. Но когда это его можно было отвлечь?
Пашка уже повернулся и с любопытством посмотрел на незнакомую тётю.
И Катя заметила, как мгновенно побледнела Жданова.
А ребёнок волнения взрослых не замечал.
- Меня Паша зовут!
Катя на секунду прикрыла глаза и даже покачнулась. Но собрала последнюю волю в кулак и посмотрела на Маргариту Рудольфовну, как можно спокойнее. Изобразила вежливую улыбку.
- Извините, но нам пора. Рада была вас видеть, Маргарита Рудольфовна. Надеюсь, у Пал Олегыча всё хорошо?
Маргарита кивнула в полной прострации, глядя только на ребёнка.
- Извините, нам пора,- ещё раз улыбнулась, взяла сына за руку и торопливо пошла прочь. А Пашка вдруг взял и обернулся, помахал Ждановой рукой.
Маргарита смотрела им вслед в полной растерянности. И когда мальчик обернулся и с такой знакомой улыбкой помахал ей рукой, её словно кипятком окатило, и она вдруг очень чётко поняла…
- Катя! Подождите!
Но Пушкарёва уже вошла в лифт и даже не обернулась. Двери закрылись, и лифт поехал вниз, а Маргарита осталась, не зная, что делать и что предпринять. А потом дрожащей рукой достала телефон.
- Паша! Ты даже не представляешь, что сейчас случилось!..
------* * *------
Она всё поняла. Конечно, поняла! Катя видела это по лицу Маргариты. Та была не просто удивлена, а ошарашена. Когда смотрела на Пашку, на её лице было просто написано огромное изумление.
А это означает только одно…
Что надо бежать!
Пока она в Лондоне, её слишком просто найти. В одной из лучших гостиниц города она буквально на виду. Её здесь отыщут быстро, просто в два счёта! 
Когда Миша вернулся, вошёл в комнату с довольной улыбкой и букетом цветов, она уже перестала в панике метаться по номеру и как раз в этот момент говорила по телефону, пытаясь заказать билеты в Питер на ближайший рейс.
На кровати уже стоял открытый чемодан, в который она попутно закидывала все свои и Пашкины вещи, которые попадались под руку.
Миша замер на пороге, а Катя лишь кинула на него мимолётный взгляд и продолжила разговор по телефону.
- Да, девушка, два билета, на любой ближайший рейс! Завтра утром? Только утром? Раньше никак? Что ж… Да, мне подходит. Спасибо.
Пашка пробежал мимо Миши, схватился за руку матери и подал ей статуэтку собаки.
- Мама, давай её возьмём! Пожалуйста!
Она посмотрела на сына, но ничего не ответила, подняла глаза на мужа.
- Катя, что происходит?
- Миша, мы уезжаем.
- Что значит, уезжаем?
Катя нервно сцепила руки в замок и вздохнула.
- Кое-что случилось сегодня… Нам с Пашкой лучше вернуться в Питер. И как можно скорее.
- Мама!
- Паша, дай маме с папой поговорить!
- Пап, я хочу собаку!
- Я тебе другую куплю, какую захочешь, а эту оставь здесь.
Ребёнок задумался и с сомнением посмотрел на полюбившуюся игрушку.
- Какую захочу?- всё-таки уточнил он.
Миша поспешно кивнул и опять посмотрел на встревоженную жену.
- Кать, что случилось?
Она с трудом перевела дыхание.
- Я сегодня в магазине… встретилась с Маргаритой Рудольфовной.
Миша всё равно не понимал. Недоумённо нахмурился.
- Кто это?
- Мать Андрея!- не сдержалась и воскликнула Катя. - И она видела Пашку, понимаешь?
Он почувствовал вполне обоснованную тревогу.
- И что?
- Что?.. А она поняла всё, Миша! Она же… она же мать! 
Он напрягся. Потом отвернулся от неё и задумался.
- Ты уверена?
Катя кивнула.
- Да… То есть… Да, я уверена. Я видела её лицо. Она догадалась. Миша, что делать? - у неё голос задрожал.
Он махнул рукой.
- Сначала успокоиться! Возможно, ты просто преувеличиваешь! Но ты права, уехать вам всё-таки надо. Возвращайтесь в Питер. Так будет спокойнее.
- А ты?
- А я переберусь в другой отель. На всякий случай. Ты же понимаешь, Катюш, я не могу сейчас уехать с тобой. Мне надо быть здесь!
- Да, я знаю. Конечно, тебе нужно остаться. Главное, чтобы нас здесь не было. В Лондоне я чувствую себя уязвимой, словно за мной постоянно кто-то следит! И как я могла забыть, что Ждановы живут здесь почти постоянно? Но кто же мог подумать, что мы столкнёмся случайно в магазине?.. И что Маргарита меня узнает? Хотя...она скорее Пашку узнала.
- Успокойся, - он подошёл к ней и обнял. Потом поцеловал в висок. - Успокойся, моя хорошая. Вы просто уедете, и всё. Я уверен, что последствий не будет. Случайная встреча, вот и всё.
Катя вздохнула и посмотрела на сына, который играл с собакой, засовывая её под диванные подушки, и что-то бормотал себе под нос. Был очень увлечён и на взволнованных родителей внимания не обращал.
Обойдётся? У неё уверенности Миши не было. Не зря у неё было сегодня такое предчувствие. Вот и случилось…
И опять приходится бежать.
Вот только правильно ли это? 
И не преувеличивает ли она опасность?
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #6 : Ноябрь 24, 2017, 08:01:13 »


Глава 5.

Это был обычный день. С утра он успел поругаться с Кирой, которая никак не могла успокоиться и всё пыталась что-то поделить. А ему было наплевать. Пусть забирает всё, лишь бы поскорее всё это закончилось. Чтобы немного успокоиться, позвонил Наде в Киев, поговорил с ней о каких-то глупостях, совершенно на отвлечённые темы, но это помогло расслабиться и настроиться на рабочий лад. А впереди была ещё встреча с поставщиками и, дай Бог, подписание выгодного контракта. А вечером… вечером всерьёз решил принять предложение Малиновского и прокатиться по знакомым «злачным» местам, чтобы отдохнуть и отвлечься.
Именно отвлечься. Вот в этом и была разница между нынешним Андреем Ждановым и тем, который был знаком всем ранее. Теперь он не развлекался, когда по привычке от развлечений у него срывало крышу, а именно отвлекался, ни в коем случае не  забывая о том, что на следующий день у него куча дел. И даже собственное расписание теперь помнил наизусть лучше своей секретарши.
И на этот вечер у него были почти грандиозные планы. И никаких мук совести, чувства вины и никаких оглядываний на жену и любовницу…
Полная свобода!
А потом позвонила мать и весьма встревоженным тоном поломала ему все планы на этот вечер.
- Андрюша, мы с папой сегодня срочно прилетаем в Москву.
- Что за спешка?- заинтересовался он. - Что-то случилось, мам?
- Случилось. Но это не телефонный разговор. Мы сегодня прилетим и вечером поговорим.
Андрей всерьёз забеспокоился.
- Мама, что случилось?
- Я же тебе говорю, это не телефонный разговор, но очень серьёзный!
- Что-то с папой?
- Нет, с ним всё в порядке, слава Богу. Дело в тебе.
- Во мне? А что я сделал?
- Андрей, прекрати задавать глупые вопросы! Всё вечером!
- Ну, хорошо,- сдался он.- Говори номер рейса, я вас встречу.
- Не надо нас встречать, мы сами приедем. Главное, будь вечером дома, хорошо?
- Мама…
- Хорошо?
- Хорошо. Я вас жду. Но ты меня окончательно запугала!
Вот он и ждал. Вместо того чтобы отправиться с Ромкой в клуб и «предаться разврату», как его утром обрадовал лучший дружок, сидел дома и ждал маму с папой. Даже на ужин что-то сам сварганил. Настроение было не очень, ничего особо  не радовало, потому что по тону матери он понял, что разговор будет не из лёгких. И даже догадывался о чём именно. Его опять будут воспитывать, и объяснять какую глупость он делает, разводясь с Кирой. Ведь лучшей жены он себе никогда не  найдёт!
Но что не сделаешь для любимых родителей? Он готов ещё раз всё это выслушать. И даже попытаться понять.
Открыв им дверь, Андрей сразу отметил их мрачные лица и мысленно вздохнул. Но только мысленно, а сам радостно улыбнулся. Морально он приготовил себя к испытаниям, но всё равно рад был их видеть.
- Мама, похвали своего сына, я ужин приготовил! Вы устали? Могли бы и завтра поговорить. Поехали бы к себе сначала, отдохнули…
-  Андрей,- отец прошёл в гостиную, проигнорировав накрытый стол, и сел в кресло,- нам не до ужина и не до отдыха. Нам надо очень серьёзно поговорить.
Жданов не сдержался и выразительно закатил глаза.
- Начинается! И стоило из-за этого лететь за тысячи километров! Чтобы поучить меня жизни!
- Андрей!
- Ну что? Мамочка, я тебя очень люблю, честно, но нашему браку с Кирой пришёл конец! И ничего уже не изменишь! И даже ради тебя. я не могу!...
- Дело не в Кире. Разговор пойдёт не об этом.
- Ваш развод – это ваше дело! Взрослые уже, сколько можно вас контролировать?
После этих слов Жданов удивлённо посмотрел на отца.
- Вот сколько живу, столько и удивляюсь! Надо мне было дожить до таких лет, чтобы меня перестали контролировать!
- Перестань паясничать!- резко оборвал его отец, и Андрей, конечно, замолчал. И посмотрел на мать, которая нервно вышагивала по комнате. И что самое странное, её даже не интересовал интерьер его новой квартиры. А ведь она всегда обращала большое внимание на то, в каких условиях он живёт. А сейчас ей явно было не до этого. Она нервничала, и это просто бросалось в глаза.
Андрей нахмурился.
- Родители, что случилось?
Они переглянулись.
- Паша, скажи ему!
- Сама говори. Я и от тебя-то ещё не до конца всё понял. Что я могу ему объяснить?
Жданов переводил взгляд с матери на отца и уже начал всерьёз беспокоиться. Но Маргарита Рудольфовна наконец остановилась посреди комнаты и посмотрела на сына таким серьёзным взглядом, что тот даже опешил.
- Андрей, я бы хотела с тобой поговорить о…- она замолчала, подбирая слова.- Помнишь ту девочку, что работала у тебя несколько лет назад? 
- Какую девочку?- не понял Жданов и насторожился ещё больше.
- Марго, ну что ты говоришь? Конечно, он помнит! Или ты сомневаешься? Андрей, мама говорит про Катю. Пушкарёву.
Кто-то изнутри взял его внутренности в кулак и скрутил в узел. Андрей явственно поморщился.
- При чём здесь Катя?  Она уже давно уехала из Москвы и…
- Я её видела. Вчера.
Он дёрнулся, как от удара. Посмотрел на мать изумлённым и жадным взглядом.
- Видела? Где?
- В Лондоне. Мы случайно встретились с ней в магазине.
Андрей даже не знал, что почувствовал в данный момент. Прошлое огромной волной вдруг нахлынуло откуда-то из небытия, и Катя опять превратилась в живого реального человека, а не просто в воспоминание и привычную любовную муку.
- Видела?- почти прошептал он, уже не замечая внимательных взглядов родителей.- Как она? Что говорила? У неё всё хорошо?
- Андрей, а что ты о ней знаешь?- спросил Пал Олегыч.- У вас ведь… были довольно сложные… отношения.
Жданов только усмехнулся.
- Папа! Хоть ты-то слова не подбирай! Прекрасно ведь всё знаешь!
Родители опять переглянулись, а Андрей вдруг разозлился.
- Да все знают! Только сделали из этого тайну, покрытую мраком! Что вам нужно? Чтобы я признался? Да, у нас с Катей был роман! И я не понимаю, к чему весь этот разговор! Встретилась с ней?- нервно сглотнул и отвернулся.- Что ж… Она в Лондоне, значит, у неё всё в порядке…
- Она замужем,- задумчиво произнёс Жданов-старший. - Ты знаешь?
- Знаю,- кивнул Андрей, так и не поворачиваясь. - Она вышла замуж… почти сразу, как уехала.
- И у неё есть ребёнок,- это уже мать. Осторожно так сказала и замерла в ожидании его реакции.
- Да знаю я!- заорал он. - Знаю! И что замужем и что ребёнок! Зачем всё это? Что это вас так Катя заинтересовала? Помниться, на её имя в нашей семье много лет было наложено табу, а теперь что за странный интерес? 
- Ты знал про ребёнка?
- Знал, ну и что? Это её дело! Вышла замуж, родила!..
Он уже не помнил себя от злости. Что родители посмели ни с того ни с сего с такой беспардонностью разворошить его ещё путью не зажившие раны. Зачем?
С какой стати они вообще вспомнили обо всей этой истории? Столько лет пытались вычеркнуть из памяти, а теперь… А его кто-нибудь спросил? Хочет ли он вспоминать? 
- Меня её жизнь не касается…
- Андрей, я вчера её видела. С ребёнком,- тихо проговорила Маргарита.
Андрей с шумом втянул в себя воздух и до боли сжал зубы. На языке вертелись тысячи вопросов, самых разных, но он старался не потерять самообладание и сдержаться.
Как выглядит? Сильно изменилась? Что говорила? О нём спрашивала? 
Как она вообще?!
- Мальчик просто твоя копия.
Он посмотрел на мать и засмеялся.
- Мама, ради Бога!
Маргарита покачала головой.
- Андрей, я серьёзно. Он похож на тебя как две капли воды.
Смех замер у него на губах. В растерянности смотрел на родителей, а в голове была пустота. Звенело, что-то кружилось, но ни одной мысли не было.
- Я тоже сначала не поверил, Андрей,- заговорил Пал Олегыч,- но я знаю твою маму. Просто так она не стала бы поднимать панику по такому серьёзному поводу. И если она говорит, что похож…
- Да не просто похож! Копия! Таких совпадений не бывает! А я же мать, я тебя вырастила, меня не обманешь! Я как этого мальчика увидела… у меня просто дар речи пропал! 
- А сколько ему?- надломленным голосом поинтересовался Андрей. Видно, что-то ещё соображал.
Маргарита опять нервно заходила по комнате.
- Года четыре, даже чуть меньше.
Математика ему сейчас никак не давалась. Он присел на кресло и схватился за голову.
- Не может этого быть! Она не могла…
- Андрей, она очень испугалась меня!  Почти смертельно, я видела это по её глазам. Схватила ребёнка - и бежать. По-моему, это о многом говорит.
- Мама говорит, что его зовут Паша.
Андрей дёрнулся и застонал сквозь зубы.
- Андрей,- забеспокоилась Маргарита, но тот только отмахнулся от неё.
У него никак не получалось вникнуть во всё это. Осознать, поверить. Эта новость просто свалилась ему на голову, ударила по неподготовленному сознанию, и казалось, что всё это просто не может быть правдой.
Да, он знал, что у неё есть ребёнок. Он же видел её тогда в магазине, в тот ужасный день… выбирала детскую одежду… 
Мозг неожиданно заработал с утроенной силой, и он, торопясь, принялся высчитывать. Когда это было? Сколько времени к тому моменту прошло? Он ведь тогда подумал, что она готовится… стать матерью. Только готовится, а если принять во внимание то, что говорит мама…
- Она тогда уже родила,- пробормотал он и открыл глаза. Посмотрел на мать несчастными глазами.- Мама, он… похож? На меня?
Маргарита всплеснула руками.
- Андрюша! Мальчик ты мой,- подошла и обняла его за шею. Поцеловала в макушку.- Как же так? Значит, этот мальчик… он на самом деле наш внук, да?
Жданов отчаянно замотал головой.
- Я не знаю, мама… Я не верю, что она могла так поступить. Это же Катя… она никогда мне не врала.
- Да, дела,- вздохнул Пал Олегыч.- Андрей, это очень серьёзно. Ты должен всё выяснить. Надо её найти. Потому что если это правда и это наш внук, то он… Жданов.
Андрей посмотрел на отца и едва заметно кивнул. Но всё ещё с трудом переваривал полученную информацию.
- Это возможно?- продолжал Пал Олегыч.- Найти Катю? Мы пытались найти её в Лондоне, обзванивали отели, но Екатерины Пушкарёвой нигде нет, а её новой фамилии мы не знаем.
- Я найду, папа. Теперь найду.
Сын? Как же такое возможно? Что Катя ему не сказала? Посмела не сказать? 
Ему! Посмела! Не сказать!
О его сыне!
Неужели и правда настолько похож?.. Его сын, его наследник.
Катя родила ему сына.
Вот эта мысль взволновала настолько, что оттеснила даже мысль о её предательстве. 
Катя родила ему ребёнка.
Он встал. Потом заходил по комнате, пытаясь быстро сообразить, что делать дальше. Где, как искать? Чтобы прямо сейчас? Чтобы прямо сейчас найти, вот сию же минуту, всё выяснить, узнать!
Куда бежать?
Родители заметили его состояние и забеспокоились.
- Андрей, успокойся! Не надо так реагировать! Иначе ты сейчас натворишь дел сгоряча! У тебя ведь характер!
- Мама, ну какой характер? Ты хоть понимаешь, что говоришь? У меня сын есть! Которого я никогда не видел! Потому что она от меня это скрыла! Как она могла?
Пал Олегыч встал и подошёл к нему.
- Мама правильно говорит – не  горячись. Если всё это правда… ты должен попытаться поговорить с Катей. Всё выяснить, наладить отношения. Это наш внук.
Андрей кивнул, но несколько потерянно.
Выяснить, наладить. 
Отношения.
Он наладит. Найдёт её, увидит сына, а потом… 
Главное, держать себя в руках!
-------* * *-------
Не спал всю ночь.
Сначала хотел напиться, но потом передумал. Сейчас ему нужна была трезвая, даже холодная голова, чтобы принимать правильные решения. Всю ночь слонялся по квартире, пытаясь придумать, что же делать дальше.
И осмыслить произошедшее…
У него есть сын. Его собственный, его кровь и плоть. И похож на него сильно, как говорит мама.
А он все эти годы ничего о нём не знал, всё страдал по его матери, которая оставила его, бросила, а теперь оказалось, что ещё и обманула. Предала.
Он всегда считал, что она другая, не такая, как другие женщины. Особенная.
А она оказалась хуже остальных. Лгунья и врунья. 
Спрятать от него его ребёнка! Уму непостижимо!
Разве этому можно найти оправдание? 
Да, он виноват перед ней. Все эти годы чувствовал себя виноватым, корил себя, упрекал, никак не мог себе простить, что обидел эту… невинную девочку, а она… 
Предала.
Это слово раз за разом приходило ему в голову, он пытался его отбросить, но никак не получалось. Раньше он думал, что ничто не сможет перекрыть его вину перед ней, а вон как всё повернулось.
Катя его предала.
За ночь он перебрал множество способов её найти, а к утру методом серьёзного отбора и анализа остался один. И, наверное, самый простой.
Зорькин.
Этот хитрый хлюпик всё о ней всегда знал. Катя всегда выкладывала ему все свои секреты, самые секретные секреты. Тоже мне, подружку нашла!
В душе поднялись все самые ужасные чувства. Злость, обида, даже ненависть. Только теперь он ненавидел её за нечто конкретное, а не просто потому, что когда-то посмела его оставить.
К утру довёл себя до такой степени озлобления, что руки тряслись. Курил одну сигарету за другой и не знал, на ком сорвать свою злость, чтобы хоть немного полегчало.
И надо было срочно встретиться с Зорькиным!
Самое странное, что на работу он опоздал. Всю ночь не спал, ходил из угла в угол, казалось, что ночь никогда не закончится, а счёт времени,видимо, потерял. Мысли кружили в голове, превращаясь в круговорот, в воронку, и он просто тонул в ней. Никак не мог выбраться, выплыть, да и просто успокоиться.
- Андрей Палыч, а вас ждут,- начала новая секретарша на ресепшене, как только он вышел из лифта, но, встретив его почти безумный взгляд, испуганно отступила и замолчала.
- Тропинкина где?- рявкнул он и остановился, хищно озираясь.
- Я… не знаю,- окончательно струсив, проговорила девушка и ещё отодвинулась.
- Маша! Тропинкина!- проревел Жданов, и офис замер, с тревогой прислушиваясь к бешеному рыку президента.
В холл вышел Малиновский и посмотрел удивлённо.
- Ты чего орёшь, Палыч? Всех распугал. Чего стряслось? Тебя там немцы ждут…
- Чёрт бы с ними,- заметно сбавив тон, проговорил Андрей и потёр рукой колючий подбородок.
Рома приблизился к нему и настороженно пригляделся к другу.
- Андрюх, что случилось?
- Случилось…- и тут увидел Машу, спешащую к нему.- Маша!
- Андрей Палыч, что случилось? Я вам нужна?
- Ну, конечно, нужна, раз я тебя зову!- опять начал раздражаться Жданов.- Срочно найди мне адрес нового офиса Зорькина! Он должен у нас быть!
- Конечно,- согласно кивнула Тропинкина, стараясь не перечить злому донельзя начальству.- Я сейчас найду.- И продолжила смотреть на него.
Андрей вперил в неё разъярённый взгляд.
- Так ищи, Маша! Он мне прямо сейчас нужен, а не завтра!- и пошёл мимо неё.- Я у себя в кабинете!
Маша поёжилась и посмотрела на Романа, но тот только пожал плечами и бросился вслед за Ждановым.
- Палыч, Палыч!... Да постой ты, куда несёшься?- схватил его за рукав, но тот руку отдёрнул и влетел в свой кабинет. Рома вошёл следом и захлопнул дверь перед любопытным носом Клочковой, цыкнув на неё напоследок. Та лишь презрительно фыркнула в ответ и вернулась на своё место.
Малиновский закрыл дверь и несколько секунд наблюдал, как Жданов, как зверь в клетке, мечется по кабинету.
- Между прочим, я про немцев серьёзно говорил. Они ждут.
- Ромка, я не могу сегодня… правда.
- И что?
- Н  я не знаю что!- заорал он.- Придумай что-нибудь!
- Не кричи, услышат же!
- Плевать…
Рома пожал плечами. Плевать так, плевать. Ему что, больше всех надо?
- А зачем тебе Зорькин? Вроде с контрактом всё в порядке. 
Андрей остановился. Потом выдал странный прерывистый вздох и потёр лицо рукой.
- Ромка… тут такое случилось…
Малиновский нахмурился.
В дверь коротко постучали, и Андрей в ожидании посмотрел на вошедшую Машу.
- Андрей Палыч, вот… Я нашла. Тут адрес и все телефоны,- и протянула ему лист бумаги. Он почти выхватил его из её рук. Маша пошла к выходу, постоянно оглядываясь с удивлением на начальника, а он вдруг посмотрел и спросил:
- Маша, а ты знаешь, где Катя?
И все замерли.
- Кто?
- Катя. Пушкарёва,- терпеливо повторил он под изумлёнными взглядами своих сотрудников.- Вы же были подругами. Неужели она тебе не звонит? Или другим… женсоветчицам?
Тропинкина с трудом переварив его вопрос, покачала головой.
- Нет, Андрей Палыч, не звонит… Она, как тогда уехала, так и пропала. А что?
Жданов пристально смотрел на неё, словно пытался влезть в её голову и понять, врёт она или нет. Но потом качнул головой.
- Ничего. Иди, Маша.
Тропинкина еле слышно задумчиво хмыкнула и вышла, плотно прикрыв за собой дверь. А Андрей остался один на один с насторожившимся сверх всякой меры Малиновским.
- Андрюх, что происходит? Опять начинается, да? Обострение хронической болезни? Язва вскрылась?
- Заткнись, ради Бога!- махнул на него рукой Жданов и поморщился. Потом сел на кресло и схватился за голову.- Ромка, тут, в общем, такое дело… Мама Катю видела. В Лондоне, пару дней назад…
Малиновский задумался, даже нахмурился, потом кашлянул в кулак.
- И что? Видела и видела. Или у тебя тут же началось разжижение мозгов на почве прошлых подвигов? Зачем она тебе, Андрюх? Ну её!.. Или что, помчишься в Лондон, искать? Это глупо!
Андрей тяжело помотал головой.
- Не в этом дело. Ты же знаешь, я бы не поехал. Сейчас уже не поехал бы, но…
- Что?
- Мама сказала… что с ней был ребёнок. Мальчик,  около четырёх лет и… похож на меня. Копия, так и сказала. И зовут Пашей.
Рома  помолчал, а потом протяжно присвистнул. Присел на соседнее кресло.
- Ты серьёзно? Ты что, хочешь сказать…
- Что она родила от меня ребёнка. Сына. И мне ничего не сказала. Не сказала, чёрт побери!- и кулаком стукнул по журнальному столику. Тот устоял, но заметно затрясся.
- Ё-моё… Вот только этого не хватало!
Андрей обжёг его неприятным взглядом.
- Что?- вскричал Рома.- Хочешь сказать, что ты рад?
Жданов покачал головой.
- Я пока не знаю. Но это мой сын, Малиновский. Мой, понимаешь? Жданов.
Рома вздохнул.
- Но это ведь ещё не точно? Мало ли кто на кого похож!  Может, просто совпадение?
- Вот это я и собираюсь выяснить. Но что-то мне подсказывает… В общем, я поехал к Зорькину, а ты разбирайся с немцами. 
- Что значит разбирайся?
- Придумай что-нибудь. Ты же у нас большой выдумщик,- и так на него посмотрел, что Рома сразу понял, что он имеет в виду.
- Вот опять ты об этом! Когда это было! Конечно, как только всплыло имя Пушкарёвой, ты тут же вспомнил, что это я во всём виноват!
- Не ной.
Рома только рукой махнул, а потом посмотрел с сомнением.
- Думаешь, Зорькин тебе что-нибудь скажет?
- А куда он денется? Я из него душу вытрясу, если понадобится!
- И что?.. Что делать будешь, если всё это правдой окажется?
Андрей застыл на несколько секунд, а потом жестко усмехнулся.
- Я её найду, заберу сына, а потом… я её убью.
--------* * *--------
Вывеска «НикаМоды» на секунду бросилась ему в глаза, но Андрей даже не приостановился, чтобы оценить. Правда, краем сознания отметил, что Зорькин не хило развернулся. Новый офис вполне соответствует мировым стандартам. Не то что прежний, не говоря уже о самом первом, в квартире Пушкарёвых.
Но сейчас на благополучие Николая Антоновича ему было глубоко наплевать. Потому что…
Потому что если Зорькин сейчас не проявит чудеса сговорчивости и понимания, то наслаждаться своим успехом ему осталось совсем недолго.
В приёмной его встретила секретарша. Не длинноногая накрашенная девушка модельной внешности, а вполне солидная женщина в очках и с каменным выражением на лице. Ещё один плюс в пользу Зорькина. Действительно становится профессионалом и не путает приятное с полезным.
У Андрея в голове мелькнула мысль о том, а не сбагрить ли Зорькину Вику, у них ведь что-то было, так пусть и мучается. Он-то, Жданов, здесь при чём?
Но мысль была мимолётна, не задержалась надолго. Не до этого было.
Секретарша бросилась ему наперерез, когда он попытался с лёта взять кабинет Зорькина штурмом. 
- Извините, вы куда? Николай Антонович принимает только по записи.
Андрей посмотрел на неё, как на сумасшедшую.
- По записи? Это меня по записи? Да я этого щенка!.. Уйдите с дороги!
- Николай Антонович занят!
- Сейчас я его освобожу, ног не унесёт!- и весьма невежливо отодвинул мешавшую ему женщину. Распахнул дверь и увидел, как Зорькин испуганно повернулся на стуле, не рассчитал, и его ноги со стуком упали со стола на пол, и он сам чуть не свалился со стула. Недовольно покосился, но встретив бешеный взгляд Жданова, поёжился.
- Андрей Палыч?.. Вот так гости… Вы ко мне?
Андрей лишь хищно ухмыльнулся, а из-за его спины вылезла виноватая секретарша и даже руками всплеснула.
- Николай Антонович, я его не пускала, он сам!..
- Я сам,- подтвердил Жданов.- И убивать тебя я сейчас тоже буду сам!
На него испуганно уставились две пары глаз, а он ещё больше нахмурился.
- Николай Антонович… может, милицию?
Зорькин с сожалением  покачал головой и вздохнул.
- Не надо… не поможет. Идите, Жанна Михална, я сам разберусь.
Секретарша с сомнением и беспокойством посмотрела на, видимо, сильно любимого шефа и неуверенно двинулась к двери. Мимо Жданова проскользнула ужом, провожаемая его выразительным взглядом.
Когда за ней закрылась дверь, Андрей посмотрел на свою предполагаемую жертву, и на лице появилось по-настоящему зверское выражение лица.
- Где она, Зорькин?
Тот лишь пожал плечами, но под его взглядом опять заёрзал.
- Не знаю… а кто?
Жданов в два шага преодолел расстояние до его стола и шарахнул по нему кулаком.
- Что ты мне тут дурака разыгрываешь?! Катька где?
Коля выпрямился и вжался в спинку своего кресла.
- Андрей Палыч… я не думаю, что нам стоит продолжать с вами этот разговор. Всё равно я вам не скажу. Не могу.
- Ах, не можешь? Не вынуждай меня, Николай Антонович! Я за себя сейчас не ручаюсь! Я тебя в бараний рог скручу, но правду ты мне скажешь!
- Да какую правду?- почти заскулил изрядно  струсивший Зорькин. Гнева Жданова, особенно когда тот в таком запале, он всегда побаивался.
Андрей наклонился к нему через стол и угрожающе навис над ним.
- Ты же всё знаешь про неё, она всё тебе рассказывает! И про ребёнка ты знаешь, я уверен! Про моего ребёнка!
Коля крякнул и попытался откатиться на кресле к стене, подальше от взбешённого Жданова, но Андрей успел в последний момент уцепить кресло за подлокотник и наоборот подкатил его ближе к столешнице, вжимая Зорькина в стол и даже причиняя некоторую боль.
- Николай Антонович, я тебя в последний раз по-хорошему спрашиваю!.. Сейчас перейду к рукоприкладству, и тебе это не понравится, обещаю!
Коля посмотрел ему в глаза и понял, что это не просто угрозы. Жданов готов на всё, чтобы узнать правду и его просто так в покое не оставит. А это на данный момент грозит травматическими последствиями. Для него.
Зорькин маетно вздохнул и стал смотреть в сторону, потому что под пристальным взглядом Андрея было очень тяжко.
- Вот я так и знал!.. Что крайним останусь. Говорил же ей!- застонал он вполголоса.
Андрей почувствовал, как внутри что-то отмирает, появляется какое-то новое, незнакомое чувство. Это было ответом на все его вопросы. Других уже и не надо было.
- Где она?- севшим от волнения голосом спросил Андрей.
Коля выразительно поморщился.
- В Питере.
В Питере. Так близко. И так далеко.
Андрей скользнул взглядом по столу, потом схватил телефонную трубку и протянул ему.
- Звони.
Зорькин вытаращил на него глаза.
- Андрей Палыч… она меня убьёт, вы же её знаете!
- Зорькин, звони!- у него уже кончалось терпение.
Коля ещё раз с сомнением посмотрел на него, потом взял трубку, подтянул к себе телефон  и набрал номер.
И оба замерли в ожидании.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #7 : Ноябрь 24, 2017, 08:23:05 »

Глава 6.
Её уже ничто не могло успокоить. Даже родные стены не помогали. Предчувствие надвигающейся беды преследовало её уже второй день.
Уже дома, после суеты, присела на диван, закрыла глаза и почти приказала себе успокоиться.
Ещё ничего не случилось. 
Пока не случилось. Вот так правильнее.
Но подсознательно она уже понимала, что самое важное событие уже случилось. Что один взгляд Маргариты Рудольфовны на Пашку запустил колесо судьбы, и оно теперь не остановится. Остаётся только ждать. Рано или поздно она проговорится Андрею или кому другому, и пойдёт разговор.
Или не проговорится.
Всё зависит от того, насколько им нужен внук от бывшей секретарши своего сына, которая доставила им столько проблем и неприятностей.
Ей даже стало интересно. Страшно и интересно.
И почти обидно за своего сына. Неужели Маргарита может решить, что он не достоин стать Ждановым?
И тут же себя одёргивала.
Ни ей, ни Пашке это не нужно. Она когда-то бежала именно от этих проблем. И сейчас нельзя об этом думать.
У неё сложившаяся, спокойная жизнь и ей совсем не хочется…
Не хочется? 
Надо позвонить Юлиане и попросить её сходить в «Зималетто» и осторожно всё выяснить. Просто для собственного спокойствия.
- Мама, а мы завтра пойдём покупать собаку?
- Завтра ты пойдёшь в садик.
- А собаку?
- А собаку купим в выходные.
- Какую захочу?
Катя кивнула.
- Какую захочешь.
- А я хочу живую!
Пашка влез на кровать, на которой она разбирала вещи и принялась  играть с тюбиками кремов.
- Живую?- Катя посмотрела на него и улыбнулась.- А мы разве договаривались о живой собаке?
- Ну, мама!- и взглянул на неё так, словно это она была неразумным ребёнком.- Живая же собака лучше!
- И чем же?
Пашка серьёзно задумался, даже нахмурился и в этот момент стал похож на Андрея чрезвычайно.
- Она лает,- наконец сказал он.- А ещё… будет пугать всяких плохих дядей! Как в мультике!
Катя вздохнула.
- А ещё с ней надо гулять.
Но этот, с её точки зрения, отрицательный аргумент его только обрадовал, и он радостно заулыбался.
- Да!
- Паша, от собаки очень много проблем.
Он тут же обиженно надулся.
- А я скажу дедушке, и он мне купит собаку!
Она лишь согласно кивнула, пытаясь купировать возникшую проблему.
- Скажи.
Остановилась и обвела взглядом комнату. Осталось разобрать только чемодан с Пашкиными вещами. И почему она не сделала этого вчера?
Потому что вчера у неё всё валилось из рук. Думала только о том, что,возможно, именно в этот момент решается судьба её сына.
- Лучше помоги маме разобрать свои вещи.
- А гулять пойдём?
- Вот проснёшься, и пойдём гулять.
- А я не хочу спать,- он развалился на подушках, раскинул руки в стороны и хитро посмотрел на неё.
Катя посмотрела на него, потом откинула в сторону свою кофточку, которую держала в руках, и подтянула сына к себе. Наклонилась и поцеловала его.
- Не хочешь? Нехочуха! Ты только собаку хочешь! Сейчас защекочу тебя!
Принялась теребить его, а Пашка заливисто засмеялся. Обнял её ручонками за шею и прижался к ней.
- Мама, не надо! Щекотно!
Катя легла рядом с ним на кровать и прижала его к себе.
- Маленький мой, я так тебя люблю!
- Я не маленький, - покачал он головой.
- Большой? - засмеялась она, а Пашка важно кивнул.
- Да!
Катя вздохнула и потрепала его по чёрным, как смоль, волосам. И опять как-то неожиданно накатила тоска.
У неё иногда такое бывало. Когда она была с Пашкой вот так близко, всегда вспоминался Андрей. Как он обнимал её, целовал, как шептал что-то на ухо. Просто шептал – горячо, страстно, а она не понимала, но теряла голову от восторга, а по коже бежали мурашки от его дыхания, щекотавшего ей ухо.
Захотелось плакать. Предательские слёзы набежали на глаза, и она незаметно смахнула их.
А потом зазвонил телефон.
И даже звонок почему-то показался ей особенно требовательным и настойчивым. Нервы окончательно разыгрались. 
Посмотрела на притихшего Пашку и вдруг поняла, что он засыпает. Всё-таки набегался и устал.  И тут же поторопилась встать. Вышла из спальни и прикрыла дверь, чтобы он не слышал телефонного звонка и не проснулся. 
Телефонная трубка обнаружилась на диване, заваленная подушками. Видимо, сынуля постарался.
Катя её из-под подушек выудила, села на диван и включила телефон.
- Я слушаю.
Несколько секунд напряжённо молчали, только слышалось какое-то напряжённое пыхтение, а затем раздался грустный голос друга детства.
- Это я, Кать.
- Привет,- обрадовалась она. - А как ты узнал, что мы вернулись? Я хотела тебе позвонить, да не до того было.
- А я и не знал… Наугад,- и тихо добавил куда-то в сторону.- Вообще-то я надеялся, что тебя нет…- и тут же болезненно ойкнул.
Катя нахмурилась.
- Коля, что у тебя там происходит? Чего ты стонешь?
- Застонешь тут!- вдруг заорал Зорькин не своим голосом.- Он, между прочим, грозится меня убить! А за что? Я тебя спрашиваю, Пушкарёва! Я так и знал, что останусь виноватым!
- Коля,- не выдержала она.- Что происходит, в конце концов?  Прекрати орать и объясни!..
А в следующий момент у неё слова в горле застряли, потому что вместо испуганного фальцета Зорькина в трубке появился другой голос. Глубокий, насыщенный, с хрипотцой и до боли знакомый. А ещё злой, она это сразу поняла.
И сердце замерло, и дыхание сбилось.
- Приезжай в Москву немедленно,- проговорил Жданов  каменным голосом, чётко разделяя слова.
Катя от такого его тона, своего изумления и ужаса словно сама окаменела. Молчала некоторое время, слушая только его тяжёлое, напряжённое дыхание. Потом прерывисто вздохнула и вцепилась рукой в подлокотник кресла с невероятной силой, даже ноготь сломала.
- Андрей?..- ей с трудом удалось произнести его имя.
Но он не обратил внимания ни на её тон, ни на испуг в голосе и продолжил:
-  Ты меня слышала? Приезжай немедленно. И привези моего сына!
После этих его слов ей стало совсем плохо, а Жданов всё говорил:
- Иначе я приеду сам… и тебе очень не понравится то, что я сделаю. Ты поняла?
Она молчала.
- Катя, ты поняла?
Он назвал её по имени!..
С трудом сглотнула комок, застрявший в горле.
- Да,- хриплым голосом сказала она. - Я поняла… я приеду.
- И лучше будет, если ты сделаешь это как можно скорее!
И в её ухо понеслись лихорадочные гудки.
Катя бессильно опустила руку, отводя трубку от уха, и бессмысленным взглядом уставилась в одну точку.
Вот и всё.
-------* * *-------

На следующий день.

Катю трясло всю дорогу. Она волновалась до такой степени, что не могла ничего делать и ни о чём другом думать, кроме того, что уже через несколько часов, практически через считанные минуты, встретится с Андреем.
После стольких лет, стольких событий и заверений самой себя в том, что всё закончилось, прошло и никогда не вернётся. Что они больше никогда не увидятся.
Никогда…
Ошиблась.
А как он на неё посмотрит? Как встретить и пережить его обвиняющий взгляд? А может, не просто обвиняющий, но и ненавидящий?
И куда деть свои собственные чувства? Она его ещё не видела, а сердце уже колотится где-то в горле, и ладони предательски повлажнели.
Она скоро увидит Андрея. Совсем скоро, потерпеть ещё чуть-чуть. И пусть он её ненавидит, злится и никогда ей больше не улыбнётся, но… он будет рядом, и на него можно будет смотреть, хотя бы украдкой, и слышать его голос.
Господи, это ненормально. Болезнь, отрава, которая когда-то проникла в кровь и изменила её ДНК. И теперь это чувство никуда не денешь, не вырвешь из себя и не удалишь даже хирургическим путём.
И как жить с этим, тоже неизвестно!
Она никому ничего не сказала. Просто позвонила родителям и сообщила, что приезжает. И встречать её не надо, Колька сам прекрасно справится.
Про Андрея не сказала ни слова. Не знала, что и как.
И Мише позвонила. И тоже ничего не сказала про Жданова. Предупредила, что уезжает в Москву, и без особого интереса выслушала его рассказ о том, как продвигаются дела в новом ресторане. Прислушивалась невнимательно, её в тот момент колотило в нервном ознобе.
И вот она уже в поезде, и уже Москва.
И обратно не повернёшь.
А там, на перроне, её ждёт отец её ребёнка. Любимый, единственный, родной…
Тогда почему она так боится?
В купе  заглянула проводница.
- Москва. Через пять минут подъезжаем.
Катя вздрогнула, но потом заставила себя улыбнуться и кивнула.
- Хорошо, спасибо.
И посмотрела на спящего сына. Он всегда засыпал в поезде, его быстро укачивало.  Вот и теперь спал и совершенно не представлял, что сейчас происходит с его жизнью. Что в данный момент всё меняется кардинально.
Теперь в его жизни появится настоящий папа.
Вот только Катя пока сама не могла понять – хорошо это или плохо.
Проводница помогла ей справится с чемоданом, а Катя осторожно взяла на руки спящего Пашку. Он вздохнул и недовольно зашевелился, но не проснулся.
- Тихо, тихо,- зашептала она, прижимая его к себе.- Спи.
И пошла к выходу.
А за окнами уже вокзал.
Она закусила губу и прикрыла глаза.
Только бы не грохнуться в обморок, когда его увидит…

Андрей стоял, замерев в напряжённой позе, засунув руки в карманы брюк, и,  прищурившись, смотрел на горизонт. И Коле даже казалось, что Жданов видит приближающийся поезд за несколько километров.
Зорькин чувствовала себя очень неловко, подозревая, что он присутствует при этом великом событии только в качестве буфера между двумя противоборствующими группировками. Или того хуже. В качестве мальчика для битья.
Вот говорил же Пушкарёвой!.. Что ничем хорошим вся эта история не закончится!
Но она же упрямая!
А Жданов как с ума сошел, и Коля его вчера всерьёз испугался. Взгляд безумный, сам злой, руки трясутся… Хотя, если поставить себя на его место, он, наверное, чувствовал бы то же самое.
Опять посмотрел на застывшего в ожидании Жданова.
- Андрей Палыч, вы не волнуйтесь, она приедет… раз обещала.
Андрей наградил его надменным взглядом.
- А куда она денется?
Зорькин еле слышно хмыкнул. Действительно.
Но Андрей всё равно волновался. Очень старался этого не показать, но внутри всё тряслось мелкой дрожью. И руки он засунул в карманы только потому, что не знал, куда их деть.
Не верилось, что сейчас он её увидит.  За эти годы он столько раз представлял себе их встречу, случайную и не случайную, придумывал, что ей скажет, как посмотрит… как плюнет на всё и обнимет. Потому что не сдержится. 
А сейчас… все его мечты стали неактуальны.
И помимо трепета и томительного ожидания была ещё и злость, причём вполне обоснованная. И через несколько минут он увидит не только её, но и своего сына. В первый раз.
Своего сына… До сих пор до конца поверить не мог.
- Поезд подходит,- сказал Зорькин, а Андрей заметно вздрогнул. И взволнованно начал вглядываться в приближающийся состав. А потом мимо него поплыли вагоны, один за другим, а он только провожал их растерянным взглядом.
- Какой вагон?- спросил он у Коли.
- Пятый.
Андрей двинулся вперёд и уже видел, как открывается дверь нужного ему вагона. Сначала показалась проводница, потом вышли какие-то люди, и он на секунду даже испугался, что Катя его обманула и не приехала, а потом увидел её. 
Катя ещё была в тамбуре, самая последняя из пассажиров, а на руках держала спящего ребёнка.
Жданов остановился и почувствовал, как мгновенно пересохло во рту. Посмотрел на неё, как на сбывшийся долгожданный и прекрасный сон, встретил её перепуганный взгляд и вспомнил, что злится на неё.
Его Катя приехала… а он на неё злится.
А потом посмотрел на ребёнка и забыл обо всём остальном. И только машинально подал ей руку, чтобы помочь выйти из вагона, и отстранённо отметил, какая холодная у неё ладонь и дрожит. Да и не сразу решилась подать ему свою руку в ответ, помедлила. 
Катя вышла на перрон, а сама всё никак не могла отвести глаз от его лица. Смотрела, выискивала перемены, а Андрей всё продолжал держать её за руку, но, видимо, сам этого не понимал, глядел только на сына. А потом опомнился и руку её отпустил.
И протянул руки к Пашке.
- Дай его мне.
Не попросил – потребовал.
А она отдала. Никогда никому не отдавала спящего сына, если он уснул у неё на руках, а с Андреем спорить не стала. А сама продолжала смотреть на него и сходила с ума от его близости. И вот он наклонился, едва не коснувшись щекой её щеки, его руки прикоснулись к её рукам, забирая у неё самое дорогое, и у неё закружилась голова от его запаха. Такого знакомого, который преследовал её во сне столько лет.  
Но Андрей ничего не замечал. Осторожно взял Пашку на руки и прижал к себе. И внимательно всмотрелся в его лицо. И действительно увидел себя, словно на детском снимке.
Невероятно. Такого просто не бывает!
А внутри всё кружилось от незнакомых чувств и всё остальное стало неважно. Даже Катя. Смотрел только на ребёнка – своего ребёнка! – а в голове билась только одна мысль – он отец!
И это правда и не мистификация, как казалось ещё вчера. И это его сын, его продолжение, наследник, родная кровь. И теперь есть для кого жить, работать, стараться, стремиться к большему. Смысл в жизни?
И очень остро ощущал, как отогревается сердце, как с него сходит ледяная корка - и всё это для этого маленького человечка, так похожего на него самого.
Неужели можно вот так сразу полюбить кого-нибудь?  Просто полюбить, без всяких причин и размышлений?
Теперь он это точно знал. Можно.
Своего ребёнка можно. С одного взгляда, с одного вздоха…
А он, дурак, столько лет этого боялся!
Катя чувствовала, что сейчас заплачет. Смотрела, как Андрей держит Пашку на руках, и комок в горле никак не исчезал, и на глаза наворачивались слёзы. И она бы наверняка разрыдалась, если бы не Колька.
Он уже вытащил из вагона  её чемодан, несколько секунд полюбовался на трогательную сцену встречи отца и сына, а потом ткнул Катю в бок и,  когда она обернулась, кивком отозвал её в сторону.
Они отошли, а Катя всё оборачивалась и смотрела на двух самых любимых людей в своей жизни. Она уже давно не верила в то, что когда-нибудь увидит их вот так вместе, и теперь… все мысли и чувства взбунтовались.
- Что, Пушкарёва, допрыгалась? А я тебя предупреждал!
- Коля, ради Бога,- еле слышно застонала Катя, судорожно вцепившись в его рукав,- я и так сейчас сознание потеряю!
- Ты его ещё четыре года назад потеряла! Ты хоть понимаешь, что теперь уже ничего не скроешь? Придётся признаваться. Всем и во всём!
- Мне уже всё равно… Коля, он на меня даже не посмотрел!
Зорькин только головой покачал.
- Ты спятила! Нашла о чём думать!
Катя опять обернулась и посмотрела на Андрея. Он всё ещё стоял на том же месте и разглядывал  Пашку, а потом наклонил голову и поцеловал его. Катя всхлипнула и вытерла слёзы.
- Он меня ненавидит…
Коля многозначительно хмыкнул.
Андрей очнулся минут через пять. Понял, что нельзя дальше так стоять, и повернулся к Кате и Зорькину, стоявшим неподалёку.  На мгновение встретился с ней взглядом, но она тут же глаза опустила.
Андрею очень хотелось её рассмотреть как следует, даже оценить. Какой она стала? Ведь от той его Кати не осталось и следа. Стала красивой, взрослой, независимой. Или это только сейчас? Из-за него? Но она, как могла, пыталась спрятаться от его настырного взгляда.
Он подошёл к ним, но на Катю не стал смотреть принципиально. Она не хочет - и ради Бога! У неё ведь всё в порядке! Муж…
Подумаешь! У него тоже, жена и… любовница!
А теперь ещё и сын.
А она как хочет! Он не собирается ей в ноги бросаться, припоминать прошлую любовь и пытаться всё вернуть. Ему ничего от неё не нужно, кроме сына.
Он на неё злится, почти ненавидит. И никогда не простит. Она мать его сына, и на этом он остановится.
Катя подняла на него глаза, а потом вдруг попыталась улыбнуться, правда, у неё не очень получилось.
- Здравствуй, Андрей…
Жданов заметно напрягся при звуке её голоса, потом сдержанно кивнул.
- Здравствуй.
Посмотрел на Зорькина.
- Бери чемодан, пошли.
И, не дожидаясь ответных действий, твёрдым шагом пошёл к зданию вокзала. Катя смотрела ему в спину несчастными глазами, а потом опомнилась и бросилась за ним.
А Коля остался на перроне рядом с чемоданом, с недовольством глядя им вслед.
- Бери чемодан, пошли,- передразнил он Жданова и с тоской покосился на предлагаемую внушительного размера ношу.- Вот я так и знал!.. Опять я на подхвате!
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #8 : Ноябрь 24, 2017, 08:47:39 »

Глава 7.
- А дедушка купит мне собаку!
От звука его голоса у Андрея внутри всё звенело от радости. И Жданов несмотря ни на что, улыбался и постоянно косился в зеркало заднего вида, чтобы посмотреть на сына и увидеть его улыбку.
Катя сидела молча и неотрывно смотрела в окно. Правда, сына на коленях держала крепко, чтобы не упал. Иногда она поворачивала голову и, когда сталкивалась взглядом с Андреем, тут же глаза отводила.
Жданов сейчас старался об этом не думать, откинуть все лишние мысли и сосредоточиться  только на общении со своим ребёнком. Пашка проснулся, как только они сели в машину. Андрей передавал его Кате на руки, а он вдруг открыл глаза, глянул на отца и заулыбался. 
И Андрей пропал окончательно.
И вот уже минут пятнадцать ребёнок болтал без умолку. Рассказывал ему обо всём, описывая свою маленькую, но такую насыщенную жизнь.  И как он на самолёте летал, а вот теперь они на поезде ехали, а он уснул. И про то, какую машинку ему мама купила, чтобы он не плакал, когда они ходили в парикмахерскую, а он плакать и не собирался, просто ему очень хотелось пожарную машину. А вот теперь собаку хочется!
Андрей чувствовал такой внутренний восторг, что никак не мог убрать с лица глупую довольную улыбку, несмотря на несчастную Катю. Хотя её настроение он чувствовал очень остро.
Но его это сейчас устраивало. Пусть помучается!..
- А какую собаку ты хочешь?
Пашка смешно взмахнул руками.
- Живую!
- А-а,- протянул Жданов, якобы сетуя на собственную непонятливость.- А почему именно дедушка?
- Потому что!..- он очень отчётливо проговорил это слово, а потом решил повторить, видимо, очень оно ему нравилось.- Потому что мама говорит, что от собаки много…- нахмурился, пытаясь вспомнить нужное слово,- поблем,- наконец выдал ребёнок и улыбнулся, явно гордясь собой.
- Проблем, Паша,- машинально поправила его Катя, а Андрей не удержался и хмыкнул.
- Да, твоя мама проблемы не любит.
Катя вскинула на него затравленный взгляд и тут же отвернулась, только нервно закусила губу.
- А какая именно собака?- решил продолжить разговор с сыном Андрей.- Большая или маленькая?
-Большая! Она будет всех сторожить!
- Ясно.
И тут неожиданно очнулся Зорькин. Обернулся с переднего сидения и насмешливо посмотрел на крестника.
- Пашка, зачем тебе сторожевая собака? У тебя же дедушка есть!
Ребёнок всерьёз растерялся и задумался, а Катя выразительно глянула на друга детства, а потом показала ему кулак.
- Дедушка не собака,- совершенно искренне удивился Пашка, и все неловко замолчали, пытаясь спрятать ненужные улыбки.
Когда они подъехали к дому Пушкарёвых, Катя начала нервничать с новой силой. Как она объяснит родителям появление Жданова?
Пока Коля доставал из багажника чемодан, Андрей открыл дверь Кате, чтобы помочь ей выйти, и они опять поневоле встретились взглядами. И её взгляд показался ему очень странным: какой-то просящий, словно умоляла его обратить внимание и на неё. Жданов на секунду растерялся, но она уже опустила глаза, и он опять заставил себя отбросить все лишние мысли и просто протянул руки к сыну.
Кате стало неловко, хотела ему сказать, что Пашка так просто к незнакомому не пойдёт, как бы ни улыбался этому человеку совсем недавно. Но её сынуля вдруг спокойно протянул руки и позволил взять себя на руки. Катя на миг растерялась, но потом решила сделать вид, что ничего не произошло. Но внутри-то всё равно всё переворачивалось.
И как это называется? Голос крови?
Пашка крутился у него в руках, как веретено, постоянно тыкал пальчиком то в одну сторону, то в другую, и объяснял, где тут качели, а где горка. А где окна бабушкиной квартиры. Вот это-то Андрей хорошо знал, сколько часов он провёл, глядя на эти окна бессмысленным взглядом?
Андрей улыбался, слушая сына, и не переставал удивляться. Он и не думал, что ребёнок в таком возрасте так бойко разговаривает. А ещё Пашка доверчиво обнимал его за шею, и Андрею почему-то казалось это таким естественным, словно так было всегда. 
И он совсем не думал о том, как встретится с Пушкарёвыми. Решил для себя, что это не его проблема. Для него всё ясно, а со своими родителями пусть Катя сама разбирается.
Потом у него появилась другая проблема, которая на время вытеснила все остальные.
Поднимаясь по лестнице, он просто не знал, куда глаза деть. Чёрт его дёрнул вспомнить о хороших манерах и пропустить Катю вперёд, когда они входили в подъезд. И вот теперь поневоле приходилось любоваться на её плавно-покачивающиеся бёдра, плотно обтянутые  гладкой тканью юбки.  
Хотел рассмотреть её хорошенько? Смотри, Жданов. А чего заволновался-то? Никак давление подскочило?
Чёрт!
В голову неожиданно пришла нелепая мысль. 
Очень хорошо, что тогда, четыре года назад, у неё были те нелепые одежды. Иначе он бы совсем потерял голову, с первого взгляда, и уже не смог бы от неё оторваться.  И дрался бы с любым, кто посмел посмотреть… И убил бы Малиновского!
Но тогда она прятала свою фигуру под мрачными непонятными балахонами (не забыть сказать за это спасибо её родителям!) и только его допустили до тайны, которую она скрывала. И как ему это нравилось!
А вот теперь всё напоказ, как специально. А для кого? Чтобы все смотрели?
И ему это определённо не нравится.
Но он ничего не может сделать и сказать ей. Не имеет на это права.
У двери Катя остановилась, подняла руку к звонку и замерла в нерешительности. Андрей понимающе усмехнулся.
- Боишься?- и нажал на кнопку звонка сам.
Катя обернулась и посмотрела на него возмущённо, но, заметив любопытный взгляд сына, улыбнулась. А уже щёлкнул замок, и дверь открылась.
И они замерли в напряжении и ожидании.
- Катенька! Вы приехали!
- Здравствуй, мамочка,- Катя переступила порог квартиры родителей, улыбнулась матери, а сама сжала руку в кулак, впиваясь ногтями в кожу ладони.
- Бабушка!- радостно закричал Пашка.- А мы приехали!
- Это кто тут приехал?- раздалось довольное уханье Валерия Сергеевича, вышедшего из кухни на голос дочери и внука, а в следующую секунду Пушкарёвы замерли, глядя на человека, который держал на руках их внука.
- Андрей Палыч? Это вы?
Андрей лишь кивнул и сдержанно улыбнулся.
- Я. Здравствуйте.
А Пашка уже требовал, чтобы его отпустили, и Жданов неохотно опустил его на пол. А тот сразу бросился к дедушке с бабушкой.
Катины родители непонимающе переглянулись и посмотрели на дочь, а та на Андрея. Тот её взгляд проигнорировал. Она вздохнула и улыбнулась, пытаясь сгладить ситуацию.
- Проходи.
Его взгляд стал откровенно насмешливым, но он ничего не сказал.
В дверях показался запыхавшийся Зорькин и почти бросил её чемодан на пол.
- Пушкарёва, ты что, в дороге убила кого-то, да?  А труп засунула в чемодан! Я еле его дотащил!
- Коля, не говори ерунды,- процедила она сквозь зубы, не зная, куда деться от неловкости и томясь под непонимающими взглядами родителей.
Потом Елена Александровна встрепенулась и заулыбалась Андрею как можно гостеприимнее.
- Андрей Палыч, вы проходите! Надо же, столько лет прошло!.. А вы где встретились?
- На вокзале,- ответил Жданов, снимая ботинки, а потом поймал на руки носившегося вокруг взрослых Пашку и взвалил себе на плечо.  Тот радостно засмеялся и ухватил его за волосы.- Елена Санна, Валерий Сергеевич, я очень рад вас видеть, честно. Надеюсь, у вас всё в порядке?
- Вы проходите, проходите, Андрей Палыч,- засуетился Пушкарёв.- У нас всё по-прежнему. Вот только внук…
- Внук,- повторил Андрей и поцеловал сына в макушку,- просто замечательный внук!
Валерий Сергеевич заметно растерялся от такого поведения бывшего начальника дочери. А Пашка уже тянул Андрея в комнату.
- У меня есть железная дорога!
- Да? Ну, пойдём, посмотрим.
Они скрылись в Катиной комнате, а все остальные продолжали стоять и переглядываться.
Коля засунул руки в карманы джинсов и принялся раскачиваться на пятках, с интересом поглядывая на тихую и бледную Катю. Она в какой-то момент не выдержала всех этих взглядов и торопливо скрылась в ванной.
Катя не знала, как себя вести. Что говорить, как смотреть, как объяснить…
Выйдя из ванной, где минут десять просто сидела на стуле, глядя в никуда, и пошла на кухню, так и не решившись войти в свою комнату. Только постояла пару минут у двери, прислушиваясь к радостному смеху сына и голосу Андрея, а потом ушла. Села у окна и застыла под недоумевающими взглядами родителей. Не отреагировала даже тогда, когда мама намекнула, что Пашке пора ужинать.
Она ни за что туда не пойдёт. Ни за что! Просто не сможет.
Тогда мама сама отнесла ужин внуку  и нежданному гостю прямо в комнату, потому что они в один голос заявили, что отвлечься никак не могут, очень заняты, у них сейчас поезд подойдет, и они никак не могут отойти даже на пару минут.
Самое странное, что родители вопросов не задавали, только поглядывали  на неё задумчиво и больше ничего. Видимо, ждали, когда Жданов уйдёт.
Катя даже не знала, сколько она так просидела, глядя на улицу за окном и ни на что не реагируя. Только слушала, как колотится собственное сердце, и вроде даже не думала ни о чём.
Просто смирилась со своей судьбой и теперь ждала, что же будет дальше.
А потом Андрей появился, и ей сразу стало трудно дышать. Он был такой большой, высокий и словно вытеснил сразу весь воздух из кухни, заставив её задохнуться.
Жданов остановился в дверях, обвёл всех спокойным взглядом и в конце концов остановил его на Кате.
- Кать, Пашка уснул.
Она вздрогнула, когда он обратился к ней по имени, но потом кивнула, правда, немного рассеянно.
- Я его на кровать уложил.
- Андрей Палыч, вы садитесь, поешьте!
Он мотнул головой.
- Нет, Елена Санна, спасибо. Я поеду.- И опять посмотрел на Катю.- Я завтра приеду и заберу его.
Взгляд Кати мгновенно стал перепуганным, а Андрей едва заметно усмехнулся.
- На пару часов, погулять.
Он не спрашивал её разрешения, просто ставил перед фактом. И она согласно кивнула. Что ей оставалось?
Жданов улыбнулся напоследок ошалевшим от всего происходящего Пушкарёвым и жующему Зорькину, на Катю больше не глянул и вышел в прихожую, одеваться.
Катя в полной панике смотрела на пустой дверной проём пару секунд, а потом вскочила и бросилась за ним, пробежав мимо изумлённых родителей.
- Андрей! Андрей, подожди!
Как странно было произносить его имя…
Он обернулся уже от двери и холодно посмотрел на неё. Она стушевалась под его взглядом, но отступать было некуда.
- Андрей, я думаю… нам надо поговорить.
Жданов иронично приподнял бровь.
- Ты думаешь?
- Андрей!..
Он вздохнул, потом кивнул.
- Мы поговорим, Кать. Обязательно. Но не сейчас. Когда я соберу все слова, которые готов тебе сказать, тогда и поговорим. Пока я ещё не готов.
Она не смогла смотреть ему в глаза. Пыталась выдержать, не опустить взгляд, но не смогла. 
Андрей хотел ещё что-то сказать, но потом передумал. Просто разглядывал её жадным взглядом, пока она не видела, пытаясь запомнить её новую, другую…
А потом опомнился и вышел за дверь.
Оторвался от неё.

--------* * *---------
- И что всё это значит?- голос Валерия Сергеевича прозвучал, как приговор. 
Время каяться.
Катя опять вернулась в окну, уже не скрываясь, вытерла слёзы, даже всхлипнула и посмотрела вниз. Андрей как раз вышел из подъезда и пошёл к своей машине. Его движения были отрывистыми и напряжёнными, шаги твёрдыми.
Злится…
- Катерина, ты слышишь ли меня?- в голосе отца послышались стальные нотки.- Может, объяснишь, почему Жданов ни с того ни с сего является к нам домой и ведёт себя так, словно имеет на тебя какие-то права?
- Не на меня,- тихо отозвалась она.
- Катюш, папа прав. Это не совсем понятно и правильно. А если Миша узнает, что он подумает?
Катя не сразу нашлась, что ответить, а тут ещё Зорькин поспешно поднялся, схватил со стола ещё один пирожок и стал пятиться к выходу.
- Пойду я, пожалуй… У меня завтра дел много, выспаться не мешало бы…
Ему почти удалось улизнуть, уже добрался до двери, когда был остановлен суровым тоном Пушкарёва.
- На место сядь.
Коля замер, потом обернулся и с тоской на него посмотрел.
- Дядя Валера, честное слово… Зачем я вам?
- Сядь, сказал. Ни одна глупость моей дочери, а я так понимаю, что она именно сделала глупость, без тебя не обходится. Дезертиров я не терплю, ты же знаешь. Уйдёшь, можешь не возвращаться.
Коля глянул на бледную, как полотно, подругу, обречённо вздохнул и сел на место, только глаза в пол опустил.
- Итак, Катерина, я тебя слушаю. Что происходит? Почему Жданов у нас в доме, а ты ещё за ним и бегаешь?
Катя обхватила себя руками за плечи и вздохнула. В голове не было ни одной подходящей фразы для ответа. И почему-то прислушивалась к пыхтению Коли, вместо того чтобы придумывать объяснение. Не выдержала, почему-то это очень било по нервам, обернулась и раздражённо посмотрела на него.
- Коля, прекрати! Иди лучше, посмотри, как там Пашка!
- Кать…
- Иди, я сказала!
Он встал и, шаркая тапками, вышел с кухни.
Елена Александровна с тревогой посмотрела на замеревшего в ожидании мужа и присела на табурет, теребя в руках полотенце.
- Катюш, у тебя что…- почти шёпотом начала она,- с Андреем Палычем что-то… есть? У вас роман, да?
- Лена, ты что говоришь-то? Думаешь?- рыкнул Валерий Сергеевич и внимательнее присмотрелся к дочери, а потом постучал пальцем по столу.- Катерина, ты что удумала?
А она вдруг засмеялась, нервно так, с надрывом, почти заплакала.
- Мама, Господи… Ну хоть ты-то!.. Ладно, папа ничего не видит и не понимает, но ты-то!.. Он же сегодня пришёл… он Пашку на руках держал! Мама!
Родители переглянулись.
- Катя, ты о чём?
Она закрыла лицо рукой, но потом заставила себя успокоиться, насколько это было возможно, и посмотрела на них почти спокойно.
- Пашка сын Андрея, а не Миши. 
Повисла гнетущая тишина, и только Елена Александровна охнула, когда заметила, как муж схватился за сердце.
- Валера, что? Плохо?
- Папа!
Но он замахал на них руками.
- Нормально, нормально…- и поднял глаза на дочь.- Ты что сейчас сказала?
Катя отступила назад под его взглядом, но обратно свои слова забрать уже не могла.
- Это правда. Пашка сын Андрея.
- Катя,- ахнула мама,- ты серьёзно? Но как это… 
- Что как, мама? Ты же сама только две минуты назад мне говорила, что у меня с ним роман, а теперь не веришь? 
- Не говори так с матерью!- повысил голос отец, и она примолкла. Пушкарёв поёрзал на стуле, крякнул, а потом спросил:
- Миша знает?
Катя кивнула.
- Знает. Он с самого начала знает.
Валерий Сергеевич кивнул.
- Теперь мне всё понятно… Это всё объясняет.
- Папа, Миша любит Пашку, просто…
- Просто это не его ребёнок.  Чужой.
Катя опустила голову и не ответила. И, конечно, видела, как неверяще смотрит на неё мама, но что она могла? Сказать, что соврала? Но тогда соврёт опять.
- Катя, как же так?
- Вот так, мама. Но… Он ведь похож на Андрея, как две капли воды. Неужели ты раньше не замечала?
Елена Александровна промолчала.
Катя больше не могла стоять, ноги дрожали и подкашивались в коленях. С трудом сделала пару шагов и почти упала на стул, на котором ещё недавно сидел Коля. И тоже молчала. Сидели втроём за столом в тягостной тишине.
Потом Валерий Сергеевич поднял на неё тяжёлый взгляд.
- А что же он… Жданов твой, раньше не появлялся? Струсил?
Катя покачала головой.
- Он не знал, я ему ничего не сказала.
Пушкарёв глянул на жену исподлобья.
- Что ты там говорила? Что у нас дочка умница-разумница? Вот и получай!
- Валера!
Катя тихо перевела дыхание.
- Папа, ты просто не понимаешь… тогда… всё было плохо. И если бы я не уехала,- встретила его взгляд,- хорошо, если бы не сбежала… было бы ещё хуже. И он… Андрею не нужен был тогда ребёнок, у него было огромное количество проблем!
- И ты решила провернуть такой интересный трюк! Сбежала беременная и выскочила замуж за другого! Умно! Не зря в институте дочку-то учили, мать!
Катя закрыла глаза и помотала головой.
- Папа, я и так знаю, что виновата! Но… ничего уже не изменишь!- потом сбавила тон.- Андрей только узнал о Пашке, совершенно случайно, и я знаю, что не имею права запрещать ему… ничего запрещать я ему не могу. Да, я виновата перед ним. Но я просто защищала своего ребёнка! Разве это так трудно понять?- всё-таки сорвалась на  крик.
Елена Александровна вздохнула и посмотрела на дочь почти удивлённо, словно видела в первый раз.
- Катя, а как же Миша?
Она немного сконфузилась.
- Миша мой муж, это здесь ни при чём. Я приехала, потому что Андрей меня просил об этом.
Приказал, говори правду, Пушкарёва.
- Они с Пашкой пообщаются, познакомятся, а потом… всё будет по-прежнему.
- Это твоё решение? Или Андрей Палыч так решил?
Катя взглянула на него недоумённо.
- А по-другому быть не может, папа. Да и Андрей… у него своя жизнь, светская, так сказать, мы с Пашкой в неё не вписываемся. И он успокоится. Я не знаю пока, как себя с ним вести, но думаю, что… Пашке не надо… особо с ним сближаться. Пусть он его отец, но он вряд ли сможет…
- То есть, как я понимаю, ты решила вот так выйти из этой ситуации?- проговорил Валерий Сергеевич, недовольно поглядывая на неё.
- А как ещё, папа? Мы с Андреем не можем нормально общаться! Зачем травмировать ребёнка? Да миллионы людей так живут! Будут встречаться!..
- Да плевать мне на миллионы!- вдруг рявкнул Пушкарёв и шарахнул кулаком по столу. Катя вздрогнула и в изумлении и испуге посмотрела на него. Такого гнева она ещё не наблюдала. - И мне совершенно наплевать, можете вы общаться или нет! Ишь ты, обиделись друг на друга! И так уже наворотили! Что у вас там было или не было, знать не хочу я об этом! Как хотите, так и живите и разбирайтесь между собой! Выросли, слава Богу, на нашу голову! А завтра он придёт…- он ткнул пальцем в стол,- и ты отдашь ему Пашку!
Катя только рот открыла в удивлении.

- Папа… ты что? Ты хоть слышал, что я тебе говорила сейчас?
- Слышал! Всё я слышал! Тебе бы только сбежать! И сейчас побежишь! Тебе только волю дай! А я хочу, чтобы у моего внука отец был! Настоящий! У тебя он был? Уж не знаю, плохой или хороший, но был! Вот и своему сыну такой шанс дай!
- У него есть отец,- тихо проговорила Катя, трясясь всем телом.
- Да уж, я насмотрелся! Когда он не знает, как к ребёнку подойти, не то что повоспитывать!  Маменькиным сынком растёт! И бабушкиным! С рук не спускаете!
- Валера!
- Не перебивай меня, Лена! Я ей сейчас правду говорю! Натворила дел, а страдает мальчишка. Почему? Потому что его мама с папой не могут разобраться, кто кого бросил и зачем!
- Папа, ты просто не понимаешь… Ты думаешь, что Андрей…
- Я ничего не думаю, а говорю то, что видел сегодня! Ты за три года хоть раз видела, чтобы Пашка с таким восторгом с мужем твоим играл? А как я понимаю, он Жданова сегодня в первый раз видел! Это тебя ни на какие мысли не наводит? И я тебе ещё раз говорю, завтра он придёт, и ты отдашь ему ребёнка! Как отцу – отдашь! Я сказал!
Катя облокотилась на стол и закрыла лицо руками. И не видела, а только услышала, как отец вышел из кухни тяжёлой поступью. Сидела, затаив дыхание, и пыталась загнать обратно слёзы обиды. 
Вот так, оказывается, она плохая мать. Эгоистка.
Елена Александровна погладила её по голове.
- Катюш…
- Мама, он же никогда меня не простит, папа этого просто не понимает… И я боюсь, что он заберёт у меня Пашку, я ему стану просто не нужна.
- Ну что ты говоришь? Ты же его мама, как же он без тебя?
- Ему отец нужен… я всегда это знала. Ждановская порода, как оказалось, сильная.  А Андрей… я же тоже всё это сегодня видела. Как они с первого момента потянулись друг к другу. А если я ещё и сама их подтолкну… Что мне тогда делать?
- А у Андрея Палыча детей нет? Он же вроде женат?
Катя покачала головой.
- Нет… и жены почти нет, они разводятся. У Жданова только любовницы! Как всегда впрочем…
- Ну что ты! Ты просто злишься на него!
Катя обречённо вздохнула и покачала головой.
- Нет, мама. Я на себя злюсь
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #9 : Ноябрь 24, 2017, 01:23:02 »

Глава 8.
Разговор с отцом просто поразил Катю. Она ожидала чего угодно – криков, упрёков, готова была принять потрясение родителей. Но того, что отец так сразу примет сторону Андрея… Нет, этого она не ждала. 
И что это, как ни мужская солидарность?
Мама вечером предприняла ещё одну попытку поговорить с ней, но у Кати уже кончились всякие моральные силы вести какие-либо разговоры. Просто в голове не укладывалось, что виноватой во всём оставили её.
Но она просто старалась адекватно реагировать на сложившуюся ситуацию! Пыталась защитить своего ребёнка! А жертвой в итоге оказался Жданов.
Как так?
Она искренне этого не понимала. 
Утром, посмотрев на себя в зеркало, она ужаснулась, правда, мысленно. Бледная, круги под глазами, взгляд затравленный и усталый.
Просто отлично. Одна встреча со Ждановым - и она опять видит в своём отражении гадкого утёнка!
Пришлось приложить много усилий, чтобы скрыть следы бессонной ночи и море выплаканных слёз.
Чтобы он ничего не заметил.
Потратила на макияж гораздо больше времени и старания.
Что бы он посмотрел и… заметил. Её.
Конечно, у Андрея жена-красавица, которая ему уже наскучила, и любовница, не менее, а может и более красивая. А она, Катя, кто для него?
Бывшая. Даже не любовь, а любовница.
Но она всё равно старается…
Дура потому-что!
Да ещё Пашка всё утро изводил её вопросами об Андрее, просто доводя до истерики этим. И она, в конце концов, начала сходить с ума и даже волноваться, что Жданов явно задерживается.
А может, не придёт?..
И нервничала, волновалась, трепетала, злилась…
Зачем судьба опять их столкнула?
Андрей появился ближе к полудню, просто позвонил в дверь, и она мгновенно вспыхнула, каким-то шестым чувством догадавшись, что это именно он. У неё рука дрогнула, и она чуть не уронила тарелку и тут же почувствовала внимательный взгляд отца на себе. Независимо вздёрнула подбородок и попыталась собраться с духом. 
И не пошла открывать ему дверь, оттягивая момент очередной встречи. Дверь открыла мама.
Катя услышала голос Андрея, а потом как Пашка пронёсся по коридору с радостным воплем.
- Привет, чемпион, соскучился?
Катя закрыла глаза и медленно выдохнула.
Только спокойно!
Андрей вошёл на кухню с Пашкой на руках и сразу посмотрел на неё. Но она лишь кивнула ему вместо приветствия и отвернулась. Просто не могла выдержать его взгляд. А Жданов в ответ на это заметно нахмурился.
А потом посмотрел на чересчур серьёзного Пушкарёва.
- Здравствуйте, Валерий Сергеевич.
Тот тоже отделался кивком и глянул на дочь.
- Катерин, ребёнка забери. Мы с Андреем Палычем говорить будем.
Напряглись все, включая Пашку. Он вцепился в свитер Андрея и обиженно надул губы.
- Гулять! Ты же обещал!
- Пойдём, пойдём гулять,- успокоил его Андрей и слегка щёлкнул сына по носу.- Сейчас я с дедушкой поговорю, и пойдём гулять, хорошо?
Катя, с трудом пересилив себя и сходя с ума от всего происходящего, подошла и забрала у него сына. А у самой слёзы на глаза наворачивались от обиды и нервного перенапряжения.
Андрей посмотрел им вслед и, оставшись наедине с Катиным отцом, почему-то занервничал. К чему бы это?
Валерий Сергеевич разглядывал его некоторое время с каким-то непонятным любопытством, а потом вздохнул.
- Садись. Разговор серьёзный, на ногах трудно пережить будет. 
Жданов лишь хмыкнул, потом отодвинул себе стул и сел.
- Как я понимаю, Катя вам всё рассказала, Валерий Сергеевич?
- Ну, всё, не всё, но рассказала,- и опять замолчал, сверля Жданова довольно неприятным взглядом.- Я не буду спрашивать, что и как у вас было, сейчас это неважно. Последствия этого уже налицо.  Я хочу знать, что ты дальше делать собираешься, Андрей Палыч.
Андрей откинулся на спинку стула и помолчал для начала, собираясь с мыслями. Потом пожал плечами.
- А что тут можно сделать, Валерий Сергеевич? У меня есть сын, и я собираюсь его воспитывать.
- Всё-таки собираешься?
Андрей удивился этому вопросу и даже разозлился немного.
- Конечно, собираюсь! Это мой сын! Он Жданов!
- Ты не горячись! Я тебя не для протокола спрашиваю, просто понять хочу, как вы жить дальше будете.
- А вот так и будем, - Андрей всё-таки сбавил тон. - Я буду воспитывать своего сына. Потому что должен и имею на это право! А наши отношения с Катей… жизнь всё расставила по своим местам. Каждый сделал свой выбор. А точнее, Катя сделала, и я спорить не буду.
Валерий Сергеевич вздохнул.
- Вы обижены друг на друга, это нехорошо.  Пашка не должен этого видеть. Он ребёнок, и ваши скандалы…
- Не будет никаких скандалов,- заверил его Андрей. - С вашей дочерью нам делить нечего. Но если она  будет мешать моему общению с сыном…
- Она не будет. Но и ты должен помнить, что она его мать.  И никаких обид и склок я не потерплю. Я хочу, чтобы у моего внука были и мама, и папа. А если они будут ненавидеть друг друга…- и выразительно посмотрел на Андрея.
Тот поджал губы.
- Я её не ненавижу, Валерий Сергеевич, но… простите меня, конечно, она ваша дочь, но я не могу понять того, что она сделала! И никогда не пойму! Она не имела права скрывать от меня сына! И что бы Катя ни говорила, я не приму ни одного довода и ни одной причины её поступка! Она не имела на это права!
- Но ведь не просто так она это сделала,- не сдержался Пушкарёв и вступился за дочь.
Андрей нахмурился.
- А я и не отрицаю. Я виноват перед ней, но она даже не выслушала меня, Валерий Сергеевич! Даже шанса мне не дала, просто сбежала! Разве взрослые люди так поступают? Если бы она тогда позволила мне всё объяснить, всё было бы по-другому! И мой сын по закону с самого рождения носил бы мою фамилию! Как и должно было быть! Я понимаю, вы пытаетесь её оправдать, наверное, так и  должно быть, но… Я вот просто понять не могу, - Андрей разошёлся не на шутку, и все эти слова, которые столько лет таились в его сознании, теперь рвались наружу,- неужели она считала меня таким извергом, который не сможет понять?..- на этом он споткнулся. - Ну, собралась замуж… я бы понял! Но она соврала!
Валерий Сергеевич на него в упор и думал о чём-то. Потом покачал головой.
- Да уж… натворили вы дел. И от своей дочери я такого точно не ожидал. Таких глупостей натворить…
Андрей поморщился.
- Я бы понял, постарался понять… Но это ведь мой сын! Его я должен воспитывать, а не чужой человек! Валерий Сергеевич, разве я не прав?
Пушкарёв задумчиво посмотрел на него.
- Прав. Но я тебе ещё раз говорю – норов свой сдерживай! Чтобы Пашка не видел и не слышал ничего. А вы… разбирайтесь, как хотите. Ты понял меня?
Андрей только кивнул. Ему даже в голову не приходило возмутиться на подобный нравоучительный тон, по сути чужого человека. Сейчас он слушал и принимал его советы и мнение, как старшего и более мудрого человека. К тому же, он чувствовал, что в этой ситуации Валерий Сергеевич на его стороне, а поддержка ему сейчас была ой как нужна.
- Я всё понял. Не волнуйтесь.
- Вот и отлично,- сказал Пушкарёв и вздохнул, потом глянул на прикрытую неплотно дверь кухни.- Лена! Хватит там прятаться! Иди, корми, и они гулять пойдут!
Андрей невольно улыбнулся, но когда Елена Александровна всерьёз вознамерилась накормить его поздним завтраком, отказался, сославшись на скорый обед.
Потом на кухню вбежал Паша и заявил, что он уже давно готов.
- Готов?- засмеялся Андрей и взял его на руки.- Ну, тогда пошли. А куда ты хочешь?
- На качели!
- На качели? Хорошо, пойдём на качели.
В прихожей Катя красила губы перед зеркалом. Жданов приостановился, наблюдая за ней, а когда она обернулась, недоумённо посмотрел. 
- А ты куда собралась?
Катя посмотрела на него несколько ошарашено.
- Я пойду с вами.
Жданов хмыкнул и покачал головой.
- Не пойдёшь. Не сегодня,- и увидел, как у неё затряслись губы, но она быстро сумела взять себя в руки.
- Андрей, ты не понимаешь… Это же ребёнок! А у тебя совершенно нет опыта!
- Я справлюсь,- заверил он её. Потом взял с вешалки кепку сына и надел ему на голову.- Паш, скажи маме, что мы с тобой взрослые мужчины и вполне можем погулять одни. И ничего с нами не случится. А мама пусть отдыхает, да?
Катя до боли сжала зубы, а Пашка, к её огорчению, согласно кивнул.
Вот и всё.
А раньше без неё сын никуда не соглашался идти!
И как Жданову удалось так быстро добиться его расположения?
Андрей заметил её состояние и со вздохом сказал:
- Кать, успокойся. Мы просто погуляем, недолго. И если я не справлюсь, я тебе позвоню, хорошо? Кстати,- он свободной рукой полез в карман джинсов и выудил оттуда визитку. И протянул ей.- Вот, тут все мои телефоны.
Катя чуть в лицо ему не рассмеялась. Он забирает у неё ребёнка, а в ответ даёт свою визитку!
Нетерпеливо выхватила у него кусочек картона, обожгла гневным взглядом, а потом подошла к сыну и поправила ему воротничок рубашки.
- Слушайся, хорошо? И не убегай никуда!
Пашка кивнул с важным видом и потянулся к ней за привычным поцелуем. Катя поцеловала сына в щёку и опять посмотрела на Андрея.
- Не покупай ему ничего холодного. Никакого мороженого. У него кашель недавно был.
- Ну, мама!
- Никаких ну, и без мороженого,- настаивала она на своём.
- Ладно, Кать, я понял. Всё нормально будет, мы недолго. К обеду вернёмся.
И пошёл к двери.  Катя смотрела им вслед и не могла поверить, что так просто их отпускает. А Паша ещё и рукой ей помахал на прощание, радостно улыбаясь. Катя заставила себя улыбнуться ему в ответ, но на душе было неспокойно.
- Он справится,- услышала она голос матери за своей спиной и обернулась.
- Мама, ну о чём ты говоришь? Он совершенно не разбирается в детях!
- Научится,- уверенно заявил отец с кухни.- И правильно, что он тебя с собой не взял. Пусть познакомятся поближе.
Катя развела руками, беспомощно посмотрела на мать и воскликнула:
-  Моё мнение, как я понимаю, никого уже не интересует?
- Катюш, ну что ты?..
- Ты на мать голос-то не повышай! Ваши проблемы со Ждановым – это ваши проблемы. Не надо сюда ребёнка впутывать! А он его отец! Это ты куда денешь? Вот и не мешай ему!
Катя даже ногой от досады топнула, но больше ничего не сказала и ушла в свою комнату, даже дверью хлопнула, чтобы выпустить пар.
Следующие несколько часов она не прожила – промучилась. Бросалась к телефону и всё торопила время, чтобы Андрей поскорее вернулся и привёл Пашку. Она уже и не помнила, когда в последний раз отпускала его от себя так надолго.
А у Андрея всё просто!
Он же не понимает всего груза ответственности! Не понимает, что Пашка ещё маленький, за ним надо следить, ведь он может упасть, ударится, да и просто раскапризничаться…
Через три часа терпение её кончилось. Она схватилась за телефон, всерьёз собираясь позвонить Жданову и высказать ему всё, что думает о его безответственности. Уже и речь подготовила, но за дверью послышались голоса и весёлый детский смех. А потом раздался долгожданный звонок в дверь.
Катя вернула телефонную трубку на рычаг и глубоко вздохнула, переводя дыхание и пытаясь успокоиться. Главное, чтобы Андрей не понял, как она нервничала и переживала.
У неё всё в порядке.
Открыла дверь, впуская в квартиру огромное количество разноцветных воздушных шаров и Жданова с визжащим от восторга ребёнком на руках.
- Мамочка, мы вернулись!
Катя заставила себя улыбнуться.
- Хорошо погуляли?- и протянула к сыну руки. Забрала его у Андрея и вгляделась в Пашкино личико, пытаясь понять, всё ли так хорошо, как кажется.
- Хорошо! Смотри сколько шариков!
- Вижу,- и посмотрела на Жданова, который стоял, привалившись плечом к косяку, и немного насмешливо наблюдал за ней.  А потом протянул ей руку со связкой шариков.
- Это тебе.
Она немного растерялась, но подарок приняла.
- Спасибо…
Из кухни вышел Валерий Сергеевич и испытующе посмотрел на них, оценивая обстановку. Посмотрел на шарики и покачал головой.
- Как в цирке… Кать, отпусти его, что ты его с рук не спускаешь? Пашка, руки мыть и обедать! Бабушка уже всё приготовила,- и глянул на Жданова.- Тебе тоже приглашение особое нужно?
Андрей легко мотнул головой и улыбнулся.
- Не нужно, я иду,- и принялся разуваться.
Валерий Сергеевич вернулся на кухню, а Катя всё продолжала стоять посреди прихожей, с шариками, которые подарил ей Андрей, и не могла отвести от него глаз. Он снял ботинки, потом повернулся, сделал шаг и оказался прямо перед ней. Заглянул ей в глаза, и у неё колени затряслись от волнения. Ведь обещала себе, что будет избегать вот таких моментов. Нельзя подпускать его настолько близко к себе, тем более позволять ему так смотреть ей в глаза.
- Испугалась, да? – шёпотом проговорил он и усмехнулся.- Что я обратно его не приведу? Но я ведь не ты…
Она с трудом сглотнула и вдруг разжала пальцы, и шарики, освободившись, взмыли к потолку.
- Ты не смеешь так со мной разговаривать!..
Он  насмешливо фыркнул, аккуратно обошёл её и отправился в ванную, вслед за сыном.
Катя жутко нервничала, руки дрожали, и, пока накрывала на стол, пару раз чуть не разбила тарелку. Торопилась, волновалась и продолжала чутко прислушиваться к голосу сына, а потом он вбежал на кухню и бросился к деду, который подхватил его и усадил к себе на колени.
- Где вы гуляли?- спросила Елена Александровна, пытаясь разговором снять напряжение, возникшее с появлением Жданова на кухне.
- В парке!- радостно воскликнул Пашка.- Там такая больша-ая горка! И качелей много! А ещё мы катались на машинках!
- Всё успели,- покачал головой Пушкарёв и глянул на Андрея.
Жданов кивнул и сел за стол. И покосился на Катю, которая резала хлеб, стоя к нему спиной у другого стола. На него не смотрела и вроде вообще не прислушивалась к разговору. Но ловила каждое слово, он знал.
- Садитесь все за стол,- добродушно прикрикнула на всех Елена Александровна.- Сейчас всё остынет. Паша!
Катя поставила тарелку с хлебом на стол и посмотрела на сына.
- Паш, ты бабушку слышал? Садись за стол,- и подвинула его высокий стульчик к столу со своей стороны, но ребёнок вдруг протестующе воскликнул:
- Нет, я с папой сяду!
Катя выронила из рук детскую тарелку, и она с грохотом упала на пол, правда, не разбилась, и подняла на притихшего Жданова потрясённый взгляд. Встретилась с ним взглядом и почувствовала, как внутри всё опускается от ужаса.
На кухне повисла гнетущая тишина, и только Пашка ничего не понял и не заметил. Ещё посидел у деда на коленях, продолжая болтать ногами, а потом слез и стал сам двигать свой стул ближе к месту, где сидел Андрей. 
Катя поняла, что больше не может дышать. Слёзы навернулись на глаза, она откинула салфетку, которую теребила в руках, и вылетела из кухни.
Вбежала в свою комнату и принялась нервно расхаживать, обхватив себя руками за плечи.
Дверь открылась, и вошёл Андрей.
- Кать, давай поговорим.
Она резко обернулась и послала ему негодующий взгляд.
- Поговорим? Да о чём с тобой можно говорить? Ты упрямый, самоуверенный эгоист! Ты хоть сам понимаешь, что творишь? Он же ребёнок!
Жданов помрачнел.
- Мой ребёнок!
Но Катя лишь отмахнулась.
- Я так и знала, что нельзя его было с тобой отпускать! Как чувствовала! Что ты ему наговорил?- она всё-таки сорвалась на крик.
- Тише!- шикнул он на неё.
Катя замерла, когда встретила его потемневший от злости взгляд, а потом отступила. Отвернулась от него, и Андрей увидел, как затряслись её плечи. Заплакала.
- Господи, ну почему, почему ты опять появился в моей жизни?- лихорадочно зашептала она.- Ты всегда всё портишь!
Андрей разозлился безумно, до такой степени, что в глазах потемнело. И разозлился именно на неё. За те слова, что она сейчас произнесла. За то, что смела так думать.
Сильно схватил её за локоть и рывком развернул к себе.
- Значит, я тебе всё порчу?- процедил он сквозь зубы, угрожающе нависая над ней.- Ты украла у меня три года жизни моего сына! А я тебе всё порчу?
Катя испугалась не на шутку. Посмотрела в его бешеные и злые глаза, и внутри всё задрожало от страха. Она и забыла, как он может злиться, да чтобы так… Попыталась освободить свою руку, но он отпустил не сразу. Всё же вырвав руку из его цепких пальцев, она не удержала равновесие, оступилась и упала на диван. 
Андрей оглянулся на дверь, а потом, понизив голос до предела, зло продолжил:
- Я к тебе в постель не лезу, но это мой сын, нравится тебе это или нет! И смею напомнить, что ты ко мне в постель ложилась добровольно! Я тебя силой не тащил! А если ты такая верная и любящая жена, что ж ты мужу его ребёнка не родила? Проблемы?- он говорил и говорил и мог сказать ещё больше, злость находила всё больше и больше претензий и готовых упрёков, которые необходимо было высказать. Но заметил, как она смертельно побледнела, закрыла глаза, а потом по щекам потекли слёзы. Жданов задохнулся от волнения и поморщился. Отвернулся от неё и потёр лицо рукой, уже ругая себя за эти жестокие слова. Но извиняться не стал. Вздохнул и решил продолжить уже более спокойно.- Да, я сказал ему, что я его отец. И я считаю, что я поступил правильно. И он воспринял это совершенно спокойно, и это самое главное. Он сейчас в таком возрасте, что самое время для таких признаний. И к тому же, насколько я понимаю… твой муж не очень хороший отец. Особенно для моего сына. Пашка – Жданов! И воспитывать его буду я! Так,  как я считаю нужным!
Катя смотрела на него в полном шоке.
- Андрей…- вздохнула. - Когда ты стал таким?
Он замер на секунду, а потом холодно улыбнулся.
- Как это ни смешно, Кать, но это ты меня таким сделала. Да и ты изменилась… Раньше я завидовал твоей внутренней свободе, а сейчас всё это куда-то делось.
Катя, не поднимая на него глаз, выпрямилась, привалилась спиной к спинке дивана и вытерла слёзы.  Реветь ей больше не хотелось. 
- Моя семейная жизнь тебя не касается, Жданов,- проговорила она почти спокойным тоном.- Как и меня твоя. У меня язык не поворачивается назвать наши с тобой отношения ошибкой, потому что Пашка – твой сын. А сына я люблю больше всего на свете.- Она перевела дыхание и встала.- И ради него я готова смириться с твоим присутствием в моей жизни, хотя видит Бог… как я этого не хочу. Но если ты только посмеешь!.. Посмеешь настроить его против Миши… хоть слово скажешь!.. Это мой сын, понял? Мой! А уже потом твой! И так будет всегда!
Каждое её слово било по какой-то болезненной точке у него внутри, но Андрей выдержал её тон и взгляд. Ни один мускул на его лице не дрогнул.
- Я не собираюсь этого делать.
Она кивнула.
- Хорошо. Что ты ему наговорил?
- Успокойся, ничего особенного. Никаких гадостей, которых ты от меня ожидаешь. Просто теперь он знает, что я его отец, а твой муж - чужой дядя.
- Чужой? Он его с самого рождения воспитывал!
- Воспитывал? Да, я наслышан об этом!
Катя задохнулась от возмущения.
- Как бы там ни было…
- Как бы там ни было, а он мой сын! И ты не имеешь права навязывать ему другую правду!
- Ничего я ему не навязываю!
И они замолчали, столкнувшись злыми взглядами.
Потом Катя вздохнула и отвернулась.
- Только помни, что он ребёнок, а не твоя игрушка. И если ты нашёл себе временное развлечение…
- А, по-моему, это ты заигралась, милая!
Она резко развернулась и одарила его горящим взглядом.
- Я тебе не милая, Жданов. Прибереги свои словечки для своей любовницы!
Он удивился.
- Как я посмотрю, ты хорошо осведомлена о моей личной жизни. И кто же у нас источник информации?- Андрей всерьёз этим заинтересовался.
Катя  смутилась под его насмешливым взглядом, но лишь гордо вздёрнула подбородок.
- Не понимаю, о чём ты. А чтобы знать о твоих похождениях, не обязательно иметь постоянный источник информации, как ты говоришь, нужно просто иногда открывать журналы светской хроники!
- И ты, конечно, не пропустила ни одной статьи?- съязвил он.
- Иди к чёрту!
У неё глаза загорелись таким дьявольским огнём, что Андрей невольно залюбовался. Но быстро себя одёрнул и лишь презрительно фыркнул.
Катя ответила ему тем же и вышла из комнаты, больше на него не взглянув.
На кухне они появились вместе и выглядели почти спокойными. Словно только что вели светскую беседу, а не готовы были выцарапать друг другу глаза.
Родители с тревогой смотрели на них, но они просто сели за стол и ничего не сказали.
Пашка аккуратно и с аппетитом ел суп, а когда увидел Андрея, заулыбался.
- Папа, ты со мной сядешь?
- Сяду,- с улыбкой отозвался Жданов и придвинулся к сыну. Катя поставила перед ним тарелку с супом, и он покосился на неё настороженно. Но она села на место и перестала обращать на него внимание.
Всё внимание за обедом было обращено только к ребёнку, потому что никакой другой темы для беседы взрослые придумать так и не смогли. Пушкарёвы чувствовали, что любое  неосторожное слово может привести к необратимым последствиям, и говорили только с Пашкой, а Катя с Андреем просто отмалчивались и друг на друга не смотрели.
Но, несмотря на всё это, Андрей ушёл только ближе к вечеру, провозившись с сыном несколько часов. Катя лишь следила за ними со стороны и о чём-то напряжённо думала, и Андрею было очень интересно, о чём именно. Но разве от неё можно чего-то добиться без её на то согласия? С места не сдвинешь!
Когда он всё же засобирался домой, попрощался с Пашкой, пообещав завтра устроить ему весёлый и интересный денёк, то сумел выловить Катю в коридоре и вытащил за собой  в подъезд. 
- Что ты себе позволяешь?- возмутилась она, но только притворно. На самом деле сердце опять взволнованно забилось, как только он к ней прикоснулся. Даже так, не ласково, а даже грубовато.- Что тебе нужно?
- Ты можешь разговаривать со мной спокойно? Сбавь тон!
Катя замолчала, но недовольно поджала губы.
Андрей вздохнул и как-то маетно посмотрел на неё.
- Кать, он мой сын.
- Ты опять? Я это и без тебя знаю! 
- Можешь спокойно выслушать? И он для меня не временное развлечение, как ты думаешь. И я не отступлюсь от него. Поэтому мой тебе совет – смирись и не мешай мне.  Прежней жизни у тебя всё равно не будет. А Пашке нужен отец, настоящий, а не придуманный. И это я. Вот и подумай о ребёнке, а не только о себе и своих обидах!
Она с шумом втянула в себя воздух и посмотрела на него изумлённо.
- Ну, знаешь ли!.. Ты мне ещё и мораль читать будешь? Будешь меня учить, как ребёнка воспитывать?
- Да брось! Не учу я тебя,- потом помолчал и сказал.- Завтра Пашку в «Зималетто» привези, я ему обещал.
Катя застыла.
- Что? С ума сошёл?
- Нет,- покачал он головой.- Я хочу, чтобы мой сын  с самого детства всё это видел и знал, воспитывался в этой атмосфере, как я сам. Так что завтра…
- Андрей!
Его взгляд заледенел.
- Привезёшь. Не приедешь, я сам за тобой приеду. Хватит уже прятаться.
- Так нельзя…
- Можно. Только так и можно. 
Он в последний раз взглянул на неё, скользнул взглядом по лицу, потом ниже, но тут же отвернулся и пошёл вниз по лестнице.
Катя смотрела на него сверху вниз, видела черноволосую макушку, такую знакомую, и было очень грустно. 
Опять он уходил. Повернулся к ней спиной и уходил.
А ведь она должна на него злиться, даже ненавидеть за то, что он ей сегодня наговорил, за все те обидные слова, а она опять страдала по нему. 
Вот почему всё так?
Если бы не любила… всё было бы намного проще.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #10 : Ноябрь 24, 2017, 01:24:38 »

Глава 9.

- Значит, Жданов буйствует?- Катя услышала, как Юлиана хмыкнула, а сама вздохнула.
- Это просто ужасно! Он не просто буйствует, он доводит меня до сумасшествия своими упрёками! Господи, ты бы слышала, что он мне сегодня говорил!
- А ты как хотела? Я тебя, между прочим, предупреждала, но ты только отмахивалась! Или ты всерьёз надеялась, что он не захочет общаться с сыном?
- Я надеялась, что он не узнает! Но видишь, как получилось? Маргарита на Пашку только посмотрела, и на следующий день Андрей уже всё знал.
- А Миша?
- Что Миша? Миша в Лондоне.
- То есть он ничего не знает?
Катя даже застонала вполголоса.
- Юлиана, я знаю! Знаю, что надо ему рассказать, но что я ему скажу? Что Пашка теперь называет папой Андрея? Как я ему объясню?
- Ты опять затягиваешь петлю на своей шее, Катя! Или Мишу ты не боишься?
- Не в этом дело. Просто я не могу сейчас ещё и об этом думать! С меня Андрея хватает! А теперь он хочет, чтобы я привезла Пашку в «Зималетто»! Ты представляешь себе это? Я нет!
- Это логично. Когда Пашка появится в «Зималетто» - для Андрея это будет официальное признание его родительских прав.
- Я с ума сойду! Я это не переживу.
- Переживёшь. Теперь у тебя нет выбора. Жданов не отступится, сам, говоришь, сказал. А попытаешься воспротивиться, он найдёт способ тебя успокоить.
- Юлиана, он так изменился… Я его просто не узнаю.
- Он повзрослел, Кать. 
- Повзрослел? Я бы сказала по-другому. Я его даже боюсь. Он иногда так на меня смотрит…
- А ты как хотела? Он «Зималетто» на себе из такой ямы вытащил!.. А для этого пришлось стать жёстким и не оборачиваться ни на кого.
Катя села на диван и закрыла глаза.
- Знаешь, что он мне сегодня сказал? Что это я его таким сделала… Неужели правда?
Юлиана помолчала немного, обдумывая её слова.
- Может, и правда. Тогда много чего случилось, и ты исчезла. Ему пришлось учиться жить заново практически. А Пашка как с ним?
- Как? Да он только о нём и говорит, а уж как узнал… Только и слышно – папа то, папа это!
- А я знала, что так будет. У него характер Андрея, и ему нужен именно такой отец. Миша с ним не справляется, а вот Жданов сможет. 
- Он его слушается. Меня иногда не слушает, а Андрея… Меня это ещё больше пугает. Просто не представляю, что дальше делать. Пашка сейчас  к нему привыкнет, и что? Что дальше делать? Андрей ведь не сможет ездить к нему часто, у него дел много.
- Ты сейчас об этом не думай. Мне кажется, что эта проблема решится сама собой.
Катя насторожилась.
- Что ты имеешь в виду?
Юлиана вздохнула.
- Да ничего. Просто мне так кажется.
- Я боюсь идти в «Зималетто», Юль. Очень боюсь. Там я буду на его территории.
- Вы уже и территорию делить начали? Плохо дело. Ну, хочешь, я приеду?
- Хочу! Очень хочу! Правда, приедешь?
- Приеду. Надеюсь, что мне не особо достанется от Жданова.
- Что ты говоришь? Он не посмеет тебе и слова сказать! Он тебя боится, а вот я…
- А ты боишься его. Слушай, Кать, а как он… ну, к тебе? Ты ведь теперь у нас красавица!
- А вот до этого мне сейчас?- а потом загрустила.- Ему всё равно. Я ему не нужна, и не смотрит он на меня. Думаю, что у него сейчас одно желание – чтобы я оказалась где-нибудь подальше! Ему сын нужен, а не я. Он либо орёт на меня, либо разговаривает сквозь зубы, и то только тогда, когда нужно что-нибудь спросить о Пашке! Я ему нужна только в качестве няни для его сына. Вот именно няни! Чтобы заботилась о ребёнке, а когда не нужна, без разговоров уходила прочь!
- О-о!- задумчиво протянула Виноградова.-  Я смотрю, подруга, у тебя опять обострение, да? Прошлая любовь накрыла с головой? Совсем плохо?
Катя закрыла глаза.
- Я ничего не могу с этим поделать… Он злится на меня, ненавидит, а я, как последняя дура!..
- Прихорашиваешься и лучшие платья выбираешь?- подсказала Юлиана и многозначительно хмыкнула.
- Не буду я больше этого делать! У него эта… Ткачук есть. Вот и… Знаешь, я ему выболтала, что знаю о ней. А он надо мной посмеялся.
- Сказала?- ахнула Юлиана.- С ума сошла?
Катя горестно вздохнула.
- Само получилось… 
- А он?
- Говорю же, посмеялся. Так стыдно! Ну, вот скажи мне, разве это нормально? После всего, после стольких лет я продолжаю его ревновать! Это болезнь!
- А то,- согласилась Виноградова и засмеялась.- Все мы такие… больные! И дуры, когда влюбляемся! Вот было бы это не так, послала бы ты  своего Жданова ещё в момент первого поцелуя и жила бы себе спокойно! А ты сейчас ахаешь и с ужасом думаешь о том, что тогда никогда бы так и не узнала, что такое любовь! Правильно я говорю?
Катя только всхлипнула и не ответила.
- Вот и я о том,- вздохнула Юлиана.- И дальше жалеть себя тебе смысла нет. Но и прогибаться под Жданова… Ты же себя уважаешь? Вот и покажи ему, что ты тоже чего-то стоишь.
- Что ты имеешь в виду?  Я не собираюсь с ним воевать!
- А зачем воевать? Ты же женщина, Кать!
- Ой, Юлиана! На что ты меня подбиваешь?
- Да ни на что, Катюш! Просто себя надо уважать и ценить в любом случае! 
- Ценить… Я ценю.
- Как-то неуверенно у тебя получается это говорить! Лучше сделай что-нибудь!
- Что?
- Пошли его к чёрту!
- Уже послала,- вроде похвалилась Катя.
- Да? Это хорошо. Пусть знает, что к чему. Вот и завтра пойдёшь в «Зималетто», не веди себя, как во всём виноватая. Ты молодая, красивая, сексуальная…
- Юлиана, я мать его ребёнка!
- И что? От этого ты перестала быть женщиной? Что ты заранее ставишь себя ниже Киры и Ткачук? Вспомни о самоуважении!
Катя задумалась.
- Думаешь?
- Конечно. По-крайней мере, хуже от этого не будет. Заодно проверишь, настолько ли он на тебя злится, как говорит!- и хохотнула.
- Юлиана!
- Что? Всё, Катюш, у меня встреча, давай до завтра. Я буду в «Зималетто», обещаю.
- Пока,- грустно отозвалась Катя и выключила телефон.
Молодая, красивая, сексуальная, говорите? А разве это не так?






-----------* * *-----------
Вот никогда не думала, что это платье ей когда-нибудь пригодится. Катя купила его только под давлением Юлианы несколько месяцев назад. Та расхваливала её, оглядывая в этом наряде, и Катя ей поверила и купила. А потом пришла домой, глянула на себя в зеркало и покраснела. Более глубокого декольте у неё не было ни на одном платье, а тут всё напоказ.
И даже не думала и не сомневалась, когда убирала его на антресоли. Оставила у  родителей и забыла про него. А после вчерашнего разговора с Юлианой вспомнила. 
Достала и с сомнением принялась рассматривать.
Да только подумать о том, чтобы надеть это платье, нужно очень много смелости.
И зачем она вообще собирается это сделать? Чтобы поразить Жданова?
А зачем ей это нужно?
На этот вопрос лучше не отвечать. Для собственного спокойствия.
- Ты собираешься в этом выйти на люди?- вскричал поражённый Валерий Сергеевич, когда она вышла из комнаты, уже собираясь в «Зималетто».
Катя попыталась принять невозмутимый вид.
- Папа, ты преувеличиваешь. Сейчас мода такая!
- Это какая такая мода? Чтобы все на тебя глаза таращили бесстыжие?
- Папа!- Катя подошла к зеркалу и стала поправлять причёску. Сама бросила быстрый взгляд на своё декольте и подавила вздох. Вот всегда её Виноградова подбивает на разные безрассудные поступки! Да Андрей ей в лицо рассмеётся! У него любовница модель бывшая, а она собирается его поразить своими прелестями?
Какой бред!
- Лена, а ты что молчишь? Твоя дочь собирается в таком виде на улицу выйти! А потом ещё удивляются, откуда у нас маньяки берутся!
- Мама, а мы к папе идём?- Пашка подпрыгивал рядом, пытаясь вместе с ней заглянуть в зеркало.
Катя кивнула.
Елена Александровна вышла в прихожую, внимательно посмотрела на дочь, и, воспользовавшись минутным отсутствием мужа, который нервно расхаживал между кухней и прихожей, проговорила:
- Катя, ты что задумала?
- Мама, ты о чём?
- Я об Андрее.
Катя повернулась и посмотрела на мать осуждающе.
- Что вы себе придумываете? Это просто новое платье. И не больше. А Жданов тут ни при чём! Тоже мне… буду я для него стараться!
Сын настойчиво потянул её за руку.
- Мама, я уже оделся! Пойдём!
Катя в последний раз глянула на себя в зеркало, мысленно перекрестилась, а потом вздохнула и взяла сумку.
- Пойдём.
Отец опять показался в прихожей и погрозил ей пальцем. Кате  на это ответить было нечего, она лишь коротко улыбнулась родителям, взяла сына за руку и вышла за дверь.
Таксист постоянно косился на неё в зеркало заднего вида. Она ёрзала от неудобства и недовольства, да и от смущения, и ругала себя за то, что сделала такую глупость и поддалась на уговоры Юлианы. Подумывала даже вернуться обратно и переодеться. Как она покажется в таком виде Андрею на глаза? Да и не только ему!
А если он догадается, что это специально на него рассчитано?
Плохо.
Когда машина остановилась у здания «Зималетто», Катя выглянула из окна и почувствовала, как внутри всё затряслось мелкой дрожью. 
«Зималетто».
Она все эти годы, когда бывала в Москве, старалась даже случайно не оказываться рядом, даже мимо не проезжать. Чтобы не бередить старые раны и не вызывать новые приступы тоски. 
И вот теперь она вернулась. И вернулась не просто так, а привезла своего сына. А Пашка, как ни крути, Жданов и наследник. И когда-нибудь…
Как же она скучала! 
Сразу вспомнились те времена, когда она приходила сюда каждый день на работу. И тогда она полюбила эту компанию, на самом деле полюбила. И готова была на многое, чтобы спасти, вытащить компанию из ямы, избавить от проблем.
Готова была на многое, а потом разозлилась…
Ладно, не надо сейчас об этом думать. Всё это уже в прошлом, а сейчас она возвращается. И надо отбросить всё в сторону и думать о будущем. О будущем своего сына.
Катя помогла ему выбраться из машины и нервно одёрнула платье, а потом опомнилась и поддёрнула вырез декольте вверх. Это просто невозможно! Кто шил это платье? Наверняка, какой-нибудь озабоченный… модельер!
Охраны на входе не было, и никто её не остановил и пропуск не потребовал. Это немного удивило, но думать сейчас об этом ей было не досуг.
Сердце колотилось, как сумасшедшее, она просто не представляла, как сейчас выйдет из лифта на офисном этаже, что будет дальше и как ей себя вести. А Пашка с любопытством крутил головой в разные стороны и постоянно задавал ей какие-то вопросы. Она даже не пыталась вслушиваться в его лепет, отвечала односложно, а зачастую отделывалась просто кивком. Ребёнок её состояния  не замечал, любопытство всё затмевало.
Лифт поднимался слишком быстро, так ей показалось. А ещё она продолжала поправлять чрезмерно обтягивающее узкое платье и даже паниковать начала, проклиная свою смелость и одновременно глупость. Она же не привыкла носить такую одежду! Чёрт дёрнул вырядиться!
Всё Жданов виноват!
Двери лифта открылись, и она сделала судорожный вздох, как перед прыжком в пропасть. Даже отчётливо показалось, что стоит на краю, а внизу острые и безжалостные камни. А она стоит у обрыва и собирает всю волю в кулак, чтобы сделать решающий шаг и полететь навстречу этим камням и своим воспоминаниям.
На ресепшене сидела незнакомая девушка, и Катя почему-то растерялась. Ей почему-то и в голову не приходило, что в «Зималетто» может что-то измениться.
Где Маша? 
Как странно…
Девушка подняла на неё глаза и посмотрела выжидающе.
- Здравствуйте. Я Елена. Я могу вам помочь?
Катя смотрела на неё несколько секунд, как зачарованная, и даже не сразу поняла, что  эти слова обращены к ней. Помочь ей? Вряд ли.
А в голове крутились воспоминания. Как она пришла сюда в первый раз, и как её приняли. А теперь всё изменилось, это чувствовалось даже в атмосфере.
Катя перевела дыхание и вежливо улыбнулась.
- Здравствуйте,- а потом не удержалась и спросила.- А Маша где?
- Маша?- на лице секретарши отразилось явное непонимание.
- Тропинкина. Маша. Она раньше здесь работала.
- Ах, Тропинкина! Она, наверное, у себя, в приёмной президента. А вам она нужна?
- В приёмной президента?- удивлённо повторила Катя.
- Она секретарь Андрея Павловича. Так вам она нужна? 
Катя хмыкнула. Значит, Жданов не оставил своей привычки пользоваться услугами двух секретарей….
Потом опомнилась и опять улыбнулась.
- Нет. Я вообще-то к Андрею Палычу. 
- А он вас ждёт?
Катя посмотрела на сына, которой с любопытством оглядывался.
- О да…
- Я сейчас предупрежу. Как вас представить?
- Катерина Пу… Борщёва.
Девушка потянулась за телефонной трубкой, а потом глянула куда-то за её спину и кивнула Кате.
- Вы спрашивали Машу Тропинкину. Вон она.
Катя резко обернулась и посмотрела в ту сторону, куда ей указывала девушка. И замерла, одолеваемая непонятными волнительными чувствами. 
У бара стояла кучка шептавшихся женсоветчиц. Маша Тропинкина, Амура и Шура Кривенцова. Шептались и видимо ждали кофе. Потом кто-то из них что-то сказал, и они громко засмеялись.
Катя смотрела на них с улыбкой, а потом покачала головой. 
Как же здорово, что что-то в жизни остаётся неизменным.
- Мама, где папа?
- Подожди, милый. Сейчас мы к папе пойдём. А хочешь, я тебя сначала познакомлю с очень хорошими тётями?
- А потом к папе?
Катя кивнула. А потом пошла к бару, хотя походка была не совсем уверенной.
Подошла, гадая, узнают её или нет, и приостановилась рядом с хихикающими подругами. Так странно было их видеть и слышать их смех. Она так от этого всего отвыкла за эти годы. 
А они почти не изменились. У Кати создалось такое впечатление, что её отсутствие в течение такого длительного времени -  это лишь недоразумение. Её не было всего пару дней…
Её не было целую жизнь.
Амура оглянулась и недоумённо посмотрела на неё, потом глянула на Пашку и улыбнулась.
- Привет, красавчик!- и толкнула Шуру в бок.- Девочки, подвиньтесь! Дайте пройти!
- Здрасти!- воскликнул Пашка и посмотрел на Катю, а та продолжала смотреть на подруг, которые уже потеряли к ней интерес, вернувшись к своей интересной беседе.
- Какой ты милый,- засюсюкала Маша и посмотрела на Катю.- У вас просто замечательный сынишка!
Катя только головой покачала.
- Девочки, здравствуйте! Это я!
Все непонимающе уставились на неё, потом переглянулись.
Катя вздохнула.
- Господи, ну неужели я так изменилась?- воскликнула она.- Девочки, это я! Катя Пушкарёва!
Повисла пауза, в течение которой её потрясённо оглядывали с головы до ног, а потом Амура выдохнула:
- Катька?.. Это ты? Правда?
Она кивнула.
- Девочки, как же я по вам скучала!
- Катька!- Маша громко взвизгнула и кинулась ей на шею.- Ты вернулась! Ты приехала! Это ты!- потом опять окинула её взглядом.- Нет, это не ты!
- Да я, я,- засмеялась Катя и обняла Шуру.- Как же я рада вас видеть!
Пашка, поддавшись всеобщему ажиотажу, прыгал рядом, а потом начал хватать Катю за руку.
- Мама! А меня, я тоже хочу!
Она засмеялась, наклонилась, подняла его и посадила на высокий табурет. И поцеловала.
- И тебя поцелую.
Женсоветчицы замерли на несколько секунд, а потом удивлённо посмотрели на неё.
- Кать, это твой, что ли?
- Мой,- кивнула она.- Это мой сын, девочки. Как тебя зовут? Скажи тётям.
- Паша,- радостно воскликнул ребёнок.
- Катька,- протянула Амура и погладила Пашу по голове.- Какая ты молодец! Ты значит, замуж вышла, да? Поэтому уехала?
Она немного напряглась, но кивнула.
- Вышла. А это моё сокровище,- и опять поцеловала сына.
- Кать, а ты какая стала…- покачала головой Шура.- Вот никогда бы тебя не узнала! Такая красивая!
- Шура, что ты говоришь?- смущённо отмахнулась Катя.- Глупости всё это!
- А ты к нам пришла? Ой, Кать, тут столько всего случилось, ты даже не представляешь! Такое творится! Андрей Палыч!..
- Мама, пойдём к папе!- опомнился Пашка, услышав его имя.
Катя замерла в преддверии близкого раскрытия, а Шура расстроено вздохнула.
- Тебя муж ждёт, да? Ты бы приехала, когда время свободное есть! Мы бы сходили куда-нибудь, поболтали! Ведь так здорово тебя увидеть! Мы тебя постоянно вспоминаем!
- А ты даже не звонила!- обиженно закончила Маша, потом посмотрела на Пашку.- Хотя, понятно. Дом, ребёнок…
- Дело не в этом, девочки…
- Мама!
- Сейчас пойдём, Паш. 
- Ой, Клочкова!- охнула Амура и Катя обернулась. И увидела Викторию, которая как бы, между прочим, уселась недалеко от них и, не торопясь, потягивала сок из высокого стакана.
Клочкова покосилась на нее, и Катя отвела глаза.
Маша подбоченилась и глянула на конкурентку.
- Вика, а ты чего это здесь расселась? Вдруг звонить кто будет? Мало тебе сегодня от Жданова влетело?
- Прямо  испугалась я его! Иди, давай, работай! Это тебе есть, что терять!- и с любопытством уставилась на Катю. Оценивающим взглядом окинула её платье и поджала губы.
Шура заметила её взгляд и злорадно хмыкнула.
- Что, Клочкова? Не по карману тебе теперь такие наряды? Зависть душит?
- Шура,- попыталась её одёрнуть Катя, но Кривенцова лишь хитро прищурилась.
- Кать, я тебе серьёзно говорю – завидует! Её как Коля твой бросил, так всё! Простой в личной жизни!
Катя только вздохнула, а Вика нахмурилась и присмотрелась к ней более пристально. Потом покачала головой.
- Нет… быть такого не может… Пушкарёва?
Катя бросила на неё быстрый взгляд и кивнула.
- Здравствуй, Вика. 
- Это серьёзно ты?
- Мама!- Пашка уже перешёл на требовательный стон.- Я хочу к папе!
- Мы уже идём. Ты пить не хочешь?
Он покачал головой и потянул её за руку.
- Уходите уже?- пригорюнились женсоветчицы.
Катя совершенно растерялась. Не знала, что дальше делать. 
- Мы к папе пришли,- сказал Паша.- Он здесь работает.
На неё устремились удивлённые взгляды.
- Здесь? Твой муж работает здесь?
Она молчала, пытаясь быстренько придумать, что сказать им. А в следующий момент Пашка отпустил её руку и радостно закричал:
- Папа!
Катя дёрнулась и обернулась. И увидела, как сын со всех ног мчится к Жданову, который только что показался в холле в компании с Малиновским.
И наступила тишина. И только изумлённые лица сотрудников со всех сторон.
Только Андрей этого вроде и не заметил. Увидел сына, и на лице появилась счастливая улыбка. Подхватил его и подбросил под потолок. Пашка взвизгнул и засмеялся. А Жданов прижал его к себе и поцеловал.
- Привет, мой хороший. Вы уже приехали?
Катя не знала, куда деться от неловкости. Нет, никакого стыда не было, но неловкости было в избытке. Прямо чувствовала, как её ощупывали любопытными, даже голодными взглядами. Жадными до сенсации.
Малиновский тоже выглядел странно. Переводил удивлённый взгляд с друга, который не замечал ничего, кроме ребёнка, которого держал на руках, на неё. И осматривал странно, и Катя не сразу не догадалась, что это из-за платья. А когда поняла, опять себя отругала за этот эксперимент.
Действительно чёрт дёрнул!..
А потом Андрей вспомнил об окружающих и отыскал её взглядом и тоже на пару секунд застыл, оглядывая её. И Катя заметила, как странно блеснули его глаза, а потом взгляд стал очень недобрым. Даже лицом потемнел немного, ей так показалось.
Подошёл к ней, ещё раз окинул быстрым взглядом и посмотрел на замеревших с открытыми ртами сотрудниц у неё за спиной.
- В чём дело? Мне теперь всем выходной дать, чтобы вы благополучно отошли от шока? Работать всем!- и, наконец, обратил своё внимание на неё.- Я тебя раньше ждал. Всё нормально?
Она кивнула.
Конечно. У неё всё нормально. Разве может быть иначе? 
У неё всегда всё очень хорошо! Просто замечательно!
Всё для вас, Андрей Палыч!
Что за кошмарный день?
- Да. Андрей, наверное, зря мы приехали. Тебе работать надо, а от Пашки очень много шума. 
- Ну и хорошо, что шума много,- и с улыбкой посмотрел на сына.- Пойдем, папа тебе покажет свой кабинет.
- Большой?
- Большой! Я тебя сейчас и с дядей Ромой познакомлю! Ромка, ты где там?
Малиновский осторожно приблизился к ним и с опаской глянул на Катю.
- Какие у нас гости… Здравствуйте, Катя.
Она сдержанно кивнула, но взглядом его не удостоила.
- Здравствуйте, Роман Дмитрич.
- Ромка, ты посмотри, какой у меня сын! Скажи похож? 
Рома глянул на ребёнка с каким-то недоверием и нахмурился.
- Правда… похож.
И тут Катя наградила его таким взглядом, что Малиновский невольно отступил.
Жданов уловил надвигающуюся грозу, и его взгляд уже заставил разлететься в разные стороны всех.
- Я сказал работать всем!- рыкнул он, а когда Пашка поднял на него удивлённый взгляд, опять поцеловал его в лоб.- Вот так надо всех строить, сына. Вырастешь, станешь большим начальником, и я тебя научу. Пошли в кабинет, посмотрим, где папа работает.- И глянул на Катю.- Ты идёшь?
Она покачала головой.
- Я потом приду. Если дорогу вспомню…
Андрей нехорошо усмехнулся, перехватил сына поудобнее одной рукой и твёрдым шагом пошёл к дверям. А Пашка посмотрел через его плечо и помахал ей рукой.
Катя улыбнулась ему, а потом вздохнула и обернулась к подругам, которые жаждали объяснений.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #11 : Ноябрь 24, 2017, 06:48:57 »

Глава 10.
- Папа, ты здесь работаешь?
Андрей опустил сына на пол, и тот начал с любопытством оглядываться, а потом побежал к его столу и влез на стул.
Ромка приостановился, продолжая настороженно и с каким-то странным недоверием присматриваться к чрезмерно энергичному ребёнку, появившемуся в их жизни. А понаблюдав, как тот по-хозяйски обосновался в президентском кресле, покачал головой и хмыкнул:
- Правильной дорогой идёте, товарищ.
Жданов обернулся и посмотрел на него с широкой улыбкой.
- А ты думал, Малиновский! Амбиции у него от рождения!
Потом подошёл к сыну и крутанул кресло. Пашка радостно засмеялся.
- Ещё, папа!
- Ещё?- и снова резко развернул кресло, а потом остановил, наклонился и поцеловал довольного ребёнка.- Нравится тебе папин кабинет?
Паша кивнул, затем слез со стула и принялся детально обследовать новую территорию. Выдвигал ящики, с любопытством и детским восторгом заглядывал внутрь, рассматривал статуэтки, тыкал пальчиком по кнопкам телефона и перебирал на столе какие-то бумажки. 
Андрей ему не мешал, только наблюдал за ним с удовольствием и отцовской гордостью, а потом опять глянул на задумчивого друга, устроившегося на диване.
- Ромка, чего ты кислый-то такой?- у Андрея было такое великолепное настроение, что хотелось и всех окружающих делать счастливыми.
- А что, у тебя есть повод для радости?
- А то нет! Вон он, повод для радости, по кабинету носится!- Жданов присел на кресло и продолжил наблюдать за сыном.
- Андрюх, ты серьёзно, что ли?- не поверил Рома.
Андрей глянул на него уже более спокойно.
- Ромка, это мой сын.
- Да вижу… И почти верю. И правда похож.
- И не говори. Даже странно, насколько похож.
- Ага, наверное, старались очень, да?- съязвил Рома.
- Малиновский!
- Что? Не так?- потом помолчал и продолжил.- Палыч, и что ты собираешься делать? Со всем этим?
Андрей непонимающе покачал головой.
- А что тут можно сделать?
- Да ты раньше от одного слова «дети» зеленел, а тут  враз заделался образцовым папашей? Что-то мне не верится, уж извини.
Жданов глянул на сына, который ощупывал статуэтку орла у него на столе, и усмехнулся, но как-то не очень весело.
- Не веришь? Правильно. И не поймёшь. Пока собственного ребёнка на руки не возьмёшь, в глазки не посмотришь… Я, когда узнал, что у меня сын есть, тоже растерялся, не знал, что и думать. А уж тем более что делать. Испугался до дрожи, даже как подойти не знал! А потом Пашку на руки взял в первый раз,  и все сомнения и страхи ушли сразу. Сам себе удивился. Сознание перевернулось, понял – моё! Понимаешь? И только от меня зависит, каким человеком он вырастет. Это такое чувство… ты даже не представляешь!
- Вот уж действительно!
Пашка подбежал к ним и протянул Андрею лист бумаги.
- Папа, сделай самолётик!
- Самолётик?- Жданов взял у него бумагу и начал аккуратно складывать.- Вот и самолётик… Смотри, какой получился!
- Надо звёздочку нарисовать! Дедушка всегда звёздочку рисует!
- Неси ручку, вон на столе лежит. 
Пашка, специально  громко топая, сносился к столу за ручкой и быстро вернулся. Андрей принялся рисовать на боку бумажного самолёта звезду.
Рома фыркнул.
- Жданов, ты не скромничай, рисуй больше!
Андрей махнул на него рукой, а Паша заинтересованно посмотрел на незнакомого дядю. Потом глянул на отца.
- Папа, надо много звёздочек?
Андрей засмеялся и поцеловал сына в лоб.
- Не слушай дядю Рому, он шутит. Вот одна звёздочка, но зато большая,- и вручил ребёнку самолётик.- Иди, играй.
- Да-а, Палыч! Я смотрю, ты и правда идеальный папа!
- Брось! Просто… я сошёл с ума от этого ребёнка! Пашка просто чудо!
- Ещё бы! И мама у него не кто-нибудь, а Екатерина Валерьевна Пушкарёва!
Жданов немного нахмурился.
- Не в этом дело.
- Неужели? А Катенька-то наша преобразилась кардинально. Я даже не узнал, если честно, до сих пор в шоке. Что ж ты мне раньше-то об этом чуде не рассказал?
Вот здесь Андрей нахмурился по-настоящему и кинул на друга недобрый взгляд.
- Потому что меня это не волнует. А тебя тем более не должно волновать! И, Малиновский, не дай Бог, я что-нибудь узнаю!..
- Спокойнее, господин президент! Я об этом даже не думал! Хотя… вид её декольте серьёзно пошатнул мою нервную систему. Слушай, а у неё и раньше такие… формы были? Или это после…- Рома указал взглядом на Пашку.
- Замолчи лучше!- всерьёз пригрозил ему Жданов.- Не зли меня!
- Тебе жалко ответить? Лучшему другу!
Андрей раздражённо вздохнул.
- Ромка, это не твоё дело!
- Да, конечно, не моё. Просто… Андрюх, давай начистоту. У тебя опять крыша съехала, да?
Жданова покоробило.
- Что ты говоришь? Она мать моего сына, и ничего больше. Мы чужие люди!
- Вот!- воскликнул Рома и ткнул в него пальцем.- Об этом я тебе говорил ещё тогда! Главное, чтобы ты сейчас об этом не забыл!
- Ты чего меня учишь?- начал свирепеть Андрей.- Учит он меня, учитель! Думаешь, я сам не разберусь? Я не собираюсь ничего предпринимать. Мне нужен сын, а не она. У неё муж есть, она его выбрала, и ради Бога! Не нужна она мне!
- А чего злишься?
- Не злюсь! И вообще, Малиновский, иди отсюда! Надоел ты мне со своими нравоучениями!
Рома вздохнул и встал.
- Пушкарёва плохо на тебя влияет. Четыре года назад ты тоже таким был – нервным и злым! И опять начинается…
Жданов глянул на него зверем, но Рома устремился к выходу, подальше от гневных взглядов друга.
Андрей посмотрел ему вслед, а потом обнял подбежавшего к нему сына. Закрыл глаза, чувствуя, как его обнимают маленькие ручки, а сам тут же вспомнил о его маме. А точнее, о том, какой он её сегодня увидел.
И до боли сжал челюсти.
Сплошное безобразие! Что у неё за муж такой, который позволяет ей появляться на людях в таком виде?
Ему очень хотелось вмешаться и объяснить ей…
Очень... хотелось.

----------* * *----------
От женсовета её спасла, хоть и опоздавшая к главному происшествию, Юлиана. Буквально вытащила за руку из курилки из-под града сыпавшихся на неё вопросов. 
Женсовет хотел знать всё -  и немедленно.
Как? Когда? Почему? Где?
Ты родила от Жданова ребёнка?
Это правда?
У вас был роман?
Ты его любила?
А он тебя? 
А что случилось?
Вы поругались?
Он тебе изменил?
А Кира?
Почему ты не рассказала?
Почему уехала?
А муж?
Как мальчик похож на Андрея Палыча!
Что теперь будет?
Кате хотелось заткнуть уши, завизжать и затопать ногами. На все эти вопросы у неё был только один ответ – да, у неё ребёнок от Жданова! А всё остальное…
И уж тем более она не знала, что будет дальше. Просто не представляла и даже боялась загадывать! И сейчас ей было не до разговоров по душам и не до откровений.  Хотелось убежать, забиться куда-нибудь в угол и не думать ни о чём.
И, слава Богу, когда стало совсем невмоготу, появилась Юлиана и спасла её.
- Ну что?- Виноградова вздохнула, а потом одобрительно осмотрела Катю  с головы до ног.- Слушай, а ты потрясающе выглядишь!- и поддёрнула немного вырез Катиного декольте. Та отступила и приложила руку к почти обнажённой груди.
- Юлиана, что ты делаешь? Я себя уже всю изругала за это платье! Я чувствую себя голой!
- Не говори глупостей! Всё очень здорово. Жданов видел?
- Видел,- покаянно кивнула Катя.- Странно, что я не упала замертво от его взгляда!
Юлиана довольно хохотнула.
- Значит, пробрало? На это и  был расчёт!
- Какой расчёт, Юля? У меня не было никакого расчёта! Одна глупость!
- Катя, ты ничего не понимаешь! Жданов из тех мужчин, которые нуждаются в дрессировке. Им это самим нужно, понимаешь? Им так спокойнее. Иначе так и будет тебя носом в твои ошибки тыкать. А тебе это надо? Однажды у тебя получилось его урезонить, значит, и сейчас сможешь.
Катя только головой покачала.
- Ты мне это сейчас серьёзно говоришь?
- А то! Такими вещами, милая моя, не шутят! А Пашка где? С ним?
- Да. Ой, Юлиана, ты просто не представляешь, что было! Андрей вышел, а Пашка к нему как бросится! Да ещё с криком «Папа!». Я чуть с ума не сошла! И это у всех на виду!
- Жданов этого и добивался. А ты как думала? Зато теперь ни у кого никаких вопросов.
- Да уж…- а потом шёпотом добавила.- Я его боюсь.
- Вот уж это лишнее! Ты не кто-нибудь, ты родила наследника Ждановым. Вот и веди себя соответственно!
- Я так не могу,- покачала головой Катя.
- Сможешь. Тем более с недоброжелателями. Не ради себя, а ради своего сына.
- Боже мой…
- Хватит вздыхать! Иди к Жданову и покажи ему, что ты тоже кое-что решаешь, а не только он. И что он должен прислушиваться к тебе.
- А ты?- испугалась Катя.
- А я к Милко.  Раз уж я здесь, надо кое-что с ним обсудить.
- Ты со мной не пойдёшь?
- А зачем я тебе там? Жданову сейчас отвлекаться нельзя!
- Да ну тебя! Я тебе говорю, говорю, а ты…
- Ладно, ладно! Ваше дело.  Но отношения всё равно надо как-то налаживать, не будешь же ты от него и дальше шарахаться? Просто не сможешь!
- Налаживать я не против! Я против того, что ты говоришь!
- Неужели?- Юлиана хитро посмотрела на неё.- А что ж тогда вырядилась?
Катя невольно вспыхнула.
- Это просто так…
- Конечно. Я тоже всегда так говорю.
Что на это ответить, Катя сообразила не сразу, а Виноградова этим воспользовалась, быстро клюнула её в щёку и так на неё посмотрела, что Кате на мгновение показалось, что перекрестит. Даже замерла, но Юлиана подтолкнула её в сторону президентской приёмной.
- Иди.
- Юлиана!
- Что? У тебя там ребёнок. Иди, проконтролируй.
Катя остановилась у двери и вздохнула.  Прикрыла глаза, собираясь с силами и умоляя себя успокоиться. А потом открыла дверь и вошла в приёмную. И тут же наткнулась на неприятный взгляд Клочковой. Вика смотрела на неё так, словно Катя, по меньшей мере, её ограбила и забрала последнее и жизненно необходимое. 
Катя попыталась удержать на лице спокойное выражение и сделала несколько шагов к ней навстречу.
- Андрей у себя?
Виктория как-то вся вскинулась, и чёрные кудри гневно  затряслись, а глаза опасно загорелись.
- Нет, вы посмотрите, какая наглая! Пушкарёва, а ты не обнаглела?
Катя подавила нетерпеливый вздох.
- Я уже давно не Пушкарёва, Вика.
- Но и не Жданова! А строишь из себя!.. Вот Кира вернётся, она тебе покажет!
- Отлично,- кивнула Катя, снисходительно улыбнувшись,- а пока я пойду к Андрею.- И уверенным шагом прошла к двери. Открыла без стука и вошла.
Вика лишь фыркнула ей вслед, а потом схватилась за телефон.
- Кира! Ну, где ты ходишь? Тут такое творится!..

--------* * *--------
Чего ей стоило держать себя в руках и не опуститься до банальной истерики, знала только сама Катя. Ведь боялась именно этого, что на неё все будут смотреть с беспардонным любопытством, пытаясь влезть ей в душу  и утопить её в своих грязных и пошлых мыслишках.
И в конце концов так и случилось.
И где от этого скрыться?
Катя вошла в кабинет Андрея, сбегая от Виктории, закрыла за собой дверь и тут же задохнулась от нахлынувших на неё воспоминаний. На некоторое время забыла обо всём на свете, отдавшись воспоминаниям, словно вошла не в кабинет, а в своё прошлое. Смотрела на дверь каморки, на стол Андрея и понимала, что ничего не изменилось. Ничего. Всё так же, как и было несколько лет назад.
К действительности её вернул радостный возглас Пашки.
- Мама!
Андрей обернулся на неё, окинул странным взглядом, Катя даже испугалась, что понял её состояние, но потом отвернулся, опять сосредоточив всё своё внимание на сыне. Пашка сидел на диване, пил сок и с аппетитом жевал печенье.
Катя заставила себя оторваться от двери, на подгибающихся от волнения ногах прошла к дивану и поскорее села, стараясь, чтобы Жданов ничего не заметил.
- И зачем ты его кормишь сладким?- сказала она, глянув на Андрея.- Скоро обед.
- Ничего, ещё успеет проголодаться,- легко отмахнулся тот, а в следующий момент почувствовал, что галстук превратился в удавку и он задыхается. А всё из-за того, что Катя наклонилась к Пашке, чтобы отряхнуть крошки с его лица и взгляду Жданова предстала одуряющая картина, в виде её почти обнажённой груди. Было совершенно непонятно, что её ещё удерживает в пределах платья. Казалось, что вот ещё секунда… и всё. В голову сразу полезли волнующие мысли, и стало нестерпимо жарко.
А Катя вдруг повернула голову и посмотрела прямо на него. Перехватила его выразительный взгляд, но не покраснела, как обычно, а нахмурилась.
- Куда ты смотришь?
Андрей отвёл глаза и к своему удивлению понял, что смущён. Только этого не хватало!
Заставил себя опять взглянуть на неё и при этом выглядеть чуть ли не равнодушным.
- А в чём дело?  Ты это платье надела, чтобы на тебя не смотрели?
Катя опять повернулась к Паше и дёрнула плечиком.
- Ну почему же? Пусть смотрят. Только не ты.
Андрею стало неприятно. Такого он от неё не ожидал и даже недоумённо посмотрел, но Катя уже отвернулась и вроде бы потеряла к нему всякий интерес.
Но Жданова это задело. Её такое явное пренебрежение. 
Значит, он её не волнует? Даже так?
Сцепил зубы, откинулся на спинку кресла и посмотрел на неё насмешливо.
- А в чём проблема? Волнуешься? 
Кате пришлось собрать все свои моральные силы, чтобы ещё раз поднять глаза и посмотреть на него, а уж тем более выдержать его взгляд. Такой холодный и пренебрежительный.
- Я волнуюсь? Ничуть не бывало. С чего мне волноваться?
- Вот и я думаю, с чего?
Катя почувствовала, что несмотря на все усилия, покраснеет непременно уже в следующую секунду под его взглядом. 
- Андрей, прекрати!
Он засмеялся.
- Катька, ты не меняешься!
- Что ты имеешь в виду?- у неё от смущения язык едва шевелился.
- Ну, вообще-то в твоём возрасте женщины становятся более взрослыми и искушёнными, а ты…
- А моя искушённость, Жданов, не твоё дело!- выпалила она, гневно сверкая глазами.- У меня муж есть, и его всё устраивает!
- Ты уверена?
Её взгляд буквально пригвоздил его к месту, но Андрей продолжал удерживать на лице лёгкую ухмылку. Пусть не думает себе… что её слова о муже очень его задели. У него тоже есть, чем похвастаться.
- И что,- решил продолжить он,- твой муж позволяет тебе так одеваться? 
- Как так?- Катя сделала вид, что не поняла намёка.
- Откровенно. Сегодня весь офис пялился на твою грудь,- сказал это таким обвиняющим тоном, и сам себя отругал, но было уже поздно. Оставалось только держать лицо.
Катя даже рот приоткрыла и в возмущении похватала воздух. Выпрямилась, потом быстро взглянула на сына, но тот вроде к их разговору  не прислушивался, продолжая жевать и разглядывать свой самолётик.
Катя с минуту собиралась с мыслями, а точнее засовывала поглубже все дерзкие и несдержанные слова обратно в себя, а потом вздохнула, разгладила на коленях подол платья и изобразила искусственную улыбку.
- Ты можешь говорить мне всё, что угодно. Мне абсолютно всё равно. А тебе должно быть всё равно,  кто и куда пялится. Тем более если на меня. 
- Мне не может быть всё равно. Ты мать моего сына, и я хочу…
- Мне всё равно, что ты хочешь! Я хочу одеваться так -  и буду! А ты… можешь знаешь куда идти со своими желаниями?
Жданов немного потемнел лицом и насупился. И следующие слова, которые совсем не спасли бы ситуацию, а скорее,  наоборот, её усугубили, готовы были сорваться с его губ, но тут Пашка слез с дивана, подошёл к нему и поднял руки вверх, требуя, чтобы Андрей взял его на руки. Он взял, хотя всё ещё продолжал сверлить Катю негодующим взглядом. Паша обнял его за шею и повис, болтая ногами.
- Пап, я гулять хочу.
Андрей погладил его по спине.
- Пойдём гулять, сейчас. Паш, не балуйся,- и посадил его к себе на колени. А сам опять посмотрел на Катю, которая сидела, откинувшись на спинку дивана и сложив руки на груди. И по всему было видно, что она очень недовольна.
- Папа, а ты меня любишь?
Андрей вздохнул, потом глянул на сына и улыбнулся.
- Конечно, люблю.
- И я тебя люблю. Мам, а ты папу любишь?
Катя от неожиданности такого вопроса кашлянула, потому что дыхание сбилось, и посмотрела на них с изумлением. В первую секунду у Андрея лицо было не менее удивлённое, а потом появилась насмешка в глазах, а на губах ухмылка. И даже бровь приподнял, с нетерпением ожидая её ответа.
Кате очень захотелось запустить в него чем-нибудь тяжёлым, но на неё выжидательно смотрел её сын и тоже ждал ответа на свой, как ему казалось, очень важный вопрос.
Что ей оставалось? Только улыбнуться как можно спокойнее и кивнуть.
- Конечно, солнышко. Я люблю… папу,- и одарила последнего убийственным взглядом. 
А Жданов веселился от души. Смотрел на неё очень довольным взглядом, рассматривал очень внимательно, и взгляд сам по себе начал опять опускаться вниз, ведь туда так и манило, и она всё-таки покраснела. 
Да под таким взглядом любая бы покраснела!
Даже искушённая, как он выразился.
А она… куда ей до искушенности, к которой он привык? Вот только ему об этом знать не надо.


Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #12 : Ноябрь 24, 2017, 08:30:37 »

Глава 11.
- Кира, где ты была?- Вика влетела в её кабинет и посмотрела на неё рассерженно.
Кира прошла к дивану, положила на него пакеты с покупками и обернулась на подругу. Поглядела спокойно, без всяких эмоций. Долголетняя дружба с Викторией Клочковой давно научила её не бросаться к ней по первому истеричному зову и возгласу. Обычно за этим ничего не следовало, кроме  бесполезной суеты и нервотрёпки.
- Я была в магазине, Вика. И тебе это прекрасно известно, я же тебя предупреждала. 
Виктория всплеснула руками.
- По магазинам она гуляет! А тут такое творится!.. У тебя мужа вместе с компанией из-под носа уводят, а она по магазинам гуляет!
Кира бросила на неё быстрый взгляд и вздохнула.
- Что ещё случилось? Ткачук приехала?
- Ткачук?- Вика даже взвизгнула.- Теперь тебе Ткачук мечтой покажется и детским праздником!
-  Вика, что ты истеришь? Опять что-то углядела из-за угла? Или подслушала? Но мне теперь неинтересно, с кем Жданов и где. Мы с ним разводимся, Вика!
- А ему это только на руку! Кобель! У него теперь новая забава! И Ткачук в стороне окажется! Хотя это только радует! Этой гарной дивчине тоже облом!
Кира села и посмотрела на неё уже заинтересованно. 
- Вика, что случилось? 
- А то!- Клочкова подбоченилась и посмотрела на подругу с вызовом.- Пушкарёва вернулась, Кирочка! И ведёт себя так, словно уже здесь хозяйка! Вот наглая!
У Киры на секунду дыхание перехватило. Она приоткрыла рот, но ничего не сказала и опять его закрыла.
- Что? Пушкарёва? Она здесь?
- Здесь!- потом сбавила тон и присела на стул. Вздохнула.- Кира, она не одна приехала, а… с ребёнком. И всем рассказывает, что это ребёнок Андрея! Об этом уже всё «Зималетто» говорит!
- Что ты говоришь?!
- Да правду я говорю! И Жданов… Я была в баре, когда Пушкарёва пришла, а потом Андрей появился, и мальчик как к нему бросится! Закричал «Папа!», а Жданов его на руки подхватил и давай расцеловывать! Кира, ты понимаешь, что происходит?
Та молчала. Нервно крутила  в пальцах ручку и хмурилась. Но Вика видела, как она побледнела сразу после слов о ребёнке, и в глазах заплескалось беспокойство.
- Ребёнок, значит… Вика, ты уверена? Ты сама слышала, что он его папой назвал?
- Да это все слышали! А мальчик, знаешь…- понизила голос почти до шёпота,- он очень на Жданова похож, если честно. Сразу заметно, но… это ведь ни о чём не говорит, правда? Не могло Пушкарёвой так повезти!
Кира вскинула на неё удивлённый взгляд.
- Что ты говоришь, Вика?
- А что? Не повезло, скажешь? Родить Ждановым наследника! Ты-то этого не сделала!
- Вика!
- Что? А я тебе говорила! Что это единственная возможность привязать к себе Жданова, а ты мне не поверила! И Пушкарёва тебя обошла!
- Не говори ерунды!- Кира откинула ручку и выпрямилась, гордо расправила плечи.- Обошла она меня… Я Жданова, а она… любовница его!
- Которая родила ему ребёнка!
- Это ещё неизвестно!.. Чей это ребёнок! И что Пушкарёвой нужно от нас! И на кого рассчитан весь этот  спектакль! Ребёнок Андрея!..- Кира фыркнула.
Вика скрестила руки на груди и посмотрела на неё с сомнением.
- Думаешь, врёт?
- Не знаю, надо выяснить. 
- Выясни, Кира, выясни! Ведь если это правда, то получается, что Пушкарёва теперь здесь будет… хозяйкой, что ли?
- Что за глупости?
- Никакие не глупости! Ведь получается, что если мальчик этот на самом деле сын Андрея, то… он наследник. Разве я не права? А она его мать!
Кира нахмурилась.
- Я ей покажу хозяйку! Один раз я её отсюда уже выставила, и ещё раз это сделаю! Нахалка!
- Нахалка, Кира, нахалка!- с готовностью подхватила Вика.- А какая наглая, ты не представляешь! Явилась, вся такая из себя!.. Я её ни за что бы не узнала! А платье… Я такое видела в одном из бутиков, помнишь, я тебе рассказывала? А стоит… Интересно, кто у неё муж?
Кира подобралась и посмотрела недоумённо.
- Подожди, ты хочешь сказать, что она…
Вика лишь рукой махнула.
- И не говори! Вот зачем таким деньги? Из крайности в крайность бросается! Вырядилась так, что… А ещё меня ругают за то, что я одеваюсь откровенно на работу, а она-то! Даже у Малиновского челюсть отвисла! И поверь мне, Кира, это не просто так! Голый расчёт, в прямом смысле слова! На Жданова рассчитанный!
- Значит, Пушкарёва изменилась? И решила показать всем, кто есть кто? Ну что ж… Посмотрим, как у неё это получится.
- Кир, а вдруг Андрей к ней… переметнётся? Если это и правда его ребёнок, то… вполне возможно.
- Если его,- подметила Кира и задумчиво закусила губу. - Надо же, не думала я, что у неё хватит смелости вернуться. А Андрей как? Настроение у него плохое?
- Утром было. А потом за ребёнка уцепился и только улыбается. Даже странно его таким видеть! Я когда сок и печенье носила в кабинет, понаблюдала за ними… Что тебе сказать? Странно смотреть на такого Жданова.
- А ребёнок похож?
- Похож. На самом деле похож.
- Мерзавец! Значит, сделал Пушкарёвой ребёнка? И как я раньше не догадалась это проверить? Надо было узнать!
- Надо было,- согласилась Виктория.- Но теперь-то что? Что делать будешь? 
Кира побарабанила пальцами по столу.
- Не знаю… Надо посмотреть на эту картину маслом. Завтра…
- Так они ещё здесь!
- Здесь? 
- Ну да. В кабинете у Андрея. Он там с мальчиком сидел, а потом она пришла, так по-хозяйски дверь открыла! Кстати, Кира, ты представляешь, до чего она дошла в  своей наглости? Она ребёнка Пашей назвала! Я лично слышала, как Андрей к нему так обращался.
- Вот… дрянь, а? Она всегда такой была! С виду тихая и скромная, а на самом деле наглая и своего не упустит, с руками оторвёт! А мне никто не верил! А вот сейчас всё и вылезло. Ну, ничего. Я пока ещё его жена и имею полное право знать правду. Вот сейчас и узнаю!
Она уверенно поднялась и вышла из кабинета.
---------* * *---------
Когда они выходили из кабинета, Андрей абсолютно машинально прикоснулся к её спине рукой, пропуская её вперёд, а Катя резко обернулась и наградила его гневным взглядом. 
- Не трогай меня!
Он сам удивился -  и своему поступку,  и её реакции. Встретил её взгляд и немного сконфузился.
- Да не трогаю, успокойся.
Катя опустила глаза, а потом отвернулась и вышла. Андрей с трудом сдержал вздох, глядя на её прямую спину, взял сына за руку и вышел следом.
В приёмной за столом секретаря сидела Маша Тропинкина и улыбалась им, глядя на Пашку с умилением. Андрей глянул в сторону стола Клочковой, отметил её отсутствие и кивнул Маше.
- Вика где?
Та пожала плечами, а сама переводила любопытный взгляд с него на Катю.
- Где-то.
- И ты мне это сейчас так спокойно говоришь? Мне это надоело, Маша! То тебя нет, то её, а то обеих! 
- Андрей Палыч!- сразу заныла Тропинкина и опять глянула на Катю, ища поддержки, но та не реагировала ни на кого, погрузившись в собственные мысли.
- Молчи лучше!
Маша совсем приуныла и опустила голову, чтобы скрыться от требовательного взгляда начальника.
- Папа, я гулять хочу!
Андрей наклонился и взял его на руки.
- Сначала обедать,- сказала Катя. - Тебе уже есть пора. А потом лучше спать.
- Не хочу,- захныкал Пашка.
- Не реви,- пожурил его Андрей. - Сначала пообедаем, а если не уснёшь, пойдём гулять, хорошо?
Ребёнок кивнул, а Катя вздохнула.
- Зачем ты его балуешь?
- А кто ещё его будет баловать, как не я? Пошли, я есть хочу.
Они вышли в коридор, провожаемые беспардонным взглядом Маши, и натолкнулись на Малиновского. Катя сразу напряглась и отступила назад. Понимала, что это глупо, но общаться с ним ей было неприятно даже спустя несколько лет.
- Вы куда?- спросил Рома, а сам исподтишка глянул на Катю.
- Обедать мы пошли. Тебя не приглашаю, у тебя работы много,- сказал Андрей не очень вежливо, а потом перехватил взгляд Малиновского, который так и пытался залезть в и так чрезмерно открытое декольте Катерины, и незаметно пнул того ногой. А когда Рома недоумённо глянул на него, показал кулак.
Роман вздохнул и посмотрел на Пашку, у которого глаза уже были на мокром месте.
- Ты чего это хнычешь?
- Я гулять хочу!- пожаловался тот и ткнулся носом в волосы отца.
- Паша!
- Кать, оставь его в покое! Пусть подуется немного.
- Он уже спать хочет, вот и капризничает. 
- Ладно, поехали домой. Малиновский, не стой столбом, опоздаешь на встречу!
- Да иду я, иду, тИран. До свидания, Катенька.
Катя лишь мельком на него взглянула и кивнула.
- До свидания, Роман Дмитрич. 
- Кать, пойдём,- поторопил её Жданов, недовольный внезапно возникшим интересом друга к… матери его сына. Вот так правильно. Наверное.
Она догнала его у двери и уже готова была выйти, но тут Андрея окликнул женский голос, и Катя вздрогнула и застыла от ужаса.
Андрей обернулся, но он не испугался и не заволновался. Скорее почувствовал раздражение, что Кира опять не вовремя его отвлекла. А стесняться или чувствовать свою вину перед ней у него повода не было.
- Жданов!
Окликнула его, а сама замерла, наблюдая, как он разворачивается, а на руках у него ребёнок. Андрей повернулся, и мальчик тоже посмотрел на неё, и Кире на мгновение стало плохо. Значит, всё правда…
- Кира, мне некогда, давай позже. Я вернусь, и поговорим.
- Поговорим?- Кира зло усмехнулась и посмотрела на притихшего в сторонке Малиновского.- Да я не собираюсь с тобой разговаривать. Просто решила посмотреть на твою новую семью. А то все вокруг об этом говорят, а я не в курсе. А ведь я ещё твоя жена. Хотя, да! О таких вещах жёны всегда узнают последними!
Андрей недовольно поджал губы, хотя на самом деле ему сейчас больше хотелось заорать, как обычно, чтобы все поняли, что сейчас к нему лучше не лезть. Но на руках был ребенок, и начинать скандал при нём он не мог.
- Ты высказалась?- как можно спокойнее поинтересовался у жены и посмотрел на Катю, которая боялась выглянуть из-за его спины.- Нам идти надо, Пашке обедать пора.
Кира всплеснула руками.
- Какая прелесть! Жданов, ты себя-то слышишь?
- Папа, а почему тётя кричит?
Андрей успокаивающе погладил сына по спине, да и сам себя этим пытался успокоить.
- Потому что тётя…- Чокнутая истеричка.- Устала, Паш. Она много работала сегодня… и заработалась.
- Да сам ты… заработался!- рассерженно выдохнула Кира. Она прекрасно поняла, что он на самом деле имел в виду, а уж когда её мужа чужой ребёнок назвал папой… И беспомощно оглянулась на Рому.- А ты что молчишь? Скажи хоть что-нибудь!
- Что?- удивился Малиновский и растерянно посмотрел на неё, а потом на Жданова.
- Да идите вы все к чёрту! 
- Не ругайся при ребёнке!
- Ты меня постыди ещё! А кто это у тебя за спиной-то прячется? Что ж вы, Екатерина Валерьевна, стесняетесь? Вы же у нас теперь почти член семьи! Хозяйка положения, так сказать!
Катя вся сжалась, когда Кира вспомнила о ней и поняла, что за спиной Андрея дальше прятаться глупо. Да и не позволят ей спрятаться. Она сделал шаг и предстала перед женой Андрея. Во всей красе, так сказать.
- Здравствуйте, Кира Юрьевна.
Кира на секунду забыла обо всех приготовленных уже упрёках и принялась её рассматривать. И чем пристальнее и дольше рассматривала, тем сильнее хмурилась. А потом на лице появилась кривая усмешка.
- Понятно,- протянула она неприятным тоном и почти весело взглянула на мужа.- А я смотрю, ты неплохо устроился, милый.
- Хватит,- всё-таки прикрикнул на неё Жданов, но тон был сдержанным, чтобы не напугать Пашку.- Я вернусь через пару часов, если захочешь поговорить – приходи. Кать, пойдём.
И вышел, а Катя осталась под гневным и осуждающим взглядом Киры и заинтересованным Малиновского. И не знала, что делать. Неужели можно просто так уйти, ничего не объясняя? Но она бы всё отдала, лишь бы с Кирой так и не встретиться и не смотреть ей в глаза. Не потому что стыдно или виновата, а просто потому, что неприятно.
- Катя!
Она вздохнула и пошла на зов.
- Что ты там стоишь?- разошёлся Андрей.- Ждёшь, когда она истерику устроит?
- Знаешь, что?- тоже разозлилась Катя.- Мне всё это надоело! Я как знала, что не стоило нам сюда приезжать, а уж тем более Пашку привозить. Зачем ему всё это слышать и видеть?
- Кать, он ничего не понял, успокойся.
- Хватит меня успокаивать!
- Мама!
- Всё хорошо, милый. Ты кушать хочешь?
Пашка кивнул, и Андрей пошёл к лифту.
- И я кругом и всюду виновата,- вдруг начала вслух сокрушаться Катя, когда они вошли в лифт.- Гадкая и мерзкая разбивательница семей.
Жданов странно посмотрел на неё.
- Ты что говоришь-то?
- А что? Не так?- и отвернулась от него, ожидая, когда откроются двери лифта. 
Андрей смотрел на её затылок и думал о том, как нехорошо всё получилось. А всё Кира виновата. До этого момента он держал ситуацию под контролем и Катя, как ни фыркала, но была под его влиянием, он чувствовал. А Кира всё испортила. Катя тут же взбрыкнула и всего несколькими словами перевесила всю вину за случившееся на него, а сама стала жертвой, и это было понятно всем: и ей, и ему.
Он хотел отвезти их в ресторан. В какой-нибудь хороший и модный ресторан, но передумал. Настроение испортилось, они с трудом заставляли себя смотреть друг на друга, да и Пашка начал зевать и уже немедленной прогулки не требовал. И Андрей поехал к дому Пушкарёвых.
Катя сидела на заднем сидении и держала спящего сына на руках. Ехали в полной тишине, и напряжение висело между ними и, казалось, становилось всё тяжелее и тягостнее.
Андрей старался в зеркало заднего вида на неё не смотреть, потому что в глаза бросалась только её полуобнажённая грудь. Он даже пытался зеркало немного сдвинуть, чтобы видеть только её лицо, но почему-то не получалось. И в конце концов бросил это дело, пообещав себе, что смотреть будет только на дорогу.
Но она молчала, и тишина очень действовала ему на нервы. И он не выдержал.
- Катя, не обращай внимания на Киру. Она всегда такая, ты же знаешь.
- Я знаю? - вскинулась она.- Откуда мне знать? Она твоя жена.
Жданов сильно стиснул руль, но сумел себя сдержать.
- Не огрызайся,- попросил он.- Я не хотел, чтобы так получилось. Я с ней поговорю, обещаю.
Скосил глаза на зеркало и увидел, как её грудь соблазнительно приподнялась в тяжёлом вздохе. Взгляд тут же отвёл и себя отругал. Не надо туда смотреть!
- Не делай мне одолжение, Жданов. Мне это совершенно не нужно. И я могу за себя постоять, даже перед твоей женой. Просто я не хочу, чтобы Пашка был свидетелем всего этого. Он не привык к разборкам и скандалам.
- Ну конечно,- не удержался он от насмешки.- У тебя ведь идеальный брак и самый лучший муж в мире!
Она немного смутилась.
- Во-первых, это не твоё дело, а во-вторых, это не так. Просто я стараюсь, чтобы мой ребёнок…
- Наш ребёнок,- тут же поправил он её.
- Мой,- гнула она свою линию.- Чтобы мой ребёнок не был свидетелем того, как взрослые выясняют отношения. А с тех пор, как ты… Только это и происходит!
- Я, значит, во всём виноват?
- Мне всё равно, кто виноват. Просто боюсь, что мне ещё долго не видать спокойной жизни.
Андрей невесело хмыкнул.
- А у тебя была спокойная жизнь? Знаешь, мне прямо не терпится познакомиться с твоим мужем. Прямо чудо, а не человек! Идеал! Ты его долго искала? Хотя что я спрашиваю? Совсем недолго!
Катя обиделась. На самом деле обиделась, даже слёзы на глаза навернулись.
- Прекрати немедленно меня оскорблять! Ты тоже на жертву в этой ситуации мало похож! И вообще… Это ты во всём виноват!
- Я?- изумился он.- Ты сбежала от меня! Просто уехала и ничего мне не сказала!
- А что я должна была тебе сказать? И хватит! Я не хочу об этом говорить!
- Да ты никогда не хочешь говорить о наших отношениях! Так всегда было!
- Да нет у нас никаких отношений! У тебя с Кирой отношения и с… - Ткачук, мысленно добавила она, но вслух говорить этого не стала.- Вот и разговаривай!
Жданов даже головой помотал, пытаясь успокоиться, а потом вздохнул.
- Мы с Кирой разводимся,- вдруг сказал он и тут же удостоился удивлённого и одновременно настороженного Катиного взгляда.
- Зачем ты мне это говоришь?
- Чтобы ты знала,- разозлился Андрей.
- Я и так знаю! Но какое отношение я к этому имею?
- Да никакое,- рыкнул он вполголоса и поклялся себе, что с этой секунды смотрит только на дорогу.
Всю оставшееся время ехали в ещё более напряжённом молчании. Катя постоянно косилась на него, он чувствовал, но быстро отводила глаза, а Андрей гадал, о чём она думает. Точнее, что она думает, потому что не сомневался, что думает она о нём.
Когда подъехали к дому, Андрей вышел и Пашку  у неё забрал, придержал ей дверь. А когда Катя выходила из машины, то случайно коснулась его своей грудью, и Жданов сжал зубы и едва ли не застонал. Она отшатнулась от него, но было уже поздно. Посмотрела на него, встретила горящий взгляд и смущённо отступила.
- Я случайно, извини,- вырвалось у неё, прежде чем она успела обдумать эти совершенно ненужные слова. И только потом поняла, какую глупость сказала.
А Андрей засмеялся, просто не мог не засмеяться после её слов, да и такого видимого смущения.
- Катька, ты не меняешься…
Катя покраснела и обиженно отвернулась.
- Прекрати! Совсем не обязательно надо мной смеяться!
А Андрей вдруг понял, что она и правда обиделась. А также со страхом прислушался к себе и понял, что внутри него появилось давно забытое, как ему казалось, чувство теплоты и нежности по отношению к этой девочке. Для него она так и осталась маленькой и наивной девочкой.
Но этого не должно  было быть! Эти чувства он вытравил из своей души уже давно!
Но сейчас смотрел на неё, такую обиженную и даже возмущённую, и даже губы надула, и Жданов в какой-то момент перестал анализировать собственные чувства и сосредоточился только на возникшем желании её поцеловать. А точнее, вспомнить её поцелуй.
Нет, он и так  помнил, иногда казалось, что каждый поцелуй помнит, что было просто невероятно. Но это ведь воспоминания! А как давно этого не было! Её поцелуя. И когда она вот такая,с надутыми от обиды губками… Она была просто очаровательна. И безумно сексуальна.
Стоп. Не надо об этом.
- Кать,- позвал он, чтобы разрушить это колдовство и вернуть и себя, и её к реальности.- Не дуйся. Я пошутил.
Катя опять посмотрела на него.
- Я не дуюсь, я не маленькая. Пойдём, Пашку надо уложить в кровать, а то проснется, и больше его не уложишь.
Они вошли в подъезд, она опять шла впереди, предоставив ему удовольствие любоваться своей прямой спиной и соблазнительными бёдрами, а Жданов всерьёз задумался над тем, понимает ли она, что делает с ним. Или это специально? Его изводит?
Когда Катя поднялась на свой этаж, обернулась от двери на Андрея, который должен был идти следом за ней, но Жданов заметно поотстал и стоял теперь на пролёт ниже и смотрел на неё оттуда. Его взгляд Катю почему-то испугал и взволновал одновременно. Как-то странно он глядел на неё.
- Что?- вырвалось у неё, а Андрей вдруг спросил:
- Кать, а ты меня правда любишь?

---------* * *--------
- Это просто кошмар наяву!
Кира уже минут десять расхаживала по своему кабинету под задумчивыми взглядами Малиновского и Клочковой.
- Как такое могло случиться?- потребовала она ответа неизвестно у кого, но посмотрела, правда, на Рому, причём весьма требовательно посмотрела. Тот кашлянул в кулак и пожал плечами.- Ты виноват!
- Кира, что ты говоришь?- испугался он.
- А кто засунул его в постель к Пушкарёвой? Ты! 
- Ну, знаешь ли… я его не заставлял делать ей ребёнка, а уж тем более влюбляться в неё!
Кира после этих слов замерла, а потом взгляд, обращённый к другу мужа, стал ещё более холодным.
- Ты виноват!
Рома с опаской присмотрелся к ней и вдруг кивнул, соглашаясь, а точнее, идя напопятную.
- Хорошо, пусть я. Но сейчас-то я что могу сделать? Мне самому всё это не нравится, но тут всё решили без нас.
Кира нахмурилась.
- Что ты имеешь в виду?
- А то, что теперь тебе не удастся сыграть на чувствах Маргариты. Ждановы больше не верят в ваш брак. Они хотят внука, и теперь он у них  есть.
- А я тебе говорила!..- опять начала Вика, но Кира от неё отмахнулась.
- Значит, Ждановы в курсе?
- Насколько я знаю, это Маргарита первая узнала о Пашке. И поспешила рассказать всё Андрею. Как мне Андрей рассказывал, она случайно встретила Катю в магазине, в Лондоне.
- Значит, у неё богатый муж?- опять влезла Вика, но на неё не обратили внимания.
- Вот, значит, как… А я теперь получила официальную отставку? А эта мерзавка и рада! Получила всё и сразу!
Рома присел на край её стола и посмотрел с интересом.
- Кира, вы разводитесь, ты забыла? 
- При чём тут это, Рома? Я ещё его жена! А он… всегда гулял! А теперь ещё выясняется, что Пушкарева не просто его бзик, но и мать его первенца! Вот почему так? Рома, а он, как он к ней? 
- Да никак!- развёл руками Малиновский и усмехнулся.- Всё, как всегда. Всё отрицает. Но ты же видела Катеньку нашу. Что думаешь? Надолго его хватит? Да и он сам говорит, что от сына просто голову потерял. Да это и так видно!
- Как, как такое могло произойти? Это несправедливо!- и Кира вдруг топнула ногой.
- Я так и не понял, почему ты так нервничаешь.
- Да плевать мне, с кем он спит! С Ткачук или с другими моделями! С кем угодно… но не с ней! Она мошенница и дрянь! А теперь ей всё достанется?
- А разве ты можешь что-нибудь изменить? По-моему, Катенька сама не поняла, что сделала, когда родила Жданову ребёнка. Она разом получила всё. И его впридачу, пожизненно, даже если он ей и не нужен, в чём я очень сомневаюсь. Потому что Андрей, ко всеобщему удивлению, оказался хорошим отцом. И вряд ли это пройдёт. Я его сегодня видел вместе с сыном и, скажу честно и серьёзно, это навсегда. Отцовские чувства проснулись.
Вика в углу вздохнула и с томлением посмотрела на Малиновского, а потом пробормотала себе под нос:
- Не того я выбрала… Что ж мне-то так не повезло?
- Но она же замужем!- воскликнула Кира.
- И что?- усмехнулся Рома.- И он женат. Разве нет?
Кира присела на диван и невесело задумалась.
Как же такое могло случиться?
0
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #13 : Ноябрь 24, 2017, 08:44:58 »

Глава 12.


Катя на него злилась.
Андрей украдкой наблюдал за ней, видел, как она хмурится, и даже её гневные взгляды встречал, но это его только веселило.
Да, он задал ей этот дурацкий вопрос, но сделал это просто так и никакого ответа от неё не ждал. Просто спросил… потому что очень захотелось. Спросить, а не услышать ответ. Да и небольшая провокация с его стороны должна была лишь добавить лишнюю искру интереса.
А она в очередной раз обиделась и разозлилась.
И всё равно ему было приятно смотреть на неё, даже такую, с нахмуренными бровями и недовольно поджатыми губами.
- Кать, ну брось, я же пошутил,- говорил он ей почти шёпотом, когда они укладывали Пашку спать.
Катя бросила на него ещё один рассерженный взгляд и тут же отвернулась.
Жданов вздохнул.
- Кать.
- Прекрати немедленно!- зашипела она на него.- Ты ведёшь себя, как…
- Как кто?- заинтересовался он.
- Как последний негодяй!
- Почему негодяй? Я просто пошутил. Признаю, неудачно.
- Неудачно? Такими вещами не шутят, Жданов!
Андрей не сдержал раздражённого вздоха.
- Ты так переживаешь, словно мне в любви призналась! Ничего же не произошло,- и тут же хитро прищурился.- Или ты что-то не договариваешь?
Катя просто задохнулась от возмущения.
- Замолчи сейчас же!
- Молчу,- вздохнул он, а Катя ещё пару  секунд посверлила его негодующим взглядом, а потом отошла на шаг и потянулась за Пашкиной одеждой, которую Андрей пристроил на спинку кресла. Платье на бёдрах натянулось  до предела, и Жданов закатил глаза и поспешно отвернулся. Это просто невыносимо!
Отвернуться-то отвернулся, а вот отойти забыл. Катя выпрямилась и повернулась, видимо, совсем не ожидая увидеть его за своей спиной, и натолкнулась на него. Охнула, сделала шаг назад, упёрлась в кресло и начала терять равновесие.  Андрей среагировал мгновенно.  Протянул руку, подхватил её за талию и рывком притянул к себе. И замер, глядя прямо в её растерянные глаза.
И почувствовал, как сердце тяжело застучало в груди. Рука так и лежала на её талии, и понимал, что стоит совсем чуть-чуть переместить ладонь вниз, и она окажется на её ягодицах. Совсем чуть-чуть сдвинуть вниз… И её  грудь, вид которой весь сегодняшний день сводил его с ума, оказалась прижатой к его груди. Кровь по венам побежала быстрее, и дыхание сбилось.  Но отпускать её не торопился.  Понимал, что надо. Отпустить, отойти и,возможно,даже извиниться, но не двигался. 
Катя заволновалась не меньше его. Почувствовала трепет и панику оттого, что он так близко.  И, видно, нарочно смотрел ей в глаза,  и она почувствовала, что голова начинает кружиться от его  взгляда и выражения тёмных с поволокой глаз. Зачем он так смотрит на неё?
Андрей так крепко прижимал её к себе, что Кате пришлось ухватиться руками за его плечи, чтобы иметь возможность удерживать хоть какую-то дистанцию между ними. Но он воспринял это по-своему.
Теперь на её теле уже были две его руки, которые медленно прошлись по её спине вверх-вниз, и она задышала часто и глубоко, наслаждаясь и сходя с ума от его прикосновений, и одновременно кляня себя за глупость и слабоволие.
Она не должна позволять ему прикасаться к себе! Так нельзя!
А сама уже ждала его поцелуй и удивлялась, почему он тянет. 
Пусть уж поцелует её, это случится, и она успокоится. А потом убьёт себя, ненавидя за слабость и женскую глупость.
И когда он наклонил голову, продолжая смотреть ей в глаза, очаровывая её окончательно, она сама подставила губы для поцелуя.
Как последняя дура!
А внутри всё дрожало от нетерпения. Чтобы желание, наконец, осуществилось.
Андрей понимал, что она готова сдаться и что, если он сейчас её поцелует, она не оттолкнёт, позволит себя поцеловать, но что будет дальше? Сейчас она ему сдастся и, наверное, ответит на его поцелуй, а через пару минут обрушит на него все мыслимые проклятия и в дальнейшем не позволит подойти к себе ближе, чем на метр. Будет шарахаться от него, как от чумы. Он этого не хотел.
Самое важное для себя он выяснил – её тянет к нему, как и раньше, ничего не изменилось.  Несмотря ни на что, а главное,- несмотря на присутствие в её жизни другого мужчины, любимого мужа.  
Но тянет её к нему, Андрею Жданову.
И он пока совершенно не знает, что с этим делать. 
Андрей наклонился к ней, старательно игнорируя соблазнительно приоткрытые пухлые губы, и прижался щекой к её щеке. Всего на несколько секунд, втянул в себя её почти уже забытый запах и незнакомый аромат духов, стараясь всё это запомнить и одновременно пытаясь справиться с волнением и всплеском безумного желания, а потом тихо прошептал:
- Никогда больше не надевай это платье. Иначе тебя точно кто-нибудь изнасилует.
Катя удивлённо распахнула глаза, а потом смысл его слов дошёл до её сознания, и она нетерпеливо его оттолкнула.
- Какая же ты сволочь, Жданов!
Он тихо рассмеялся и отступил от неё. Посмотрел, оценивая вспыхнувший на щеках возмущённый румянец и загоревшийся негодованием взгляд.
- Мерзавец!
- Почему это? Потому что не пошёл у тебя на поводу и не поцеловал?
- Замолчи сейчас же!- выдохнула она зловещим шёпотом.
Андрей сделал шаг к ней, нарочно, и она, как он и ожидал, испуганно отступила.
- В чём дело? Теперь ты будешь делать вид, что ничего не было? Ты просто врунья, Катька!
Она беспомощно смотрела на него и хватала ртом воздух, не зная, что ему ответить и как себя вести. Но на столе завибрировал её телефон, и отвечать ему не пришлось. Она бросилась к телефону, как к спасению.  А Андрей насмешливо смотрел на неё.
- Я слушаю. Да, Миш. Всё хорошо.
Жданов немного напрягся, когда понял, что звонит её муж, недовольно поморщился и сел на диван. Катя послала ему выразительный взгляд и указала на дверь. Он сделал вид, что не понял, снял с полки фотографию в рамке и принялся рассматривать, а сам прислушивался к её словам и интонации.
- Мы дома. Да, гуляли. Происходит? Ничего не происходит, всё как всегда.
Жданов оторвался от фотографии и удивлённо посмотрел на неё. Катя отвернулась.
- Тихо говорю? Пашка спит, только уложила… Конечно, передам. А у тебя как дела?  На следующей неделе? Отлично. Нет, Миша, я не приеду. Не думаю, что это хорошая идея. Да ты и без меня прекрасно справишься, вот увидишь! Всё будет хорошо!
Андрей с болезненным любопытством прислушивался к её голосу и хоть и пытался отогнать от себя подступившую очень близко удушающую ревность, ничего не получалось. Его просто безумно бесило, что она сейчас разговаривает с другим мужчиной, а хуже всего, что принадлежит именно ему. А тот, незнакомый, но от этого не менее ненавидимый им мужик, которому повезло намного больше, чем ему, Жданову, имеет на неё все права. А он,  отец её ребёнка, не имеет права даже прикоснуться к ней лишний раз! Разве это справедливо?
Где-то в груди, в районе сердца, сильно кольнуло, и он поморщился. А ведь когда-то он был твёрдо уверен, что она принадлежит ему и никуда не денется. Да, самонадеянность – это  не всегда хорошо.
Катя разговаривала с мужем ещё несколько минут, а потом выключила телефон и обернулась.
- Я же просила тебя выйти,- зло прошептала она.
-Значит, ты ему ничего не сказала,- решил уточнить Андрей, проигнорировав её откровенный упрёк.
- Это не твоё дело! Мои отношения с мужем тебя не касаются!
- Меня касается, как это отразится на моём сыне. Если он явится сюда и устроит скандал!
- Миша не будет устраивать никаких скандалов. Он не ты. Он разумный, уравновешенный и адекватный человек!
- А я, значит, глупый и несдержанный псих. Я правильно понимаю?
Катя кивнула и подарила ему холодную улыбку.
- Ты правильно понимаешь.
- А ты врунья и лицемерка,- не остался он в долгу.
- Что?- её возмущению не было предела.- Что ты себе позволяешь?
- А что? Разве это не так? Ты постоянно всем врёшь, а потом делаешь вид, что ты здесь совершенно ни при чём и всё решили за тебя. И сама в своей лжи запуталась.
Катя опять ткнула пальцем в дверь.
- Жданов, убирайся вон!
Андрей медленно, как бы нехотя поднялся, а потом неожиданно сделал шаг и опять оказался рядом с ней. Катя даже отступить не успела. Но он не собирался на неё набрасываться. Демонстративно засунул руки в карманы брюк и чуть наклонился к ней.
- Знаешь, на месте Валерия Сергеевича я бы перегнул тебя через колено и выпорол, чтобы в дальнейшем думала, прежде чем что-то сделать. И не посмотрел бы на то, что ты уже взрослая девочка,- в этом месте его взгляд опять опустился вниз и остановился на её полуобнажённой груди.
Катя покраснела под его взглядом.  А сама старалась быстро придумать достойный ответ, но Андрей уже вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь.
Она осталась в полном бессилии и растерянности, а потом вмиг опять на него разозлилась.
Посмотрите на него! Жертва обстоятельств и плохой Кати Пушкарёвой! 
Обманули его!.. А сам-то?!
---------* * *---------
На кухне она появилась уже в джинсах и футболке, а злосчастное платье, которое ей принесло столько неприятностей сегодня, без всякого сожаления засунула обратно на шкаф. Она ещё долго не сможет смотреть на него спокойно.
Жданов встретил её насмешливым взглядом, но ничего не сказал. Опять повернулся к Валерию Сергеевичу и продолжил разговор с ним, не забывая с аппетитом поедать суп.
Кате есть совсем не хотелось, но привлекать к себе внимание, хотелось ещё меньше.  Она лениво ковыряла вилкой в своей тарелке, создавая художественный беспорядок и видимость того, что она всё-таки ест, а сама прислушивалась к разговору отца и Андрея.
А потом в комнате заплакал Пашка, и она кинулась туда. Андрей проводил её взглядом, а потом повернулся на голос Елены Александровны.
- Что-то мало совсем поспал.
- Так он в машине ещё спал,- сказал Андрей.
- Он сегодня проснулся ни свет не заря,- воскликнул Валерий Сергеевич.- Я встал, и он проснулся, егоза.
Андрей улыбнулся.
На кухню вошла Катя с ещё сонным ребёнком на руках. Пашка тёр глазки и зевал, а потом обнял маму за шею и получил её поцелуй. У Андрея от такой картины даже под ложечкой засосало.
- Паша, ты проснулся, мой хороший?- с улыбкой проговорила Елена Александровна.- Ты кушать будешь? Пора уже. 
Он кивнул и опять прижался к матери.
Жданов встал и подошёл к ним.
- Давай его мне,- сказал он Кате.
Пашка сразу протянул к нему руки и уже через мгновение оказался у отца. Андрей усадил его к себе на колени и одёрнул кофту его пижамы, а тот прижался щекой к его груди и принялся пальчиками теребить пуговицу его рубашки. Потом опять зевнул.
Андрей погладил его по голове и улыбнулся.
- Ты спишь ещё, соня?
Пашка упрямо покачал головой, а потом посмотрел на него.
- Папа, а мы собаку пойдём покупать?
- Вот далась ему эта собака,- покачал головой Пушкарёв и посмотрел на дочь.- Вот кто его надоумил?
- Никто, пап, он сам.
- Сам,- проворчал Валерий Сергеевич.
- Ну, папа,- продолжал теребить  Пашка Андрея и тот вздохнул.
- Паш, давай мы в выходной поедем на дачу, а там собак много, и больших и маленьких. Вот и наиграешься.
- На дачу?- заинтересовался ребёнок.
- На дачу?- удивилась Катя и застыла, настороженно глядя на него.
- Андрей, у тебя есть дача?- обрадовалась Елена Александровна.
- Есть,- кивнул Жданов и искоса посмотрел на Катю.- Её ещё мои родители покупали, мы ещё подростками были. Вот. А долго никто туда не ездил, а я повадился с недавнего времени. Для ребёнка там самое место, особенно в такую жару. А там воздух чистый. Вот и поедем на дачу на выходные.  К тому же мои родители должны приехать, они очень хотят видеть Пашку,- и поцеловал сына в макушку.
У Кати  руки затряслись, и она поспешила поставить тарелку на стол.
- Ты мне ничего не говорил.
- Я тебе сейчас говорю. Отец мне утром звонил, сказал, что, наверное, уже завтра они будут в Москве.
Катя подвинула высокий стульчик к столу, а сама никак не могла совладать с неожиданно навалившимся страхом. Посмотрела на мать, но та лишь кивнула, успокаивая. 
Катя незаметно вздохнула. От неё в этой ситуации ничего не зависело, и она не могла спорить. Ведь всё так и должно быть. Всё идёт своим чередом.
Андрей посадил сына на стул, а сам сел рядом и стал наблюдать, как Катя повязывает Пашке салфетку вокруг шеи.
- Дача – это хорошо,- сказал Валерий Сергеевич.- Мы тоже подумывали купить, но Пашка ещё слишком маленький был, а вот теперь как раз подрос.
- Папа, а там есть настоящая собака?
- Да кого там только нет,- хмыкнул Андрей, а сам внимательно смотрел, как Катя начала кормить сына с ложечки. И начал хмуриться. Через пару минут всё же не выдержал, протянул руку и ложку у неё отобрал. И отдал Пашке.- Ешь сам, ты уже большой.
Катя растерялась, и несколько секунд сидела, не шевелясь, а потом подняла на Андрея непонимающий и удивлённый взгляд.
- Что ты делаешь?
- Кать, он уже большой, пусть сам ест. Что ты ерундой занимаешься?
- Андрей, ему три с половиной года!
- Вот именно!
- Катерина, он прав,- вмешался Валерий Сергеевич.- Пашка прекрасно умеет есть сам.
Она лишь фыркнула.
- Как я понимаю, он теперь лучше меня знает, как воспитывать ребёнка?
- Успокойся,- попросил её Андрей и посмотрел на сына, который, не обращая внимания на препирательства взрослых, ел суп. Аккуратно подцеплял ложкой и осторожно подносил её ко рту. Вся салфетка была в пятнах, и сам весь перепачкался, но ложкой орудовал с энтузиазмом.- Вот видишь, он сам нормально ест.
Катя ещё раз фыркнула и отвернулась от него.
На этом препирательства за столом закончились, а точнее, Катя больше с ним не разговаривала. Но и не спорила и к Пашке лезть не стала. Ел он сам, только под её бдительным взором.
Правда, вечером возник ещё один конфликт, который закончился весьма неожиданно для них обоих. 
Когда они уже пришли с прогулки, Андрей просто из интереса начал расспрашивать Катю  о её планах на завтрашний день, собираясь внести некоторые коррективы по мере необходимости из-за приезда его родителей.
Катя пожала плечами и сказала, что, скорее всего, утром пойдёт по магазинам.
- Пашке надо обувь купить. У детей в таком возрасте нога растёт быстро, и всё уже мало.
Жданов согласно кивнул, а потом полез в карман за бумажником. Достал кредитку и подал ей.
- Держи.
Она вытаращила на него глаза.
- Зачем? Не надо, у меня есть деньги.
- Какие деньги у тебя есть?- это почему-то очень его разозлило.- Которые тебе даёт муж?
- И что?- Катя упёрла руки в бока и приняла угрожающую позу.
- А то, что это мой ребёнок и содержать его буду я. А твой муж здесь вообще ни при чём!
- Андрей, это глупо!
- Это не глупость, а правда! Бери, сказал! Я потом сделаю тебе кредитку, пока моей попользуешься.
- Может, ты мне ещё и алименты назначишь?
- Катя, прекрати! Давай не будем опускаться до этого! И я не собираюсь даже думать об алиментах, я просто буду его содержать. И не спорь со мной!
- Да куда уж мне!- развела она руками и повернулась к нему спиной.
- Кать, ты ведёшь себя, как ребёнок!
- Не хами мне!
- Да я не хамлю,- вздохнул Андрей.- Кредитку возьми.
Она нехотя обернулась, с сомнением посмотрела, но спорить больше не стала, взяла.
- Я могу и сама обеспечить своего ребёнка,- всё-таки сказала она, пытаясь сохранить чувство собственного достоинства.
- Как интересно?
- Я работаю,- обиделась она.- Я помогаю Мише с рестораном.
Жданов не сдержал усмешки.
- Да, наверное, ты для этого столько лет училась, чтобы помогать ему обслуживать проголодавшихся клерков.
Катя закусила губу и Андрей понял, насколько  расстроили её его слова и застыдился.
- Кать, прости.
Она лишь рукой махнула.
- Ну что ты! Ты во всём прав! Все мои прошлые мечты и амбиции ушли в никуда. Я ничего не добилась и карьеру, о которой так мечтала, не сделала. Так и осталась… секретаршей. Причём, бывшей.
У неё на  глазах показались слёзы, и Андрею стало очень неприятно смотреть на неё такую. Он протянул руку и приподнял большим пальцем её подбородок, заставляя её посмотреть ему в глаза.
- Ты родила мне сына.  А это стоит любой карьеры, разве не так?
Она не ответила, только посмотрела на него, словно ища у него защиты, и Андрей неожиданно для самого себя её обнял. А она не стала вырываться, уткнулась носом в его плечо и всхлипнула.
- Не плачь… Всё наладится, вот увидишь.
Катя прижалась к нему, пользуясь моментом, и закрыла глаза. Все неприятные мысли о несложившейся жизни ушли, и остались только острые ощущения его присутствия рядом. И его запах, его руки, горячее дыхание, которое обжигало её затылок. И стало очень спокойно.
Не отпускай меня никогда…
Андрей вздохнул, сжал её, а потом опустил руки и отстранился, пытаясь спасти самого себя.
- Мне надо идти. До завтра?
Катя с сожалением кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза.
- Я позвоню утром,- сказал он, а Катя опять кивнула.
Андрей странно посмотрел на неё, окончательно смутив её своим взглядом, и вышел.
Записан
Наталия Литвиненко
Друг
*
Офлайн Офлайн

Сообщений: 890


« Ответ #14 : Ноябрь 24, 2017, 09:05:16 »

Глава 13.

- Я не спала всю ночь!
Юлиана засмеялась и протянула ей вешалку с ещё одним платьем.
- Ещё бы! Хотя, знаешь, я бы на твоём месте не удержалась и набросилась на него прямо в прихожей!
Катя с укором посмотрела на неё.
- Вот что ты говоришь?  Я и так вела себя как!.. Мне так хотелось, чтобы он меня поцеловал, ты не представляешь!
- Ну почему же не представляю? Слушай, определённо твой цвет!
Катя почти равнодушно покрутила платье в руках и отдала обратно Юлиане.
- Опять? Ты посмотри, какое оно открытое! Мне и так досталось с тем платьем, все нервы мне истрепали!
Виноградова сунула ей платье обратно.
- Пригодится! И как бы ты платье не ругала, а оно реально помогло. И это к месту придётся, когда опять настанет момент Жданова в оборот брать! А то куда побежишь?
Катя раздражённо вздохнула, но платье взяла. Юлиана лишь хмыкнула.
-  Вот именно. 
- Юлиана, это невыносимо! Вот на что ты меня толкаешь?
- Я? Ты сама себя толкаешь, а я лишь задаю нужное направление.
Катя остановилась и задумалась о чём-то, а потом сказала:
- Меня Андрей на дачу пригласил.
Виноградова закатила глаза, а потом засмеялась.
- Уже? А ты говоришь!..
- Я ничего не говорю,- смутилась Катя.- Ты просто не правильно поняла! Он не именно меня на дачу пригласил, а всех. Приезжают его родители, и он хочет познакомить их с Пашкой. Вот и решил… И не смотри на меня так!
- Да ладно! Не смотри… И так всё ясно. Потеряла голову, так признайся! Не Жданову, а самой себе.
Катя нахмурилась.
- Глупостей не говори. Я себя контролирую, и ничего не будет.
- Ну-ну.
- Вот никаких «ну-ну» как раз и не будет! И вообще, я пошла, платье мерить!
Она зашла в кабинку и задёрнула занавеску.
Юлиана улыбнулась и прислонилась спиной к стене по соседству. Скрестила руки на груди и заговорила ровным тоном:
- И вообще я считаю, что тебе необходимо полностью сменить гардероб. В преддверии приезда Ткачук.
В кабинке всё стихло, а через несколько секунд Катина голова показалась  между шторками.
- Она приезжает?- почти испуганный шёпот.
- Наверное, скоро приедет. Насколько я знаю, она появляется пару раз в месяц. Иногда чаще.
Катя нервно закусила губу и задумалась. Но потом опомнилась.
- Меня это не касается.
- Я вижу, как не касается. А о гардеробчике ты подумай. У Надюши всё откровенное и открытое.
- И ты предлагаешь мне её переплюнуть?
- А почему нет?
- Юля, мне Жданов не нужен! Я тебе уже говорила!
- Ты говоришь одно, а в глазах другое. Я же вижу!
- Да ну тебя!- обиделась Катя  и опять скрылась в кабинке.
- Это, конечно, дороговато встанет,- продолжала развивать свою мысль Юлиана.- Мише придётся объяснять такие траты.
Из-за занавески послышалось возмущённое фырканье, а потом Катин голос.
- А мне теперь можно перед Мишей не отчитываться. Мне Андрей свою кредитку дал!
- Правда, что ли?- не поверила Виноградова.- Тогда сам Бог велел, а точнее, Жданов!
- Юлиана!
Та только головой покачала.
- Не понимаешь ты своей удачи, Катерина! Так не всем везёт!- а потом замолчала и прищурилась, пытаясь через витрину рассмотреть высокого молодого мужчину, который уже готов был войти в магазин. Вид у него был немного потерянный, а взгляд ищущий. И Юлиана даже знала, кого именно он ищет.
Вошёл в магазин, окинул зал торопливым взглядом, а потом увидел её и немного нахмурился.
-Не думаю, что ты здесь случайно,- начал он немного язвительным тоном.- И теперь мне всё понятно!
- Что тебе понятно, Жданов?- снисходительно улыбнулась Юлиана.
- Всё.  И понятно, кто у нас шпион и источник информации! Всё докладывала, да?
Она тихо рассмеялась.
- Ты, между прочим, разговариваешь с крёстной матерью своего сына, так что не забывайся!
- Даже так?- переспросил он и грозно сдвинул брови.- Катя где?
Виноградова понимающе хмыкнула и указала на кабинку. Андрей посмотрел в ту сторону, и как раз в этот  момент шторки разъехались в стороны, и появилась Катя. И Андрея немного удивило выражение её лица – оно было какое-то обиженное и чуть возмущённое и рассерженное.
- Юлиана, ну ты только посмотри!..- начала она.
Увидела Андрея, и в глазах появилось изумление. Но Жданову было не до этого. Он осмотрел её с головы до ног остекленевшим взглядом, оценил новый наряд, и лицо начало стремительно темнеть. А потом махнул рукой, как отрезал.
- Сразу нет!- воскликнул он, имея в виду платье.
А в Кате тут же вспыхнуло чувство ненужного противоречия.
- А я хочу!- в запале выкрикнула она и задёрнула занавеску обратно.
Жданов сцепил зубы от злости, но понял, что сделать ничего не сможет. Не драться же с этой упрямой девчонкой прямо посреди магазина? В полном бессилии и возмущении посмотрел на Юлиану, а та захохотала.
- А ты как думал?..
- Юлиана,- начал Андрея, продолжая гневно сверкать глазами.- Я думал, ты мне друг!
Она ещё разок хохотнула, наблюдая за ним, а потом погрозила пальцем.
- Прежде чем говорить со мной в таком тоне, вспомни, что я твой лучший пиарщик!
- Я помню! Но ты всё это время знала о… обо всём знала! Ты должна была мне рассказать!
- Я должна?
- Андрей, прекрати приставать к Юлиане!- прикрикнула на него Катя из-за занавески.- Она здесь вообще ни при чём!
- А кто при чём?- окончательно разошёлся он.- Я бы очень хотел знать!
- Успокойся, пожалуйста,- Катя вышла из кабинки, держа в руках вешалку с платьем и пытаясь придумать, как бы незаметно от него избавиться, чтобы не пришлось покупать  эту, подсунутую Юлианой, порнографию.
Но к ним уже спешила продавщица с милой, но явно дежурной улыбкой на губах.
- Вы выбрали?
Андрей глянул на Катю с явным предупреждением, и она опять взбрыкнула и сделала ему наперекор.
- Да, я возьму это платье.
Жданов чертыхнулся вполголоса.
- Прекрасный выбор,- улыбка продавщицы стала ещё более милой.
- Да уж,- пробурчал Андрей и полез за бумажником, недовольно косясь на всех сразу.- Девушка, что ж у вас платья-то такие?- не удержался он.- Как в секс-шопе…
- Жданов!
- Андрей!
- Что?- он протянул руку и из интереса взглянул на лейбл. И фыркнул.- Скажите вашему начальству, что торговать надо моделями «Зималетто»!
Катя покачала головой, а Юлиана опять захохотала.
- Жданов, тебе надо сменить должность! Перейти из президентов в рекламные агенты! У тебя хорошо получается!
- Зря вы так говорите,- вдруг сказала девушка.- Вашей жене это платье очень идёт!
На несколько секунд воцарилась неловкая тишина, Катя с Андреем быстро переглянулись и в смущении отвели глаза. Потом Жданов сунул продавщице кредитку и кашлянул в кулак. И решил сменить тему.
- Пашка где? Елена Александровна сказала, что ты взяла его с собой.
- Он в детской комнате.
- Где?- не понял он.
- В таких магазинах есть специальные комнаты, где можно оставить детей, пока взрослые занимаются покупками. Как садик.
- Кошмар какой,- мотнул головой Андрей.
- А ты зачем приехал?- спросила Катя, когда они вышли из магазина.
- Просто так,- пожал плечами Андрей.- Время свободное есть. Еле вас нашёл!..
Юлиана насмешливо глянула на него.
- С каких это пор у тебя время свободное появилось?
- С тех самых,- невежливо огрызнулся Андрей.- Где эта чёртова комната?
- Андрей, не нервничай,- попыталась осадить его Катя, но он лишь ещё больше разозлился.
- А ты прекрати меня одёргивать постоянно!
Она обиженно замолчала.
Пашка смотрел мультики. Сидел на ярком цветастом ковре и, открыв рот, смотрел на экран. Но как только Андрей его окликнул, вскочил и бросился к нему со всех ног.
- Папа!
Жданов поймал его и прижал к себе.
- Привет, сокровище моё! Соскучился? Как ты себя вёл?
- Хорошо! Мама, скажи!
- Хорошо,- подтвердила Катя и посмотрела на Юлиану, которая с откровенным интересом и любопытством наблюдала за Ждановым.
- Ну и молодец,- похвалил сына Андрей.
- Папа, купи мне поезд!
- Какой поезд?
- Настоящий, он ездит! Я в магазине видел!
- Железная дорога, что ли?- догадался Андрей и посмотрел на Катю. Она кивнула.
- Да, я хочу поезд!
- Сейчас купим. Кать, где этот магазин?
Юлиана с улыбкой посмотрела на них всех по очереди и решила, что ей пора исчезнуть и не мешать.
- Пойду я, у меня встреча скоро.
- Юлиана,- Катя беспомощно посмотрела на неё.
- Нет, Катюш, мне действительно пора. Пашка, солнышко моё, пока! Слушайся маму и папу,- поцеловала его и вытерла с его щёчки помаду.- Жданов, а ты не зверствуй!
Андрей скривился в ответ на её слова, а Юлиана сделала всем ручкой и деловой походкой от бедра направилась к эскалаторам.
- Тётя Юля, пока!- закричал Пашка. Виноградова на ходу обернулась и помахала ему.
- Кать, пошли в магазин,- поторопил её Андрей.
Она кивнула и взяла сына за руку.

--------* * *--------
Очень странно было гулять втроём, как настоящая семья. Катя никак не могла к этому привыкнуть. Вдвоём держать сына за руки и разговаривать на какие-то отвлечённые темы. Даже забывали на какое-то время о своих обидах и недомолвках. Пашка определённо влиял на них и их отношения благотворно. При нём нельзя было ругаться и выяснять отношения. Ребёнок должен получать только позитив, они оба об этом помнили и старались неукоснительно выполнять это правило.
Прошлись вместе по магазинам, причём Жданов в полной мере насладился возможностью походить с маленьким ребёнком за покупками. И просто поразился Катиному терпению. Когда пришлось мерить одежду, Пашка тут же раскапризничался и начал выкручиваться из материнских рук, как уж. Катя же относилась к этому совершенно спокойно, внимания на его стоны не обращала и делала своё дело. Быстро одевала и раздевала его.
- Папа,- хныкал Пашка и тянул к нему руки.
- Пашка, ты же взрослый. Терпи.
- Не хочу одеваться!
- Не плачь. Сейчас обедать пойдём. Есть хочешь?
Он кивнул и шмыгнул носом. 
- А гулять?
- Гулять мне сегодня некогда,- покачал головой Андрей.- Сейчас пообедаем, и я поеду дедушку с бабушкой встречать.
Катя подняла голову и посмотрела на него.
- Они сегодня прилетают?
Жданов кивнул и посадил Пашку к себе на колени, пока Катя надевала ему на ноги новые кроссовки. Ребёнок закинул голову назад и посмотрел на отца.
- Дедушка с бабушкой дома.
- А это другие дедушка с бабушкой.
- Другие? И тоже мои?
- Твои. 
- А они хорошие?
Андрей улыбнулся.
- Хорошие.
- А они мне купят собаку?
Катя с Андреем рассмеялись.
- Хитрюга,- покачала она головой и поцеловала сына в щёку.- Андрей, поставь его на ноги. Паш, пальчиками пошевели. Не больно?
Пашка покачал головой, не удержался на одной ноге и упал отцу на руки. И засмеялся.
- Кать, всё-таки придётся покупать ему собаку,- сказал Андрей, когда они уже ехали в машине по дороге к ресторану.
Она вздохнула.
- Мне вот сейчас только собаки не хватает!
- Он не успокоится.
- Ты же говорил, что на даче есть собака? Может, поиграет и передумает?
- Ты где такого ребёнка видела, чтобы насчёт собаки передумал?
- Андрей, ради Бога! Я не хочу сейчас об этом думать! И куда мы едем?
- В «Ришелье»,- ответил он, а Катя изумлённо посмотрела на него.
- Андрей, ты что?
-А что? Это мой любимый французский ресторан, ты же знаешь. В этом плане ничего не изменилось.
- Я не об этом. Пашке там что делать?
- Подумаешь! Скажешь, что он никогда в ресторане не был?
- Откуда?- удивилась она.
- А твой муж? У него же сеть ресторанов?
- И что? Это не значит, что Пашка там часто бывает.
- Вот как,- проговорил Андрей себе под нос. А Катя бросила на него настороженный взгляд.
- Андрей.
- Я разве что-то сказал?
И она отвернулась к окну, чтобы случайно, необдуманным словом не спровоцировать новый скандал.
В ресторане она чувствовала себя крайне неловко. Постоянно оглядывалась, ловила на себе любопытные взгляды и от этого ёжилась.
- Перестань дёргаться,- сказал Андрей, бросив на неё быстрый взгляд поверх карты вин.
- Они все на нас смотрят!
- Пусть смотрят!- отмахнулся Андрей.
Катя спряталась за меню, а потом посмотрела на чрезвычайно довольного Пашку, который восседал на мягкой подушке и крутил головой в разные стороны, оглядывая красиво оформленный зал. Всеобщее внимание ему, по всей видимости, очень нравилось, и он не переставал улыбаться всем, кто обращал на него внимание.
- Паша, ты что кушать будешь?
- Торт!
- Пирожное потом, а сначала котлетку. Будешь?
Он кивнул, и Катя отдала Андрею своё меню. 
Пока Жданов делал заказ, Катя опять осторожно осмотрелась, а потом решила заняться ребёнком. Повязала ему салфетку и пригладила волосы.
- Катя, да не дёргайся ты так! Всё нормально!
Она не ответила. Принесли заказ, и она принялась за еду, одновременно следя за тем, как ест Пашка.
- Кать, я родителей встречу, а потом за вами заеду, хорошо?
Катя посмотрела на него, потом вздохнула и кивнула.
Андрей присмотрелся к ней более пристально.
- Кать, в чём дело?
- Да ни в чём… просто я немного нервничаю.
Жданов заметно расслабился.
- Прекращай. Ни к чему всё это. И родители не собираются предъявлять какие-то претензии. Просто…
- Я знаю, но всё равно волнуюсь. Паша, ешь аккуратно.
- А торт? Я буду!
Жданов засмеялся.
- Будешь? Проголодался?
Паша кивнул и потянул к себе стакан сока. Он был достаточно тяжёлый, и Андрею пришлось ему помочь.
- Умница моя,- похвалил его Андрей и вытер ему салфеткой рот.- Будешь хорошо есть, вырастишь большим и сильным.
- Бабушка тоже так говорит!
- Правильно бабушка говорит.
Пашка засунул в рот последний кусок котлеты и отодвинул от себя тарелку.
- Хочу торт!
- Закажи ему торт,- сказала Катя.- Иначе сейчас будет капризничать.
Андрей жестом подозвал официанта и пока делал заказ, не заметил, как к их столику от бара направилась женщина вызывающей внешности. Подошла, окинула их выразительным взглядом и, растягивая слова, насмешливо произнесла:
- Жданов, ты ли это?
Андрей повернулся на голос и откровенно поморщился:
- Шестикова, у тебя нюх, как у ищейки. Дай пообедать спокойно!
Катя вся заледенела, старательно отводя глаза в сторону. Чтобы не смотреть на одну из самых главных сплетниц столицы. И мечтала только об одном – исчезнуть, растаять в воздухе и никогда не попадаться Елене Шестиковой на глаза.
Но она уже попала, и теперь её из поля зрения и когтистых лапок  не выпустят. Правда, смотрела незваная гостья не на неё, а на Пашку. Оценивающе так. Потом перевела непонимающий взгляд на Андрея. 
- Жданов…
Андрей скомкал салфетку и раздражённо посмотрел на неё.
- Ну что ещё? Тебе нужно официальное признание, что ли? Дай поесть спокойно!
- Так это правда?- потрясённо выдохнула Шестикова и опустилась на соседний с Катей стул и с интересом присмотрелась к ней.- Я слышала некие слухи, но думала, что это просто сплетни. А Кира…
- Подружка твоя в курсе, успокойся! И… иди, Лена!
Но её было трудно сбить с толка. Она уже повернулась к Кате, прекратив с удивлением рассматривать Пашку, который с аппетитом уплетал пирожное, и обратила своё внимание на  смущённую Пушкарёву.
- И кому же так повезло? Девушка, давайте знакомиться!
- Шестикова!- повысил голос Жданов.
Катя заставила себя справиться со своим смятением и подняла на неё глаза.
- А мы с вами знакомы. Правда, это давно было. Я когда-то работала у Андрея секретарём.
Шестикова нахмурилась, видимо, пытаясь вспомнить, а потом в глазах появилось понимание, и она удивлённо посмотрела на неё.
- Да, припоминаю что-то такое… Такая странная девочка, Кира на вас всё жаловалась.
- Ленка!
- Жданов, не ори мне прямо в ухо!
Катя поджала губы и кивнула.
- Да, это я. Меня зовут Катя.
- Да, да, Катя, точно! Ну, Андрюша, ты даёшь!- и посмотрела на Жданова с лукавой улыбкой и даже пальцем ему погрозила.- Это просто сенсация!
Андрей откинулся на спинку стула и посмотрел на неё довольно высокомерно.
- Если ты эту сенсацию сунешь в свою поганую газетёнку, я тебя…
- Андрей!- остановила его Катя и посмотрела на сына.
Жданов улыбнулся, но улыбка была хищная, а во взгляде прямая угроза.
- Ты меня поняла, ведь так, Лена?
Шестикова хмыкнула и всплеснула руками.
- Подумаешь! Не ты первый, не ты последний, Жданов!
- Я тебя предупредил!
- Думаешь, так никто не узнает?
- С твоей-то помощью? Думаю, что тираж будет больше, чем у твоей газеты. Но я тебя предупредил. Чтобы ни одного слова!
Шестикова опять посмотрела на ребёнка.
- А похож, Андрюша, очень похож. Младший Жданов… Надо же. Малыш, тебя как зовут-то?
Пашка поднял на неё глазки и улыбнулся. Но ответить не мог, так как облизывал ложку.
- Его зовут Павел.- сказал Андрей.- Ведь так и должно быть, не так ли? Сама же сказала – младший Жданов. Павел Андреевич.
Кате стало немного не по себе от его слов, но она промолчала, опустив глаза в свою тарелку.
Шестикова качнула головой и понимающе улыбнулась.
- Смотри, не загордись, Андрюша!- и поднялась. Взглянула на Катю немного насмешливо.- Ну что ж, Катенька, мои вам поздравления! Вы всех сделали!
Катя даже не сразу сообразила, как реагировать на такие всё-таки жестокие и циничные слова. А Шестикова уже шла прочь от них, по привычке раздаривая всем окружающим многозначительные улыбки.
- Господи, стыд-то какой…- прошептала Катя и закрыла лицо рукой на несколько секунд.
Взгляд Андрея заледенел.
- С чего бы это?
- А ты не понимаешь?- покачала она головой.- Теперь вся Москва будет обсуждать нашу с тобой жизнь!
- Так и так будут. Этого не избежать, так что расслабься и получай удовольствие.
- Удовольствие? Ты вообще о чём?
- Я о том, что тебе надо учиться не обращать внимания на взгляды и шёпот вслед. Так всегда будет, Кать. От этого уже никуда не денешься.
- Вот спасибо тебе!- фыркнула Катя.
А Андрей легко рассмеялся.
- Мне?- а потом посмотрел на Пашку и ,хитро улыбнувшись, сказал:
- А вообще да, мне!
И Катя смущённо отвернулась
Записан
Страниц: [1]
  Отправить эту тему  |  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by SMF 1.1.11 | SMF © 2006-2009, Simple Machines LLC
При использовании любых материалов сайта активная ссылка на www.psygizn.org обязательна.
Модификация форума выполнена CMSart Studio

Sitemap